Волна страсти - Мэри Джо Патни

– Боже милосердный! – воскликнул Кеннет. – Неужели она настолько цинична!

– Я глубоко уверена в этом. Ты был настолько простодушен, что не заметил победного блеска в ее глазах.

– Так мне и надо, – с горечью заключил Кеннет. – Я смалодушничал, и она победила. Она разорила мое родовое гнездо, походя разбив десятки жизней ни в чем не повинных людей. Она лишила мою сестру наследства и заставила Бет прозябать в бедности. Если бы я тогда сумел справиться со своими чувствами, мне бы не пришлось бежать из дому. Мне бы удалось успокоить и переубедить отца. Я мог все это предотвратить.

– Напрасно ты так считаешь, – задумчиво сказала Ребекка. – Гермион не остановилась бы ни перед чем. Она изобрела бы десятки других способов избавиться от тебя. Возможно, в следующий раз она бы подстроила весьма правдоподобную сцену, когда отец застал бы вас вдвоем, и мачеха бы в два счета доказала, что ты пытался ее изнасиловать.

– Господи! – воскликнул потрясенный Кеннет. – Мне такое даже в голову не могло прийти, но что, если бы это случилось?

– Из-за этой женщины ты прошел через все ужасы войны. Тебя могли бы убить там. – Ребекка обхватила Кеннета за шею и прижалась щекой к его щеке. – О мой дорогой!

– Ребекка, Господи, Ребекка! – Кеннет привлек ее к себе и усадил на колени. – Прости меня. Я совершенно разбит. Раньше я умел себя сдерживать и старался не вспоминать о своем позоре. Я запер свою тайну в самом укромном уголке души, но сегодня, когда я так неожиданно столкнулся с ней… все во мне перевернулось и выплыло наружу.

– Она знала о твоем благородстве и обратила его против тебя самого. – Ребекка уткнулась лицом в шею Кеннета, чувствуя щекой биение его пульса. С ее стороны было просто безумием сидеть у него на коленях, когда в любой момент их могли увидеть. Ребекка все это отлично понимала, но не двигалась с места.

Сердце Кеннета сильно забилось. Наклонив голову, он жадным поцелуем впился ей в губы, и этот поцелуй, как чувствовала Ребекка, был вызван скорее желанием заглушить нестерпимую душевную боль, чем страстью. Однако страсть не замедлила явиться – горячая, нетерпеливая. Она охватила и Ребекку. Их поцелуи стали жарче, и Ребекка желала, чтобы они длились вечно. Ей хотелось чувствовать влажность его рта, вкус его слюны, хотелось опять испытать то ни с чем не сравнимое чувство, которое она однажды уже испытала с ним.

Они забыли обо всем на свете; для них существовали только их жаркие объятия да всепоглощающая страсть. Рука Кеннета скользнула по ее бедру, сминая мягкий шелк платья. Ребекка чувствовал, как напряглась его плоть, и еще теснее прижалась к его груди. Теперь они были единое целое. Руки Ребекки ласкали его тело, жадные губы искали его поцелуев.

– Какое бесстыдство! – услышали они пронзительный женский голос. – Это просто безобразие!

Ребекка застыла, а Кеннет тихо выругался. Повернув головы, они увидели, что их окружает толпа гостей и общему негодованию нет предела. Только сейчас Ребекка осознала, что музыка стихла и гости направляются на ужин. Крик испустила престарелая вдова, которая сейчас стояла впереди всех, выпучив на них глаза и в ужасе прикрыв рот ладонью. За ее спиной стояли герцог и герцогиня Кэндовер, Майкл с Катариной и с десяток других гостей, на лицах которых был написан неподдельный ужас. Сцена убивала наповал: Ребекка на коленях у Кеннета.

Дрожь пробежала по телу Ребекки. Три часа всеобщего внимания и уважения, и вот она снова погубила себя, и на этот раз окончательно. И хуже всего то, что она предала доверие Майкла и Катарины, которые, несмотря на ее прошлое, распахнули перед ней двери своего гостеприимного дома и приобщили ее к сливкам общества. Уж лучше бы ей сейчас провалиться сквозь землю.

Из толпы гостей выступила Лавиния.

– Так вот вы где спрятались, мои влюбленные голубки. Не в силах дождаться помолвки, – заворковала она. – Сэр Энтони должен поторопиться с извещением.

Кеннет поднялся и поставил Ребекку на пол, обняв ее для поддержки одной рукой за тонкую талию.

– Прошу прощения, господа, – сказал он с обезоруживающей улыбкой. – Ребекка согласилась стать моей женой, и я совсем обезумел от любви. Я до сих пор не могу поверить в свое счастье. – Кеннет наклонился и поцеловал Ребекку, прошептав при этом: «Помогай мне, Рыжик, и мы спасем нашу репутацию».

Сбросив оцепенение, Ребекка вскинула голову и смущенно улыбнулась.

– Это я не могу поверить в свое счастье, – сказала она.

Катарина бросилась обнимать Ребекку, а Майкл пожал Кеннету руку, поздравляя его.

– Как чудесно! – воскликнула Катарина. – Когда я увидела вас вместе, то сразу поняла, что дело кончится помолвкой. Вы удивительно подходите друг другу. – Она расцеловала Ребекку.

Вслед за Майклом и Катариной их поздравили герцог с герцогиней, а затем и другие гости и даже вдова, у которой все еще был испуганный вид.

Только сейчас Ребекка осознала, что сообразительность Лавинии спасла ее от позора, превратив их с Кеннетом из презренных грешников в очаровательную влюбленную парочку, которая не могла обуздать своих чувств накануне помолвки.

Итак, ее репутация спасена, но, Господи, какой ценой!

Последний час тянулся с ужасающей медлительностью, но Кеннету все это время удавалось сохранять на лице выражение счастливого влюбленного, которому его избранница отвечает взаимностью. Ребекка не отходила от него ни на шаг и со смущенной улыбкой принимала поздравления гостей и пожелания счастья, но Кеннету не нравилась горечь, затаившаяся в ее глазах. Им надо обязательно поговорить, прежде чем она окончательно сникнет.

К счастью, их уже ждала карета, и сразу после ужина они уехали домой, однако присутствие Майкла и Катарины не позволяло Кеннету начать этот нелегкий разговор. Он подозревал, что его верные друзья догадались, что не будет никакой помолвки, однако тактично молчали и не задавали никаких вопросов.

Кеннет с облегчением вздохнул, когда карета наконец остановилась у особняка Ситона. Ребекка держала его под руку, пока они поднимались на крыльцо и он открывал входную дверь. У нее даже хватило мужества с веселой улыбкой попрощаться с друзьями, но как только они вошли в дом, она отпрянула от Кеннета, и лицо ее под шапкой рыжих волос побледнело.

Желая хоть немного успокоить ее, Кеннет сказал:

– Мы легко отделались. Теперь нам предстоит несколько месяцев разыгрывать влюбленную пару, а затем мы объявим о разрыве нашей помолвки.

– И таким образом к моей репутации потаскушки добавиться еще одна – брошенная. – Ребекка сдернула с себя накидку и бросила ее на стул. – Великолепно!

– Разрыв помолвки вызовет только легкие пересуды, несравнимые с тем скандалом, который бы разразился, не вмешайся в это дело Лавиния. – Тяжело вздохнув, Кеннет снял шляпу и положил ее на стол. – Мне очень жаль, Ребекка, но, право же, вам не стоит выходить за меня замуж только потому, что мы совершили опрометчивый поступок.