Жених-горец - Ханна Хауэлл

Дэрмот напрягся, чтобы отразить удар. Он не знал, чем все это закончится. Кто-то один — или даже не один — может погибнуть. В этот момент по комнате прокатился страшный грохот. Еще секунду Сигимор стоял, широко раскрыв глаза от удивления, А потом — очень медленно — осел на пол, оглушенный. Когда он упал, Дэрмот увидел стоящую позади него Гейл с тяжелой клюкой в руках — ею Дэрмот пользовался, когда заново учился ходить после нападения в Мьюирлейдене.

— Иногда не остается ничего другого, кроме как вбить немного здравого смысла в мужскую башку! — сказала Гейл, глядя на Сигимора, который уже пришел в себя и тряс головой, стараясь избавиться от головокружения.

С минуту Сигимор смотрел на своего маленького противника, потом потер рукой макушку.

— Ты могла убить меня этой своей дубиной! — проворчал он.

Гейл фыркнула:

— Едва ли! Мне нужно было привлечь ваше внимание, но надежды сделать это более вежливым способом не было, потому что вы уже взялись махать мечами направо и налево и ничего не слышали вокруг. Кровь в вас взбурлила, и словами убедить вас в чем-то было невозможно.

— Черт! — выругался Сигимор. — Илза сказала, что вино ей дал он. А вино это отравлено. Ты ожидала, что я пожму ему руку? — Он осторожно поднялся и снова потер макушку.

— Да. Она думает, что вино ей прислал Дэрмот. Ведь именно так ей сказал тот, кто это вино принес. — Все четверо мужчин удивленно уставились на нее, и Гейл вздохнула. — После того как она сказала, что это Дэрмот дал ей вино, Илза добавила: «Он сказал, будто ты решил, что я проголодалась». Кто-то принес ей это вино и сказал, что прислал его Дэрмот.

— Это упрек в мой адрес? — спросил Сигимор. Но вес же вложил свой меч в ножны.

— Да. Но ведь именно так она и говорила! Кто-то принес ей вино и сказал, что его прислал Дэрмот. Может, ему тоже так сказали? Но сэр Дэрмот утверждает, что никакого вина не посылал. Я думаю, что у вас мало доказательств, чтобы начать месить друг друга. Вы хотите подкинуть нам, женщинам, только лишнюю работу по уборке ваших окровавленных тел.

Сигимор хмуро взглянул на девушку.

— Почему именно сейчас ты стала такой смелой и дерзкой?

— Мне показалось, что теперь — самое время, — спокойно ответила Гейл. — А теперь прекращайте свои разборки — мы должны узнать, что же произошло на самом деле. Если вы не можете видеть друг друга, тогда вам лучше разойтись по разным комнатам.

— Дэрмот! — крикнула Илза, снова начиная корчиться от боли. — Дневники! Посмотри дневники!

Засунув меч в ножны, Дэрмот поспешил к кровати Илзы и схватил се за руку.

— Тихо, Илза, не волнуйся.

— Дневники, Дэрмот. Ты должен прочесть их. Должен!..

— Я читал. Даже несколько раз.

— Драгоценная Любовь. Прочти про Драгоценную Любовь. Там мои записи. Прочти мои записи.

Не успел Дэрмот ответить, как Илза вскрикнула и, вырвав у него руку, начала скрести свой живот. Короткое мгновение сознания ушло в прошлое. Тейт оттолкнул Дэрмота и сам присел к Илзе на кровать. Когда Дэрмот сделал шаг вперед, собираясь выгнать этого нахала и занять свое законное место рядом с женой, Фрейзер и Нэнти подхватили его под руки и потянули к двери.

— Я должен остаться с ней, — запротестовал он, наблюдая, как Гейл и Гленда заматывают пальцы Илзы плотной тканью, чтобы она не поранилась.

— Слова Гейл убедили Камеронов в том, что вы можете быть не виноваты, — высказалась Фрейзер. — Но это не значит, что они доверяют вам и позволят сидеть рядом с Илзой. Меньше всего этой бедной девушке сейчас нужно, чтобы четверо больших дураков завязали около ее постели драку.

Нэнти и Фрейзер вытолкали Дэрмота в коридор, после чего Фрейзер закрыла дверь, чем отрезала ему все подступы к Илзе.

— Я не подсыпал ей яд!

— О, конечно, нет. Я знаю это, мальчик мой. — Фрейзер похлопала его по руке. — Ей плохо, и, возможно, бедняжка не понимает, что говорит, или говорит не то, что хочет сказать. Она знает, что вы никогда не причинили бы ей зла.

— Знает? Когда она увидела меня рядом с собой, мне показалось, что она меня боится.

— Ну, может, несколько секунд она и боялась. Кто-то сказал ей, что вино послали вы. Но потом она пыталась объяснить вам что-то про дневники. Разве стала бы она говорить вам что-то очень важное, если бы считала, что это вы хотите убить ее?

— Нет, наверное, нет. Но ее братья уверены, что отравил ее я.

— И да, и нет. Вы не можете ожидать, что они станут ясно мыслить, когда их единственная сестра гак страдает. К тому же вы не потрудились вызвать их симпатию к себе за все то время, что они живут в замке. С чего им вас любить? А сейчас вам лучше пойти и… — Фрейзер бросила взгляд в коридор и тихо выругалась.

Дэрмот проследил за ее взглядом и тоже чертыхнулся. В нескольких шагах от них стояли Оудо, Оли, Айвар, Грегори и Эллис. Айви, наверное, осталась с близнецами, ожидая новостей. Эллис тихо плакала, а у мальчиков были такие лица, будто они вот-вот последуют ее примеру. Маленьких Айвара и Грегори несложно будет успокоить, ведь малыши верят всему, что им говорят, и не задают лишних вопросов. Дэрмот посмотрел на того, кому, несомненно, потребуется обстоятельное объяснение. Он пошел к Оудо, а Фрейзер и Нэнти занялись остальными детьми. Да, прежде чем он сможет заглянуть в эти злополучные дневники, пройдет немало времени.

— У меня идет кровь, — простонала Илза. — Я вся истекаю кровью…

— Нет, — ответил Сигимор. — Тебе просто нехорошо, милая. Тебя мучит яд, а не рана.

Илза тихонько заплакала и покачала головой:

— Нет. У меня кровь. Но ее не должно быть. О, как это ужасно!

Гленда откинула покрывала и выругалась, увидев большое кровавое пятно на простынях.

— У тебя сейчас должны быть месячные, дитя?

— Это все из-за яда? — спросил Сигимор, когда Илза не ответила на вопрос Гленды.

— Нет. — Гленда чуть не улыбнулась, взглянув на бледные испуганные лица Сигимора и Тейта, которые изо всех сил старались отвести взгляд от крови и делали вид, что рассматривают что-то интересное на стене. — Боюсь, что она теряет ребенка. — Гленда внимательно осмотрела Илзу, отметив, сколько она потеряла крови. — Нет, она его уже потеряла. Вот почему боль была столь ужасной. Соберитесь с силами, мальчики. Нам с Гейл понадобится помощь, чтобы вычистить бедную девочку.

Несколькими мучительными минутами позже Сигимор держал на руках свою уже вымытую и завернутую в чистую простыню сестру и смотрел, как Гленда и Гейл меняют белье на ее кровати. Только сейчас он понял, какая же маленькая его Илза. Как может такая хрупкая женщина выносить такие муки?

— Ты уверена, что она потеряла ребенка? — спросил он.

— Да, — ответила Гленда. — Меня не было с ней с самого начала, но я уверена в этом. Ребеночек был еще совсем маленьким, она даже могла и не знать об этом. Но подозревала наверняка. Поэтому и сказала, что у нее не должна идти кровь и что все это ужасно. Яд наверняка убил ребенка, Лучшее, что мы могли сделать, — это вычистить ей матку.