В нежных объятьях - Татьяна Тронина

– Слушай, ты собираешься подвезти Женю? Ты уверен? Я, конечно, все понимаю, но ты знаешь, у меня все время в голове этот случай… – недовольно забормотала сестра, поглядывая назад, на Женю.

– Валь, снаряды в одну воронку не падают, – привел свой любимый аргумент Денис. Некоторое время раздумывал, а потом выпалил: – Да, ты в курсе, кто тогда передо мной дорогу перебегать вздумал?

– Когда? Тогда? Не было никого, ну что ты опять! – застонала сестра, схватившись за голову.

– Анька Новицкая. Это она. Тварь! Молчала столько лет…

– Дэнчик, ты уверен? – с ужасом спросила сестра.

– Абсолютно. Жалею, что не записал сейчас на диктофон нашу с ней беседу. Ну и хрен с ней. А я что, есть божий суд, пусть горит в аду, сука…

– Но как?! Как ты узнал?

– Есть демоны и есть ангелы, Валечка. Вот так и узнал, ангел прилетел ко мне.

– Да ты пьян? – ахнула Валя. – Ну-ка, дыхни.

– Перестань. Я тебе о душе, о высоком, а ты…

– Ты пьян!!! – шепотом возмутилась Валя. Оглянулась быстро на Женю: – И еще собираешься ее куда-то везти?

– Все! Все. Никто никуда не едет. Пешочком пройдемся.

– Может, дождемся Марата…

– Ты жди. А я сам. – Денис резким жестом, точно фрисби, подбросил свой цилиндр, и тот, кружась, улетел в темноту.

– А про Аньку ты не придумал только что? – проводив взглядом цилиндр, спросила Валя.

– Чистая правда, клянусь, – отчеканил Денис и стремительно отбил чечетку.

– Анька, значит… – простонала Валя. – И молчала! Сироту погубила и тебя чуть под монастырь не подвела, еле-еле мы тогда с матерью тебя отмазали… Новицкая! Ну я ей устрою. Я ей волосенки-то ее…

– Валь, не надо. С Анькиными связями…

– Надо, Дэнчик, надо! – с ожесточением прошептала сестра. – Весь город про нее узнает. Никакие связи не помогут. Все от нее отвернутся, от гадины…

Сестра еще что-то бормотала, но Денис не стал ее слушать. Потрепал Валю по плечу и направился к Жене.

– Женечка…

– Да? – обернулась Женя, и в полутьме темно-красным, точно огонь, сполохом блеснуло ее платье. Грива вьющихся темных волос, выразительный рот, казалось, призывающий к поцелуям… Женя в этот момент была потрясающе, невероятно красива, Денису даже жутко стало. Он выпалил:

– Скажи честно, ты могла бы меня полюбить?

Женя не ответила. Она стояла и молча глядела на Дениса, и в ее молчании уже заключался ответ. Для Дениса он был что нож в сердце. Наконец, она мягко произнесла, как будто извиняясь:

– Пожалуй, я пойду. Спокойной ночи.

– Погоди. Ну куда ты, далеко ли дойдешь… Я подвезу.

– Нет, пожалуйста…

– Я очень тихо, очень медленно, буквально черепахой. Никакого риска. Довезу тебя до твоего дома, и потом к себе. Приставать к тебе не стану, клянусь. Я же все чувствую. Я ведь не зверь какой. Я же, ты понимаешь, только счастья тебе желаю, детка…

– Счастья нет, – со странным выражением произнесла Женя. – Вернее, счастье – это не то, что мы себе придумали, а то, что здесь и сейчас.

– Значит, ты все-таки счастлива?!

– Да.

– Но он же вон как с тобой… – не выдержал, со злостью произнес Денис, подразумевая Ларионова.

– Не он, а я. Счастье все равно внутри меня.

– Да какое, блин, счастье…

– Я не знаю, как это объяснить, – пожала плечами Женя. – Это как горький шоколад. Не знаю, не знаю, не знаю… – Она рассмеялась, сцепив руки.

Странно, но Денис ее почему-то понял. Не головой, а сердцем, что ли… Он, наверное, чувствовал сейчас то же самое, что и она: горечь и сладость одновременно. Тебя не любят, зато любишь ты.

– Поехали, – скомандовал Денис.

– А шлем?

– Шлем у Марата, в багажнике. Второго нет. Тут как, детка, – либо оба в шлемах, либо никто. Но ты не бойся, я же тихо поеду, очень медленно…

Денис сел на мотоцикл.

– Ты левую ногу вот сюда, видишь? На подножку. Держись за мое плечо… А правую перекидывай. Платье подбери. Я не смотрю, если что, – засмеялся он. Хотя врал. Смотрел, да еще как. Женя подобрала свое длинное платье, ноги ее обнажились – длинные, стройные, красивые. «Ах», – мысленно вырвалось у Дениса, и он почувствовал, что его сердце забилось сильнее.

Женя встала одной ногой на подножку, другую ловко перекинула через сиденье байка и положила ему руки на плечи.

– Села? Все, дальше так нельзя. За плечи больше не хватайся. Держи меня… держи меня за талию! – засмеялся он. – У меня, блин, тоже есть талия, представляешь? И вот еще что: на поворотах будем немного наклоняться, так ты не сопротивляйся, тоже наклоняйся, как я. И держись, держись, не отпускай. И чтобы ноги все время на подножках!

– Я боюсь, – вдруг сказала Женя, ерзая сзади. – Погоди, я слезу.

Денис нажал на педаль газа, мотоцикл медленно тронулся с места.

– Осторожно, можем упасть, – крикнул он, повернув голову вбок, чтобы его слова донеслись до Жени.

– Я боюсь, – с ужасом произнесла Женя. Но рук не отпустила, она крепко держала Дениса за бока. – Останови, пожалуйста, останови!

– Ты куда? – закричала сзади Валя. – Стой! Дениска!!!

Но Денис и не думал останавливаться. Он уже вырулил со стоянки на дорогу.

– Я боюсь! – прижавшись сзади к нему всем телом, закричала Женя.

– А ты не бойся, – ободряюще крикнул ей в ответ Денис. – Это же классно, детка, ну что ты…

Денис свернул теперь на широкую дорогу и чуть прибавил скорость.

Это было незабываемое ощущение – езда на байке, любимая девушка рядом. Все как тогда, много лет назад. Выходит, время можно пустить вспять?..

* * *

Пока Денис разговаривал со своей сестрой, Женя стояла возле мотоцикла и в очередной раз прокручивала в голове события сегодняшнего вечера: как они танцевали с Сергеем, как она увидела Сережу с Аней, как потом появился Денис и показал ей фото Сережи и Ани – счастливых, улыбающихся, как Сергей вернулся и они опять танцевали, а затем вновь ушел, и вновь появился Денис, сообщив, что Сергей опять с Анной…

Женя пыталась найти хоть какую-то логику в этой постоянной смене действующих лиц и не могла.

«Я знаю, чего хочу. Я хочу, чтобы все это оказалось неправдой!» – Женя закрыла глаза, вздохнула.

Разгоряченные от танцев щеки гладил теплый ночной ветерок, словно пытаясь утешить Женю. Она сразу же открыла глаза и подняла лицо к ночному небу, на котором мерцали звезды, словно в черно-синей вышине имелись все ответы на ее вопросы.

«А с чего я решила, что все в этой жизни должно быть так, как я себе придумала? – вглядываясь в небо, подумала Женя. – Да, часть моей мечты сбылась… Несколько дней я любила и была любима. И все, и хватит. Никто не обещал мне, что счастье мое должно длиться вечно. Я не обладаю властью над людьми и событиями, я не могу влиять на них, ну лишь постольку-поскольку. Какой смысл переживать теперь, что Сергей остался с Аней, а не со мной… Пусть! Значит, такова судьба. Я не стану бороться за него, за его внимание. Я не могу заставить Сережу любить меня. Я буду жить дальше, без него».