Непокорная и обольстительная - Хизер Грэм

– Может быть, ты еще чего-нибудь хочешь? – заботливо поинтересовалась она, пытаясь за шутливым тоном скрыть раздражение его невнимательностью. Ведь мог бы что-нибудь сказать ей.

– Что именно? – удивленно спросил Джереми после мучительно долгой паузы.

Криста все это время стояла у стола и выжидающе смотрела на мужа.

– Ничего, – со злостью выпалила она.

На губах Джереми появилась едкая ухмылка.

– Прости, я забыл, что мы так долго не общались с тобой, что ты, видимо, истосковалась даже по разговору с вонючим янки.

– Ничего я не истосковалась, – сердито буркнула Криста и обиженно поджала губы.

Он долго смотрел на жену, а потом решительно взмахнул рукой.

– В таком случае, моя дорогая, ложись спать. Завтра нас всех ждет не менее трудный день.

– Если я правильно тебя поняла, – язвительно заметила Криста, – ты специально делаешь их труднее и труднее, чтобы досадить мне! Разве не так?

Брови Джереми удивленно поползли вверх.

– Ничего подобного! У меня и в мыслях не было таких намерений. Просто я хочу как можно быстрее добраться до Форт-Джекобсона, пока погода здесь вконец не испортилась, вот и все. – Он немного подумал и добавил: – И пока какой-нибудь идиот не создал нам серьезных проблем с местными индейцами. – Он подвинул к себе кипу бумаг и начал что-то быстро писать, демонстративно игнорируя присутствие жены.

Криста сцепила зубы и отошла от него, повернувшись спиной. В углу палатки она быстро переоделась во фланелевую ночную рубашку и забралась под одеяло. Только сейчас она поняла, что ужасно устала за этот день, хотя признавать этот факт было крайне неприятно.

Криста была смущена поведением мужа и не скрывала своего раздражения. За все это время он не сказал ей ни единого доброго слова, не похвалил за все ее старания и даже не предпринял никаких попыток приблизиться к ней. Конечно, ей это совершенно не нужное, но все же. Впрочем, было бы неплохо, если бы он уделял ей чуточку больше внимания. Так хорошо чувствовать, что тебя любят и всячески обхаживают.

Какое-то время она лежала с открытыми глазами, но усталость взяла свое, и вскоре она погрузилась в беспокойный сон. А через некоторое время ей приснилось, что Джереми улегся рядом с ней и стал нежно целовать ее шею, грудь и все остальное, точь-в-точь как это было еще до их отъезда на Запад. Она почти физически ощущала на себе его ласковые руки, которые трепетно гладили ее спину, опускались все ниже и ниже, доводя ее до исступления. Внезапно она проснулась и поняла, что это не сон, а самая что ни на есть настоящая реальность. Джереми пристроился к ней сзади и неистово напирал своей упругой плотью, позабыв о нежных ласках и предварительных любовных играх. Во всех его движениях было лишь отчаяние и какая-то грубая сила. Она слегка повернулась к нему, положила руку на его пальцы, но в этот момент он напрягся и обмяк. Криста с огорчением подумала, что ей тоже не хватает ласки и вообще она была бы не прочь испытать нечто подобное.

Наутро настроение Джереми заметно улучшилось. Какое-то время они ехали бок о бок, и он все время обращал ее внимание на брошенные индейские поселения, повторяя на разные лады одну и ту же мысль, что индейцы на самом деле очень разные и что ни в коем случае нельзя смешивать их в одну кучу. Они долго жили на этой земле, охотились и ловили рыбу, выращивали картофель, кукурузу и другие овощи, а сейчас вынуждены оставить насиженные места и отправиться куда глаза глядят в поисках лучшей доли.

– Скоро мы выедем на равнины, – подытожил он через некоторое время, – и ты увидишь самых настоящих номадов.

– Номадов? – удивленно переспросила Криста.

Джереми снисходительно усмехнулся:

– Да, так обычно называют кочующие индейские племена, которые постоянно перемещаются вслед за бизонами. Зимой они идут за ними на север, а летом – обратно. Так что мы скоро наткнемся на их стойбища. В такое время года они как раз находятся в этих краях. – Джереми немного подумал, а потом отбросил все сомнения и продолжил: – А из других индейских племён так далеко на север заходят только команчи. Их территория простирается от Техаса до Мексики, а на западе она доходит до Аризоны и Нью-Мексико.

– Ты говоришь так, словно команчи – это единственные индейские племена, которые беспокоят тебя.

Джереми улыбнулся, посмотрел на небо, как будто оценивая его цвет, а потом повернулся к жене:

– О нет, здесь найдется немало индейских племен, которые могут доставить нам массу неприятностей. Прежде всего, это апачи, но не только они. Индейцы сиу тоже могут быть весьма злобными и жестокими. Но если мы благополучно доберемся до Форт-Джекобсона, то нашими главными врагами, несомненно, будут команчи. Они с давних времен известны своими воинственными повадками и практически полностью контролируют дикие равнины. – Джереми пришпорил лошадь и показал куда-то в сторону горизонта: – А вон там показались вигвамы индейцев чокто. Видишь? Кажется, они в поте лица трудятся над своим будущим урожаем.

Криста молча кивнула, разглядев неподалеку длинный ряд аккуратных вигвамов, а чуть поодаль – темные фигурки людей на зеленеющем поле.

– Чокто, – невнятно пробормотала она и почувствовала, что муж пристально смотрит на нее. Правда, когда она повернула голову, Джереми, как ни в чем не бывало, смотрел вперед.

– Криста, мне нужно посмотреть, как там дела во главе колонны, – задумчиво произнес он. – Я хочу, чтобы мы сегодня продвинулись как можно дальше.

Они действительно в тот день проехали очень много миль, и когда дело дошло до ночлега, Криста упала замертво и сразу же уснула, истощенная столь длительным переходом. И только глубокой ночью он снова разбудил ее. Но она вовсе не возражала, так как это означало, что она уснет в его крепких объятиях.

На следующий день погода была заметно прохладнее и оттого казалась еще более прекрасной. Сначала она ехала рядом с Джереми, а потом он вверил ее Джеймсу, а к полудню Криста оказалась вместе с Селией в ее медицинском фургоне. За эти первые дни продолжительного и весьма утомительного перехода она окончательно убедилась в том, что о ней говорят практически все без исключения. Многим солдатам и офицерам нравилось то, что полковник Макгоули выбрал себе жену из семьи виргинских плантаторов, а другие радовались тому, что война, в конце концов, закончилась и сейчас можно было наслаждаться долгожданным миром. Правда, были и такие, которые с трудом скрывали ненависть ко всем бывшим конфедератам, и к ней в частности. Это было настолько очевидным, что даже Селия не могла отрицать наличие тайных врагов в полку ее мужа.

– Впрочем, ничего странного в этом нет, – пыталась утешить она подругу. – Ты ведь тоже ненавидишь янки.

– Нет, я не могу сказать, что ненавижу всех янки, – настойчиво возразила Криста и тяжело вздохнула. – Кстати сказать, один из моих братьев всю войну провоевал на стороне янки.