Две сироты для миллиардера - Александра Багирова

Владимир, безусловно, оставил свой отпечаток на психике Славки. Плюс ее не совсем адекватная мать, которая в прямом смысле подталкивала дочь в объятия монстра. Я все это понимаю, но то, что творила далее Славка, нельзя забыть и простить.

- А тут я уехал, и тебе это явно не нравилось, - протягиваю задумчиво.

- Я чувствовала себя одиноко. Никто меня не понимал и не поддерживал кроме тебя. Хоть ты и не знал десятой доли того, что происходило в моей жизни, - вздыхает.

В то время я возненавидел отца и решил кардинально изменить свою жизнь. Отказался от его бабок, сменил фамилию и укатил в другой город. Я не желал вспоминать прошлое, горел идеей доказать, что всего могу достичь сам. Я отрекся от той жизни, во мне горели обиды, и даже Лизе я не признался, чей я сын. Сейчас понимаю, насколько глупо это было. Но тогда молодость бурлила в моей голове. Я действительно считал, что можно вот так просто вытравить свои корни. Хотел начать с Лизой новую жизнь. Позже, когда был в отъезде, я решил ей признаться. Не хотел, чтобы между нами были секреты. Но я опоздал со своим решением.

Мне тогда казалось, что прошлое ее не касается. Ведь мы любим друг друга и у нас есть настоящее, а будущее мы построим вместе. А откровенность могла спасти… Поздно… осознание всегда приходит к нам с опозданием.

- И? – подгоняю ее с откровениями.

- Мы виделись так редко, и то когда я плакала и настаивала. Ты решил похоронить прошлое, вычеркнул отца, друзей…

- Отец убил мою мать, - отвечаю глухо.

Та трагедия до сих пор не отпустила. Хоть прошло уже много лет. И как позже выяснилось, моя мать была мне не родной. Меня породило существо, которое в принципе не может называться человеком. И даже Славка, по сравнению с деяниями моей так называемой матери, лишь мелкая шавка.

А мать, которая меня воспитала, я любил безумно. Она несла добро, ее улыбка озаряла мир. Но в последние годы жизни, мать улыбалась все реже и реже. Она таяла на глазах, ходила с вечно опухшая от слез. Отец медленно, но очень прицельно уничтожал ее.

- Ты этого не знал точно, - сверкает глазами.

- Что тебе известно? – рявкаю на нее. – И тут без тебя не обошлось? – желание придушить Славку вновь возвращается.

- Я непричастна к пожару, - мотает головой.

- Но ты знаешь, что там произошло, - вижу ответ в ее глазах.

- Мои знания, дорого мне обошлись, Бодя, - резко встает и отворачивается к окну.

Глава 53

- Рассказывай, - вздыхаю. Морально готовлюсь к очередному удару правдой. – Ты ведь для этого меня сюда заманила.

- Да, - барабанит пальцами по подоконнику. – Пора нам распутать тайны прошлого. Всего не расскажу… но и этого тебе с головой хватит, - в голосе появляется усталость.

Словно она так долго бежала, и сейчас утратила ориентир. Куда? Зачем?

- Так что насчет Лизы, детей, ее папаши, моей матери? Это все как-то связано?

- Начну с истоков, - поворачивается и ловит мой взгляд. В глазах плещется боль и усталость. Она как-то в один миг помрачнела, постарела.

- Их было трое неразлучный друзей Ползунов, твой отец и папаша Лизы. Они вместе росли, вместе шли по криминальной лестнице, вместе зарабатывали первый капитал. Кровавая троица, так их называли. Их реально боялись, они кормили полицию с рук, имели друзей в верхах. В общем, у них все было схвачено, и вряд ли бы кто решился их остановить. Они строили свою кровавую империю. Но как часто бывает, все разрушилось из середины. И всему виной стали нет… не бабки… женщина…

- Моя мать, - шепчу.

- Догадливый, - усмехается.

- Она была действительно удивительной женщиной. Рада, что была с ней знакома. Отчасти поэтому, я заинтересовалась тобой, а далее и держалась. Тогда я еще не знала, что ты не родной сын Полины. Мне казалось, что если в тебе течет ее кровь, то ты должен быть особенным. В некотором роде так и есть, хоть биологически вы не родные, - от воспоминаний, лицо Славы разглаживается, вижу такую редкую черту для нее, как искренность. – Я смотрела на свою жадную и вечно недовольную мать, и еще больше тянулась к Полине.

- Тут я с тобой согласен, мама действительно была удивительной женщиной, - сердце сдавливают стальные обручи. Уже столько лет прошло… столько лет без нее… а раны все еще кровоточат. Только ей я могу сказать спасибо за свое счастливое детство.

- Вот эта удивительная женщина и внесла раздор в дружном кровавом коллективе, - Слава откидывает назад волосы, подходит к столу и делает большой глоток воды из чашки.

- Продолжай, - хриплю, поторапливаю ее.

- Она любила отца Лизы, ею был дико одержим Ползунов.

- А мой отец?

- Твой папаня, - морщит нос, - Думаю, там не было высоких чувств, он просто хотел быть победителем. Полина сделала выбор сразу. Она не играла в игры, не бегала от одного к другому. Только проигравшие были не согласны с ее выбором. Тогда и начался раздор, построенная на крови империя трескалась по швам, истекала грязью изнутри. Ползунов подставил отца Лизы, со всей присущей ему подлостью и низостью. Сдал его их извечным конкурентам, сделал виновником всех бед. Отец Лизы был обречен, и смерть в его случае была бы избавлением. Полина, чтобы спасти любимого, согласилась уйти к Ползунову. Грязная сделка, которая ее сломала, - Слава закрывает лицо руками. Ситуация созвучна с ее прошлым. – Ползунов