Север и Юг - Софья Валерьевна Ролдугина

И чуждая морт откликнулась.

Фог испуганно отдёрнула руку, и связь порвалась. Незримое для обычного человека «нечто» завибрировало в глазнице, точно готовясь выстрелить в новую жертву.

– Иаллам, – позвала тихо Фогарта. – Скажи, ты мне веришь? В мою силу и умение?

Рыжий шагнул ближе, хотя видно было, что ему не по себе.

– Не то чтоб верю, но выбора нет. А что?

– У меня есть просьба. Необычная.

Он сглотнул. Фогарта на секунду увидела себя со стороны – полусеверянку-полуишмиратку с раскосыми светлыми глазами и недостаточно бледной для красавицы кожей; пальцы нервно теребят край блёкло-серой накидки, из-под которой выглядывает ярко-бирюзовый лоскут нижнего одеяния и…

– Говори, киморт.

– Одолжи мне своё тело. На одну ночь.

К чести Иаллама, он не отшатнулся, не выругался, не закричал сразу «Ни за что!», а просто рассмеялся и скрестил руки на груди:

– Ты же ведь не о ночи любви просишь.

– Нет, – серьёзно ответила Фогарта, чувствуя себя туго натянутой струной. Разгадка была уже на кончике языка, нужен был только один опыт, чтобы подтвердить предположение. – О ночи доверия. Я, кажется, нашла то, что здесь принимают за «болезнь». Мой учитель рассказывал мне о таких… – она запнулась – …объектах. Уничтожить этот объект я способна хоть сейчас. Но мне нужно рассмотреть механизм его действия, изучить слабости. Тогда я смогу создать средство, которое будет «очищать» больных и без моего участия. Я должна увидеть самое начало цикла. Искать подходящего больного среди горожан придётся слишком долго, и ещё… ещё я должна ему доверять. Возможно, мне придётся лгать о результатах, чтобы Абир-Шалим ничего не узнал. И… – Фог осеклась, лихорадочно подбирая ещё доводы, чтобы убедить Иаллама. Ей нужна была не безропотная жертва для опытов, не страдалец, не возможный предатель, не глупец, не трус…

«Напарник».

– Ты хочешь поместить его в меня. Зерно болезни, – неожиданно ровно произнёс Иаллам.

– Да, – призналась Фог. – Пока я могу выбирать. Ещё немного, и оно само выберет нового носителя. Я не хочу упускать такой шанс решить всё быстро. Ты мне поможешь?

Иаллам стянул с себя капюшон, повязку на лицо, герку и посмотрел на Фог – рыжий, усталый и совсем молодой, гораздо моложе, чем показалось тогда, в караване.

Брови и ресницы у него были тоже рыжие.

– Помогу.

Лекарь, Хаким, даже чернокожий старик – все тотчас замерли, словно почувствовав что-то. Фог отвернулась и шагнула к больному, против собственной воли замечая и запоминая каждую трещину в штукатурке, каждую песчинку на полу, каждое выцветшее пятно на каменном ложе или волос, пересекающий запрокинутое к потолку лицо… Рот страдальца был точно глубокая рана в давно запёкшейся корке, а зубы выглядели слишком белыми и ровными, и от этого контраста к горлу подкатывала тошнота.

А ещё он дышал. Пока что дышал.

Не отводя взгляда от больного на ложе, Фогарта вновь сгустила морт и наделила её новым стремлением. Тёмно-лиловые потоки обволокли зерно болезни, заключая его в прочную сферу.

– Иаллам, подойди.

Рыжий сделал несколько шагов, словно через силу, и остановился.

– Если ты сейчас скажешь, что больно не будет, я тебя точно ударю, – он улыбался, но смотрел куда угодно, только не на умирающего.

Вместо ответа Фогарта прикоснулась к щеке Иаллама кончиками пальцев и погладила, словно успокаивая – а потом резко, чтобы не успеть передумать, вложила в его грудь сферу с зерном болезни.

Иаллам прерывисто выдохнул и закашлялся.

– Как ты себя чувствуешь?

– Как? – переспросил он. – Как обычно, наверное. А как должен?

– Сейчас и узнаем, – спокойно ответила Фог, скрывая волнение. – Спроси, есть ли здесь свободные комнаты с хорошим освещением. И чтобы там было окно, – торопливо добавила она. – Обязательно.

Таких комнат в здании не оказалось, и пришлось возвращаться во дворец. Всё это время Фогарта глаз не спускала с Иаллама. Телохранителя он отослал – не просто так, а с заданием, как ей показалось. Комнату люди из совета предоставили роскошную – большую, с высоким потолком и с добрым десятком светильников вдоль стен. Пока слуги застилали низкое ложе и наполняли водой бадью у стены, Фог сидела на подоконнике, поглядывая то на подозрительно бледного Иаллама, то на светлеющее небо над городом.

– Ждёшь чего-то? – спросил рыжий нарочито жизнерадостным голосом. «Зерно» болезни пока ещё дремало в плотной оболочке морт.

– Жду, – кивнула Фог. – Свой сундук. Вот, кстати, и он.

Тёмное пятно, которое издали можно было принять за большую птицу, вдруг резко нырнуло вниз, к самым крышам. Послышался хруст черепицы.

Иаллам сощурился и хмыкнул:

– Не боишься, что у тебя потом из оплаты вычтут?

– Пусть сначала докажут, – сосредоточенно ответила Фог, вслушиваясь в пульсацию такой знакомой морт. – Это им ещё повезло, что сундук догадался взлететь повыше… А то парой дыр в крыше они бы не отделались.

– Догадался? – недоумённо вздёрнул бровь Иаллам.

– Ну да, – кивнула Фогарта немного смущённо. – Конечно, это невозможно, но мне кажется, что он постоянно учится