Беру тебя напрокат - Елена Трифоненко

— Ты глумился надо мной в своем видео.

— Что? — он смотрит на меня ошеломленно. — Ты о чем?

— Я про твой постновогодний анонс. Про ту пошлую нарезку из моих влогов, которую ты смонтировал.

— Я вообще не понимаю, о чем ты.

Вид у него такой, будто и вправду не поймет, о чем речь. Просто поразительный артистизм! Я с трудом подавляю желание поаплодировать:

— Забыл? Бывает. А ты пересмотри то видео — и все сразу вспомнишь.

— Отличная идея! Давай вместе и пересмотрим.

Я снова присаживаюсь на диван. Петров опускается рядом со мной и довольно быстро находит нужный влог через телефон. В его глазах светится искреннее любопытство.

— Можешь смотреть с седьмой минуты, — «добродушно» подсказываю я. — Чтобы время не тратить.

Он следует моим указаниям, и через несколько мгновений на лице его появляется обескураженное выражение.

— Что это, черт возьми, такое? — спрашивает он с легким потрясением в голосе.

Мои губы невольно кривятся в усмешке.

Петров смотрит дурацкий анонс почти минуту, а потом, отключив видео, закрывает глаза и откидывается на спинку дивана. На лице у него — разочарование и досада. Некоторое время мы сидим молча. Впрочем, мне это быстро надоедает — я многозначительно покашливаю, и Петров наконец выходит из анабиоза:

— Неожиданно…

— Неловкий момент, да? — уточняю я с деланным сочувствием. — Бывает. Ты, если память плохая, в книжечку записывай всех, кого унизил в своих роликах. А то так и будешь попадать в щекотливые ситуации. Кстати, ты там еще и в комментах «ласковых» слов в мою сторону не пожалел.

— Серьезно? — Лицо его делается мрачнее тучи.

Он еще несколько секунд сидит молча, а потом набирает полную грудь воздуха:

— Послушай, Ника, это видео… оно и правда отвратительно. Я бы, на твоем месте, тоже был в ярости.

Я тихо фыркаю. Вот чего не люблю — так это вот такие манипулятивные бла-бла-бла.

— Но у меня есть смягчающее обстоятельство, — виноватым тоном продолжает Петров. — Это видео монтировал не я, над ним трудились мои ассистенты. Сам бы я никогда такое не выложил.

— Ну да, ну да! — ухмыляюсь я. — И в комментариях меня, видимо, оскорбляли тоже ассистенты.

— Вообще-то, да, — с досадой кивает он. — Почти всю переписку за меня ведет Антон: мне просто некогда. Но я не снимаю с себя ответственности. Я тоже очень виноват перед тобой: не проконтролировал вовремя работу подчиненных, не проследил за комментариями. Прости, пожалуйста.

Его слова звучат вполне искренне. Но я им почему-то все равно не верю.

— Как у тебя все просто!

— Нет, не просто, — серьезным тоном возражает Никита. — Я понимаю, что восстановить доверие довольно проблематично. И все же я прошу тебя дать мне возможность загладить вину.

— И как ты собираешься это делать?

— Я прямо сейчас же удалю этот новогодний анонс и запишу отдельный влог, где извинюсь перед тобой за свои слова.

Меня даже в пот бросает от такой альтернативы.

— Не надо! Не надо никаких влогов с извинениями. Эту историю уже все забыли, а ты только раззадоришь моих хейтеров.

Мой голос почему-то дрожит, как дворовый пес на морозе. Я думала, что все те чувства, которые когда-то поднял во мне мерзкий троллинг Петрова, давно угасли, но нет. Оказывается, они просто дремали во мне, ждали подходящего случая, чтобы всколыхнуться.

— Хорошо, не хочешь публичных извинений — их не будет. — Никита разводит руками. — Давай уладим проблему денежной компенсацией.

Мне почему-то становится обидно.

— Думаешь, мое доверие можно купить? — сухо уточняю я. — Да еще, наверное, и по дешевке?

Он морщится:

— Ника, не передергивай, пожалуйста. Причем здесь купля-продажа? Это будет штраф. Обычный штраф, как за превышение скорости или курение в неположенном месте.

— Мне не нужны твои деньги, Петров! Мне от тебя вообще ничего не нужно. Все, чего я хочу, — это как можно скорей улететь домой.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍