Обольщение строптивой - Лорен Уиттиг

– Кэтриона? – У Тига сжалось сердце. Она словно застыла и онемела. Это не похоже на нее. Где ее находчивость, острый язык, гневный взгляд? – Кэт? Девочка моя! Все эти перемены не так уж важны. Я люблю тебя и хочу на тебе жениться. Брак с Тигом из Колрейна будет лучшим поворотом для твоего клана, чем супружество с косноязычным бардом Тигом.

Он ожидал хотя бы улыбки или по крайней мере согласия с убийственной оценкой, которую он сам себе дал, но Кэтриона продолжала молчать и смотреть в упор куда-то ему на грудь. Когда он протянул к ней руку, она даже не отвернулась и не протестовала.

– Кэт, пожалуйста, посмотри на меня. Я не хотел тебя обидеть, поверь мне. Просто так… получилось, и я…

Дверь дома распахнулась, и встревоженный Гэйр, стряхивая с себя снег, бросился к Тигу.

– Какой-то всадник спешит прямо к нам. Его увидел с вышки Пол. Вы должны немедленно исчезнуть. – Гэйр был не на шутку испуган. Взглянув на напряженные лица Тига и Кэтрионы, он посерьезнел. – Дорогая девушка, он не собирался тебя обижать…

– Не надо, Гэйр. Она теперь все знает.

Это было его виной, и Тиг не хотел, чтобы кто-то обвинял Кэт. Ему тяжело было видеть ее потерянное лицо.

– Кэт, мне очень жаль, но мы не должны рисковать и быть пойманными. Я не позволю твоим братьям увезти тебя, ведь мы должны предупредить короля, – поспешил сказать Тиг, глядя на нее.

Она медленно опустила и снова подняла глаза в оправе пушистых ресниц, словно просыпалась от глубокого сна.

– Что? – наконец спросила она.

– Мы должны немедленно покинуть коттедж. Кто-то едет сюда.

Кэтриона поднялась, игнорируя его протянутую руку.

– Мой мешок… – Она посмотрела на лестницу, ведущую на чердак, и Тиг по ее лицу понял, что она боится вернуться туда, где отдала ему свое сердце и всю себя.

– Я возьму его, – сказал Тиг и повернулся к Гэйру: – Помоги ей одеться и приведи лошадь.

– Я уже распорядился, – ответил Гэйр, снимая с крючка пальто и накидку Кэт.

Тиг вернулся, прежде чем он успел помочь Кэт одеться.

– Спасибо, Гэйр, за все и прости меня, что втянул тебя в свои заботы и неприятности.

– Почту за честь разделить их с тобой, Тиг. Береги девушку и дай ей время одуматься. Она любит тебя, это очевидно. Ты напрасно заставил ее рыдать. Она придет в себя и поймет, что ей повезло встретить самого храброго парня во всей Шотландии. А теперь в дорогу. Поторопитесь. Привет от меня твоему отцу, когда увидишь его.

Тиг кивнул и поспешил к двери, которая внезапно отворилась перед ним. Яркие лучи утреннего солнца и блеск свежего снега ослепили его. Перед ним стоял Пол.

– У нас еще один гость, отец, и он ищет Тига и Кэт. Тиг вышел вперед, когда в дверях появилась высокая фигура, закрывающая весь дверной проем.

– Заставила же ты меня погоняться за тобой, дорогая сестричка!

Тиг почувствовал, как кровь ударила ему в голову. Неужели после того, что свалилось на голову бедняжки Кэт, судьба снова подвергнет ее испытанию?

Эйлиг Маклауд нашел их.

– Здравствуй, Триона! – воскликнул Эйлиг.

Кэтриона ощутила, будто ее ноги утонули в вязкой грязи. Она не могла осознать слов, которые слышала. Они словно доносились откуда-то издалека и казались очень тихими. Поэтому она не сразу поверила, что перед ней Эйлиг. Тиг тоже что-то произнес, и очень резко, но она почему-то сразу его поняла.

– Что вам нужно? А где остальные? – Тиг был явно обеспокоен.

Да, он был взволнован, но не испугался. А ему бы следовало опасаться. Он не поладил с ее братьями. Кэтриона с усилием прислушивалась к их разговору.

– Я хочу побеседовать со своей сестрой, – настаивал Эйлиг. – Со мной никого нет. Триона, ты предпочитаешь позволять другим говорить за тебя?

Он обращался к ней, она должна ему ответить, но у нее не было слов.

– Триона, что с тобой?

– Ее зовут Кэт, – не выдержав, вмешался Тиг. В его голосе звучали нотки раздражения. Но Кэт опять его поняла. Она стала рядом с ним и наконец посмотрела брату в глаза. Она увидела в них беспокойство.

– Я всегда говорю сама за себя, брат, – наконец ответила она тихо, – и тогда, когда считаю это нужным. – Она боролась с темной пустотой в своей душе. – Возвращайся домой, Эйлиг. Оставь меня в покое. Я устала от того, что столько мужчин вмешиваются в мою жизнь. – Она заставила себя поднять голову и прямо посмотреть обоим в лицо. Но безразличие снова затягивало ее в свой омут.

– Я должен кое-что сказать тебе, сестра. Я знаю, что случилось и почему ты путешествуешь с этим так называемым бардом.

Кэтриона вздохнула и потерла лоб над левой бровью, чтобы ослабить сильную боль.

– Ты знаешь причину, и это хорошо, а за все остальное не беспокойся. Это мое с Тигом дело.

Она взглянула на Тига и увидела, как надежда изменила его лицо, как потеплели его карие глаза. На какой-то миг он смог удержать ее взгляд и ее сердце тоже, она снова захотела быть с ним, подчиняться его чувствам и желаниям. Однако она не сможет снова его любить, – не только его, но любого другого тоже, – ибо любовь – это слабость и предательство, обман, боль и отчаяние. Она лучше спокойно проживет свою жизнь одна, более не тревожа свое сердце.

Как быстро радость превращается в печаль! Она должна была ненавидеть Тига. Только это было ее оружием против страдания, однако ненависти не было. Были разочарование, ложь, темная пустота души. Но она не может держать их в себе рядом с той враждой, которую питает к Броку или к Псиной Морде. Кэтриона оставила раздумья и, повернувшись к брату, посмотрела в его голубые, как льдинки, глаза.

– По крайней мере он… помог мне. Единственный в мире. – Она подошла к стулу и села. – Возвращайся домой, Эйлиг, и подготовь клан к гневу короля Роберта. Они этого заслужили. Сделай это сейчас же, не медля, скоро мы сообщим королю о том, что они замышляют против него.

– Подожди, Кэт, – остановил ее Тиг, глядя на Эйлига. Тот словно окаменел от слов сестры.

– Объясните мне, – наконец придя в себя, попросил Эйлиг.

Кэт посмотрела на брата, затем на Тига. Она доверяла им, но оба разочаровала ее. Ее броня дала трещину и вот-вот рассыплется в прах.

Что бы ни произошло у нее с Тигом, ее брат не должен знать этого. Она стала вспоминать, какой она была до встречи с Тигом – стойкой, самоуверенной, одинокой. И как это было трудно!

– Триона, я жду объяснений. Почему мы заслужили гнев короля?

Кэтриона печально улыбнулась и покачала головой:

– Не делай из меня идиотку, брат. Я натерпелась всего и на всю жизнь. – Она посмотрела на Тига, но не получила поддержки. Повернувшись снова к Эйлигу, она сказала: – Если говорить правду, Эйлиг, ты обязан ответить мне хотя бы на этот мой вопрос: какая роль вам, моим братьям, отведена в плане Даффа Псиной Морды?