Медиум для банкира - Дэлия Мор

Монотонное перекладывание страниц и сохранение файлов хорошо отвлекало от тяжелых мыслей, и дух не спешил разговорами напоминать о себе. Бессмысленно думать, как его прогнать. Не знаю я. Шарилась в свое время по форумам любителей магии, но ничего полезного или хотя бы отдаленно подходящего моему случаю не нашла. Индис – не домовой, не банник и не лесная нечисть. А на счет призраков все маги твердили одно и то же: «неупокоенная душа лишь тогда покинет мир живых, когда снимет с себя груз незавершенного дела». Индис не помнил, кто он, не говоря уже о каких-то делах. Он вообще фыркал на каждый пост и обзывал форумных медиумов шарлатанами.

Темы у них были «мертвыми», на вопросы давно никто не отвечал, да и интересовались слабо. Обсуждение практики вызова духов собрало двадцать ответов, а в соседней ветке тема: «Заговоры и ритуалы на привлечение денег» едва умещалась в триста страниц. Сразу за ней по популярности шли любовные привороты всех мастей и окрасов. Ничего удивительного, впрочем. Любовь и деньги волновали каждого, а таких чокнутых, как я, с персональными духами в голове по земле ходили единицы. Если получится найти способ остаться в одиночестве, то совершенно случайно. А пока я беззащитна от дурного настроения Индиса и его выходок.

«Я уже извинился за это».

«Правда? Не слышала. А ты не мог бы повторить?»

Не извинялся он. Вроде как чувствовал себя виноватым, но «прости Наташа», а главное «я больше так не буду» не сказал. И я догадывалась почему. Эффект родителя с ремнем в руках. Бить ребенка плохо, но если он разбаловался, то можно один раз отхлестать по заднице, чтобы запомнил какого это, а потом только ремень из-за спины показывать и все. Дитя станет шелковым.

«А что делать, если ты сама себе вредишь?»

«Ты мне всю дорогу к Конту читать нотации будешь?»

«Да», – через паузу ответил дух.

Ладно. Хотя бы честно. Пора морально готовиться, что под предлогом заботы меня теперь будут на каждом шагу дергать, останавливать и насылать паралич на конечности. Пойду к патрицию, как ржавый Буратино, скрипя несмазанными шарнирами. Прохожие наудивляются всласть. Еще скорую мне вызовут психиатрическую. Нет, обычную. Решат, что наркоманка. Я, конечно, легко отмажусь, но только в первый раз. Во второй, третий, четвертый уже будет гораздо сложнее. Спасибо, Индис, за светлое будущее и счастливую жизнь.

Дух молчал. Я ждала ответ, поглядывая на часы. В голове крутилось его «сама себе вредишь» и натолкнуло на мысль. Шантаж тогда прекращается, когда есть симметричный компромат или хотя бы адекватная угроза. Духу я ничего сделать не могу, зато себе – запросто. Сразу вспомнился эпизод из фильма, где Анжелика маркиза ангелов в гареме султана приставляет себе кинжал к горлу и угрожает самоубийством, если муж её хоть пальцем тронет. Кинжал еще такой красивый. Узорчатая гарда, тонкое длинное лезвие.

Беда в том, что Индис читает мои мысли и будет смеяться в голос. Дескать: «Ну-ну, давай-давай. Я знаю, ты этого не сделаешь». Не сделаю, конечно. А если наглотаюсь снотворного, чтобы продемонстрировать серьезность намерений, то могу на самом деле умереть. Не годится. Нужно что-то другое придумать.

«Все, Наташа, остановись, – не выдержал Индис. – Торжественно клянусь, что пальцем тебя не трону, пока будешь в гостях у Конта, раз уж приспичило туда пойти. Но и ты пообещай, что отдашь наряды и сразу вернешься домой».

Настал мой черед держать паузу для значительности ответа. Чтобы дух точно услышал, осознал и прочувствовал.

«Нет».

Теперь мы будем сосуществовать вместе исключительно на моих условиях. Я буду ходить туда, куда захочу и делать то, что сочту нужным. А если духу не нравится, он может завершать свое незавершенное дело и валить в мир мертвых.

«Это моё последнее слово. Думай, решай».

Индис занервничал, я чувствовала его тревогу поверх своей. Будто в огонь подкинули дров и плеснули сверху маслом. Руки не дрожали, но лихорадило только так. Я в десятый раз перечитывала предмет кредитного договора, чтобы не сбивать духа мыслями. Ну, решил?

«Ты – главная, – наконец ответил Индис. – Я всего лишь твой дух—помощник и впредь ничего лишнего себе не позволю. Договорились. Мир?»

«Мир, – ответила я без особого удовольствия. Такого доверия как раньше уже не будет. Я умею прощать, но молниеносно забывать обиды – нет. Да и нельзя такое забывать.

Рабочий день закончился, я выключила компьютер, положила телефон в сумку и пошла домой. Пакеты с вещами из Каприччо спрятала в самый дальний угол общего шкафа. Девчонки привычки шариться по вещам не имели, но мало ли что. Не сотню деревянных стоил костюм и платье. Намного дороже. Конт еще сможет вернуть их в магазин. Если с бизнесом беда, деньги пригодятся.

«Те деньги – слезы по сравнению с тем, сколько он реально потерял, – проворчал дух и снова замолчал».

Мы вели себя, как мои родители в ссоре. Я что-то молча делала, не обращая на него внимания, а он делал вид, что его это не задевает.

Как добраться до Конта я посмотрела в телефоне. Навигатор такой дешевой модели не полагался, но у меня стояло приложение с картой города и обширным справочником. Настоящая находка для мегаполиса с миллионом жителей и фантастическим количеством улиц, переулков и переездов. Я поражалась фантазии тех, кто придумывал им названия. Ладно дедушка Ленин, Карл Маркс и товарищ Дзержинский, настоящие жемчужины попадались в жилых кварталах на окраине и частном секторе.

Между зданием ТФКБ и моей общагой обитали классики литературы: Грибоедов, Добролюбов, Лесков, Тургенев Толстой и Чехов. Последним, правда, достались совсем короткие улочки, зато Никитин раскинулся на шикарную четырехполоску и уходил в другой район. А самым моим любимым местом на карте был западный край левого берега реки, где среди улиц в честь городов затерялся великий композитор. Ачинская, Житомирская, Брянская, Ашхабадская, Шуберта, Бакинская, Полтавская. Я бы хотела, чтобы Конта поселили в какую-нибудь одноэтажную развалюху на улице Челябинской, но члену правления банка достался дом с видом на набережную.

Ноги свои я на этот раз пожалела и поехала на автобусе. Обратно если что пешком дойду, тут всего три остановки. Если что – это крайне позднее время суток или жесткая нехватка денег на проезд. А может и на ночь у банкира останусь.

На замечание про ночь Индис не отреагировал, а я почти устыдилась, что издеваюсь над ним. Действительно, веду себя как ребенок.

Темнело летом очень поздно, я добралась до элитной многоэтажки, еще даже намека на сумерки не было. Препятствия начались сразу, как спустилась на тротуар из автобуса и попыталась прорваться во двор дома. Въезд для машин загораживал шлагбаум, а для посетителей имелась калитка с кодовым замком. Пришлось писать патрицию в мессенджер. Заодно проверю, не уснул ли, пока ждал. И ждал ли вообще.

«Какой код у замка калитки?»

«542, – прислал ответ Конт. – На домофоне наберите номер квартиры».

Бодрствует. Уже неплохо. Не вернусь обратно с полным пакетом. Логотип Каприччо на нем для меня пропуском сработал. Охранник в будке покосился на незваную гостью, потом на пакет, затем на мои растоптанные балетки, снова на пакет и промолчал. Не все ли ему равно? Я же через забор не лезла и замок калитки не взламывала. Бдительный какой. Прям образцовый.