Ты моя проблема - Мария Высоцкая

Денис.

Ксюха очень быстро засыпает. Дыхание выравнивается, а пальцы, которыми она сжимает мою руку, расслабляются. Тело больше не напряжено.

Накрываю ее одеялом по самую макушку и спускаюсь в гостиную.

Тело ломит. Впрочем, к боли мне не привыкать. После некоторых боев случались такие откаты — думал, сдохну. Так что следы этой заварушки сотрутся быстрее, чем кажется на первый взгляд.

Вся эта ситуация и так была на грани. Мои «друзья» перешли черту. Сделали то, чего не следовало.

Еще в машине я прокручивал в голове разговор с дедом. Сомневался. Сейчас отпали последние ростки этого самого сомнения. Нужно звонить и решать все через него. Сливать бой я не собираюсь. Никогда не допускал об этом даже мысли.

Паша подтягивается уже за полночь. Слышу шум припарковавшейся тачки. Накидываю куртку и, не застегивая змейку, выхожу во двор.

— Здорово.

— Здорово, чемпион.

Степнов пожимает мою руку, параллельно упираясь плечом в колонну на крыльце. Набрасывает на голову капюшон.

— Да, рожа у тебя… не позавидуешь, — трет переносицу.

Пашку я знаю лет десять. Он всегда был сообразительным малым. Мы дружили, а когда началась вся заварушка с профессиональным спортом, он был идеальной кандидатурой на роль агента… Говорят, работа и общие дела портят дружбу, в нашем случае этого не произошло. Наверное, он единственный, кому я действительно могу доверять в нашем пафосном мире больших денег.

— Ты ему звонил?

— Нет. Хочу съездить лично. Останься с Ксюхой. Она спит.

— Без проблем.

— Что ей сказать? Если проснется.

— Что мне нужно было отъехать. По делам. Ключи от своей тачки дай.

— Слушай, может, тебе лучше сначала врачу показаться?!

— Сначала дело, потом врачи.

— Ну, смотри сам.

Паша барабанит пальцами по крышке смартфона. Провожает меня взглядом.

В салоне жарко. Приоткрываю окно. Музыку намеренно не включаю, и так башка болит. Чувствую себя муторно, но еще в доме успел закинуться обезболивающими.

Это слегка непросто. Прикидываться, что ты ничего не чувствуешь. Что выстрел из травмата и удар по голове ничего не значат. При Ксю пришлось разыгрывать спектакль.

Она так перепугалась. Тряслась вся. Кажется, я не припомню, чтобы кто-то так за меня переживал.

Она даже в любви призналась.

Я не слышал это четко. Только отголосками, уже наполовину приходил в себя, прежде чем она сунула мне под нос эти отвратные духи.

Любит… правда или сказанная от испуга фраза?

С ней все слишком странно. Быстро. Неправильно. Но именно от этого кайфово. Маленькая девочка с огромным сердцем. Она насквозь пропитана чувствами. Я так не умею. Мне проще переварить все самому. В одиночку. Не раскрываясь. Она же транслирует свои эмоции на расстояние в тысячи километров. Смеется, когда ей весело, и плачет, когда грустно.

И это подкупает. Она перевернула все вокруг за столь короткий срок. Разбила все мои предрассудки о ней, разнесла этот закостенелый скептицизм в пух и прах.

С ней с самой первой встречи все было иначе. Несколько взглядов, обузданная злость и протянувшаяся нить едва зародившихся чувств. Мне не хотелось бы причинять ей боль. Но не получается, ситуация из раза в раз выходит из-под контроля.

Сворачиваю к особняку. Бросаю машину у пункта охраны и захожу в дом. Мать и бабушка уже давно спят. А дед ждет в своем кабинете. По пути сюда я позвонил ему, сказал, что нужно поговорить.

— Привет, — бросаю куртку на кресло.

— Что произошло?