Нефритовая звезда - Кэтрин Коултер

— Твои мысли настолько непредсказуемы… — сказал Сент, пытаясь подавить в себе ответную реакцию на слова жены, — скачут, как дикие животные Австралии. Нет, я буду спать внизу и ждать пациента из Сан-Хосе. — Это была не правда, но что ему оставалось делать? «Нет, я не буду спать здесь, потому что иначе я стащу с тебя ночную рубашку и возьму силой. Снова. И на этот раз ты уже не станешь упрашивать меня, потому что знаешь…»

— Тогда спокойной ночи, Майкл. Кивнув, Сент повернулся к двери.

— Можешь шуметь, когда будешь уходить к Джейн Браниган: я сплю очень крепко, — крикнула Джул ему вдогонку.

— Спокойной ночи, Джул, — сказал Сент и вышел из спальни.

Примерно через пятнадцать минут Джул услышала, как входная дверь открылась и закрылась. Выключив лампу, она улеглась на живот, уткнулась в подушку и выругалась.

* * *

До Рождества оставалось меньше недели: дни становились все короче. Было около четырех часов дня. Джул подошла к окну и начала читать письмо от Сары. Письмо было мелочным и тщеславным: Сара в подробностях описывала свою свадьбу с Тори Дикерсоном, плантатором из Оаху.

— Рада за тебя, Сара, — вслух сказала Джул. — Может, теперь ты будешь хоть немного счастлива.

Сложив письмо, она отнесла его в комнату Томаса и положила ему на подушку.

Она была одна в доме; даже Лидия час назад ушла за рождественскими подарками.

Джул побродила по дому, зашла в хирургический кабинет Майкла. Там стояли несколько застекленных шкафчиков, письменный стол, два стула и длинный стол, на котором, по-видимому, Майкл осматривал пациентов. Джул рассеянно прочитала надписи на пузырьках в шкафчиках, но знакомых названий не увидела. Майкл с утра ушел к Дэвиду Бродерику, который, по словам его слуги, сломал ногу.

Накинув пальто и положив в сумочку теперь уже заряженный пистолет, Джул вышла на улицу. Темнело. Тэкери не было видно; он, наверное, был у Люкаса. Днем она сказала своему телохранителю, что никуда не собирается выходить и что он может быть свободен.

Джул направлялась к Мэгги. Было еще слишком рано для приема клиентов, так что она должна быть свободна. Выйдя на Керни-стрит, Джул прищурила глаза: «Ну где же ты, Джеймсон Уилкс? Я уже не девственница, но была бы ужасно рада встретиться с тобой!»

Джул чувствовала на себе оценивающие взгляды мужчин, слышала причмокивание, свист, похотливые комментарии, но не обращала на них внимания и шла с гордо поднятой головой. Ей встречались ярко разодетые женщины, и Джул понимала, что это проститутки. Дойдя почти до Портсмутской площади, она вдруг услышала за спиной удивленный возглас:

— Боже мой! Джул, неужели это ты?

Узнав голос Брента Хаммонда, Джул обернулась.

— Здравствуй, Брент, — сказала она. — Сегодня отличный день, не правда ли? И тумана нет, впрочем, Майкл говорил, что зимой вообще редко бывает туманно. Сейчас так рано темнеет! Как дела у Байрони?

— Какого черта ты здесь делаешь? — спросил Брент, разглядывая ее. — А где Тэкери?

— Я иду к Мэгги.

— Вот дьявол!

— Сэр, вы очень грубы, а к тому же это никого не касается. Рада была вас видеть. А теперь…

— Джул, ну-ка стой! Сент об этом знает? — Джул высокомерно повела бровью:

— Мистер Хаммонд, я свободный человек и могу гулять где хочу и ходить к кому хочу, как и ваши бывшие рабы. До свидания, сэр.

Брент стиснул зубы, но тут же, обворожительно улыбнувшись, предложил:

— Ладно. Позволь мне проводить тебя к Мэгги. Уверен, ей не терпится тебя увидеть, особенно в своем заведении.

Это привело Джул в замешательство, но тем не менее она кивнула. Взяв под руку, Брент повел ее по аллее к черному ходу «Дикой звезды». Взойдя наверх по ступенькам, он повернул налево.

— Брент, подожди-ка. Мэгги…

— Думаю, Мэгги сейчас у Байрони, — невозмутимо заметил Брент. — Проходи.

Мэгги, конечно, и не заходила к Хаммондам. Байрони сидела перед камином и читала. В первый момент удивившись, она была очень рада Джул и предложила ей чашечку чая.

Немного погодя Брент сказал своей жене:

— Дорогая, я скоро приду, а вы с Джул можете пока поболтать.

— Прекрасно. Брент, дай нам хотя бы часок.

Джул оказалась в очень затруднительном положении. Главной причиной, по которой она хотела попасть к Мэгги, был запрет ее мужа. Но не могла же она сказать сияющей Байрони, что не может остаться. Она криво улыбнулась Бренту.

— Значит, договорились, — обрадовался Брент. — Пока, леди.

Он встретил Сента у дверей дома: тот только что вернулся от Бродерика.

— Сент, как хорошо, что я тебя встретил, — сдержанно сказал Брент. — Знаешь, где сейчас твоя жена?

Увидев, что свет в окнах не горит, Сент нахмурился.

— Ладно, Брент, где она? Что она на этот раз натворила?

— Да нет, ничего, она с моей женой, — ответил Брент. — Правда, когда я случайно встретил ее, — прибавил он, — она направлялась к Мэгги. Но благодаря моему вероломству теперь она у нас, жива и невредима.

— Вот черт, — сказал Сент.

— А интересно, где Тэкери? Твоя жена была одна, и мужчины на нее вовсю заглядывались.

— Скорее всего она наврала Тэкери, сказала, что не будет выходить из дома. С Тэкери случится припадок, когда он узнает.

— А с тобой, Сент?

— Не люблю устраивать истерики.

— Не любишь? А по-моему, брак принес тебе столько же проблем, сколько и мне. Я пытаюсь понять, что происходит, а ты, Сент, похоже, еле сдерживаешься, чтобы не послать меня к черту…

— Да нет… — вздохнул Сент. — Ты позаботился о моей жене, и я благодарен тебе. Видит Бог, мне не удается с ней справиться.

Брент пристально посмотрел на друга.

— Могу лишь посоветовать ее выпороть, — сказал он.

Сент засмеялся:

— Да, стоит попробовать. Ладно, пойду забирать свою блудную жену. Брент, еще раз спасибо.

Не успел он выйти из дома, как вернулись Тэкери и Томас.

— Привет, Сент, — сказал Томас. — В чем дело? Почему в доме не горит свет?

— Скажите, доктор Сент, где она, и я схожу за ней, — тихо произнес Тэкери.

«Пожалуй, действительно будет лучше, если ее заберет Тэкери», — подумал Сент.

— Она у Хаммондов, это прямо над «Дикой звездой».

Кивнув, Тэкери дотронулся до полей шляпы и скрылся в темноте. Сент повернулся к шурину:

— Скоро вернется Лидия. Томас, ты голоден?

— Да, — сказал Томас, вдруг рассмеявшись. — Сегодня вечером я не увижусь с Пенелопой. Она пыталась наставлять меня по кое-каким вопросам, а я посоветовал ей провести немного времени в одиночестве и подумать о женской скромности.