Любовный маскарад - Лиз Филдинг

Мелани с укоризной посмотрела на Джека.

— Ты думаешь, я совсем дура? Поверю, что ты тратишь столько времени и денег впустую?

Нет, она не дура, подумал он. Дурак — я!

— Я думаю, что у тебя слишком мягкое сердце, которое влияет на твой образ мыслей, когда речь идет о бизнесе, и эта инфекция уже становится заразной!

Мелани что-то не очень понравился комментарий Джека. Забыв в ту же секунду о Гасе Джемисоне, Мелани спросила:

— Ты имеешь в виду кооператив? Сам же признался, что тебе понравился мой бизнес-план. Обещал помочь, между прочим.

— Да, вынужден признать, весьма элегантное произведение, твой план. — Это должно было меня насторожить, подумал он. — Ты написала его сама, правда?

— Идея моя. Но признаюсь: мне немного помогли его составить.

— Немного?

— В основном.

— Ясно, тогда сомневаюсь, что женщины, которым ты стараешься помочь, будут признательны тебе за все старания, Шесть месяцев — это тот срок, в течение которого они продержатся, а потом все развалится.

— Понятно, ты меня заманил сюда хитростью. Как только мы вернемся домой, ты откажешься от поддержки этой идеи, забыв обо всем, что обещал…

— Вовсе нет. Я сделал все, о чем ты просила: нашел работу для твоей подружки, а мой исполнительный директор в данный момент изучает ситуацию с той недвижимостью, которую ты собираешься арендовать. Мы же заключили сделку, договорились, помнишь? Я не собираюсь нарушать данное слово. Но запомни, что я сказал: шесть месяцев. Не больше.

Джек заказал завтрак: кофе, тосты, яйца, даже не спросив Мелани, одобряет ли она его выбор. Она и не восприняла это как невежливость, ей было не до этого.

Неужели Джек прав? Вдруг она ошибается, серьезно ошибается? Пэдди и Шарон абсолютно убеждены в успехе, готовы уйти, а другие? Она так и не знает до конца, как там толком обстоят дела.

— Ну? Прикинула? — спросил Джек. — Я прав, и ты это знаешь.

Мелани допила сок, медленно поставила стакан и взглянула на него немного вызывающе.

― Чепуха! Через полгода у нас все будет работать как часы!

— Если так и будет, я подпишу с тобой контракт.

Мел начала нервничать, ей не нравилось, как он на нее смотрит, не нравился его тон — словно он знает нечто ей неведомое.

— Ловлю тебя на слове, — сказала она, а потом, отвернувшись в сторону, чтобы избежать его пристального взгляда, переменила тему раз говора: — Знаешь, что необходимо Гасу?

— Да, но чую, что ты все равно мне выскажешь свое мнение.

— Реклама. Ему нужна широкая реклама, Джек Паблисити.

Джек поразился. Точно в точку, но вчерашний выпуск «Курьера» уже сделал это. Но вот к чему Мелани так стараться, если она думает, что знает его цели?

— Для рекламной кампании требуется время, а у Гаса его нет, — заявил Джек, готовый продолжать обсуждение.

Если Мелани так убеждена в том, что вычислила его, она позвонит Лэтаму и все ему расскажет. Но когда? Она не может воспользоваться телефоном в коттедже, потому что потом в счете будет указан номер. После завтрака. Из холла отеля? Ну, а там Гас возьмет на заметку все, вызываемые ею, номера.

— И потом сама реклама вещь дорогая, — добавил он многозначительно.

— Да я и не говорила о рекламе в объявлениях, буклетах и клипах. То, что я имею в виду, за деньги не купишь. Для этого необходимо знать нужных людей.

Очень правильно!

— Тогда мы должны признать, что нужных людей у него нет. Кто бы они ни были.

— Зато я знаю, — заявила Мелани.

Она уже была готова объяснить, что очень хорошо представляет себе, как написать об Арке в газетах, заставить людей интересоваться, но неожиданно вспомнила: она же безработная актриса, которая и себе-то помочь не может, не говоря уже о других. Джек, конечно, тут же ей об этом напомнит.

— Думаю, что даже твоя фотография в одних купальных трусиках не поможет привлечь сюда орды туристов, — сказал он с усмешкой.

— Да? Будто ты меня видел полуобнаженной! — огрызнулась Мелани.

Она сердилась уже больше на себя: сама виновата, что он с ней так разговаривает!

— Ты думаешь, что нет? Тогда кто же уложил тебя вчера спать, а?

Мелани уставилась на него, открыв рот от удивления, потом решила, что он нарочно говорит все это.

— И нечего мне об этом думать! Я в состоянии сама приготовиться ко сну, — заявила она.

— И вчера ты тоже сама разделась? Уверена?

Мелани улыбнулась, вечно он ее дразнит.

— Ну-ка, вспомни!

— Я все помню, и очень хорошо помню.

Они ужинали, танцевали… Ну, обнимались в танце, прижимались щекой к щеке… она положила голову ему на грудь… потом просила погулять с ней по пляжу… А потом? Что потом? Она с опаской взглянула на Джека. Боже, как он на нее смотрит!

— Ты не мог… — Мелани произнесла это и залилась краской от стыда. — Как ты посмел?

— Нельзя же было позволить тебе испортить такое красивое платье! Потом пришлось бы извиняться перед настоящей хозяйкой наряда.

Мелани стиснула зубы.

— Белье мое личное! — проговорила она.

— Да? Очень красивое. Правда, дороговато для дамы, которая убирает квартиры. Но, я помню, на Тома оно произвело неизгладимое впечатление. Хотя, конечно, он не одобрил бы твоей, извини за выражение, ночной рубашки.

— Какое его дело, в чем я сплю? И тебя, кстати, это тоже не касается! — вскричала Мелани, готовая дать ему пощечину.