Миллиардеры предпочитают блондинок - Сюзанна Энок

Воскресенье 10.18

– Прекрасная работа, – похватал Ричард, просматривая все три отчета, пока лимузин уносил их к офису.

Джон Стиллуэл все еще возился с галстуком, который вернула ему Саманта.

– Спасибо, сэр, – откашлялся он. – Прошу извинить мои необдуманные поступки. Я не…

– Уайлдер попросил вас подождать в офисе. И вы не совершили ничего неподобающего.

Собственно говоря, он вообще ничего такого не совершил, но Саманта даже в лучших из обстоятельств могла быть непредсказуемой. По крайней мере Стиллуэл не обмочился, отражая атаку женщины в топе и трусиках-танга.

– Не такое первое впечатление я хотел бы произвести.

Рик потряс перед его носом бумагами:

– Я считаю вашим первым впечатлением вот это.

Он оглядел сидевшего напротив молодого человека. Они иногда встречались, и хотя работали на разных участках «Ад-диско», все же ему приходилось видеть работу парнишки, да и начальство всегда хвалило Стиллуэла.

– Когда вы прилетели в Нью-Йорк?

– Самолет приземлился в семь утра, сэр.

– Рик, пожалуйста. Сара нашла вам номер в отеле?

– Она не знала, сколько вы пробудете в городе. Я оставил вещи у вашего дворецкого, пока не решится…

– Мы поселим вас в комнате для гостей, – решил Рик, – поскольку пробудем в Нью-Йорке не больше недели.

Если не случится несчастья.

– В Палм-Бич у вас будет куда больше места.

– Если можно спросить… мисс Джеллико… она… то есть я что-то должен знать, чтобы как следует выполнять свои обязанности?

– Весьма сомнительно, что Саманта вновь набросится на вас, – заверил Рик, гася улыбку. – Несколько дней назад нас ограбили, поэтому мы немного нервничаем. Впрочем, вы, наверное, слышали о похищении картин.

Собственно говоря, в дом проникали трижды, но это был один и тот же человек. Впрочем, это их внутренние дела.

– Понятно, сэр… Рик. Конечно, мне следовало сообщить о своем присутствии, но… я предположил, что вы заняты.

Да, прямо в соседней комнате.

Рик снова углубился в отчеты. Если Стиллуэл подслушал часть его разговора с Самантой, это объясняет его явную нервозность и стремление поскорее убраться из офиса. С другой стороны, он мог услышать весьма недвусмысленные звуки, издаваемые в порыве страсти, или трясся от неизвестности, которую нес его первый рабочий день. И хотя Ричард никогда не страдал от паранойи, пока Сэм присутствует в его жизни, осторожность не помешает.

– Мне следует ввести вас в курс сегодняшнего совещания, – начал он. – Моя цена за отель – восемьдесят семь миллионов. Но у меня нет времени вести переговоры, а кроме того, я не получил окончательного согласия города на пересмотр налогов на собственность и налоговые льготы.

– В самолете я читал о владельцах коммерческой собственности в Нью-Йорке, – заметил Стиллуэл.

– Вот и прекрасно. Потому что сегодня вам предстоит вести совещание. У меня есть другие дела.

Его новый помощник беззастенчиво вытаращил глаза.

– Простите, Рик, но я читал книгу. И более чем рад выполнять обязанности помощника, но в качестве председателя, боюсь… наделаю дел.

– Американские и британские законы написаны для адвокатов, которые будут там, чтобы вас выручить. Пользуйтесь их советами. А сейчас я хочу посмотреть, как вы проведете переговоры. Я видел вашу работу и желаю понять, можно или нет положиться на вас. Лучше понять это сейчас, чем потом.

– Я… очень хорошо. Я не разочарую вас, Рик.

– Надеюсь, что нет, – твердо ответил Рик, глядя ему в глаза. Отдал пакет документов Стиллуэлу, сообщил свои пожелания и велел Бену остановить лимузин у входа в здание. – Если я понадоблюсь, звоните на мобильный. Я вернусь через час-другой, – сказал он, когда Джон вышел из машины.

– Спасибо, что дали мне шанс, Рик.

Как только Стиллуэл исчез в глубине здания, Ричард снова уселся.

– Бен, какая самая большая достопримечательность на Манхэттене?

– Для кого?

– Для всех.

– Таймс-сквер.

– Прекрасно. Вези меня туда.

Не слишком хитрый план, но у него всего одно утро, чтобы его осуществить. И однажды он уже сработал: в тот первый раз, когда Рик пытался следить за Самантой. Оставалось надеяться, что ее отец был хотя бы вполовину так же умен, как его единственная дочь.

Бен припарковал лимузин рядом с «Планетой Голливуд».

– Сэр, вы уверены, что хотите идти туда? Там слишком много народа.

– Именно это мне и нужно.

– Но к вам начнут приставать. Может, мне пойти с вами? А вдруг вас ограбят?

– Нет. Возвращайтесь в офис. И будьте готовы к спасательной миссии… на всякий случай.

– Да, сэр. Удачи вам.

Ричард, глубоко вздохнув, вышел из машины. Он любил одиночество.

Учитывая его известность, он был глубоко благодарен за высокие стены и надежную охрану. На Манхэттене одиночество не было особой проблемой, если только знаменитость не появлялась в месте скопления туристов.

В своем голубом костюме от Армани, бордовой сорочке и черном галстуке он был донельзя узнаваем. На что и рассчитывал.

Прошло ровно полторы минуты. Пробираясь через поток ревущих такси, уличных торговцев и миллион пешеходов, он миновал телевизионный центр «Эй-би-си», – по его мнению, лучшее место, чтобы быть увиденным. И точно, группа молодых девиц, года на два-три моложе Саманты, одетых, как чирлидеры,[7]с логотипом «Техас Тек», намалеванным на футболках, окружили его плотным кольцом.

– Вы Рик Аддисон, верно? – прочирикала одна.

Он улыбнулся своей лучшей журнальной улыбкой:

– Он самый.

– Я же говорила.

– О, нельзя ли сняться с вами?!

– Разумеется.

– Что вы делаете в Нью-Йорке?

– Покупаю недвижи…

– Вы знаете Дональда Трампа?

Его улыбка чуть дрогнула, но он смело водворил ее обратно, поскольку к девицам присоединились новые туристы.

– Знаю.

– И зовете его Дональд?

– Не…

– Кому нужен Трамп? – вмешался кто-то еще. – У Аддисона денег больше.

– И он куда симпатичнее!

В течение последних десяти минут он делал наименее любимые в мире вещи: позировал для фотографий и давал автографы. Толпа становилась все больше и громогласнее, но по крайней мере никто не полез к нему в карман и не попытался наступить на ногу.