Мы сгорим вместе. Сводные. - Маргарита Аланина

Хотя «в порядке» никогда больше не будет. А что может быть в порядке, если родной человек врал мне на протяжении многих месяцев? Папа знал обстоятельства «вдовства» Вики и предпочел молчать. А мне пары слов было бы достаточно. Про остальное думать не хочу.

Происходит мощный выброс серной кислоты в кровь едва я начинаю углубляться в это самое «остальное».

- Так, дай-ка сюда? – Март отбирает у меня телефон. Крепко вцепился и руки в сторону увел. Нет ни единого шанса выбить телефон из его рук.

-Эй, Март-тышка, ты слишком многое себе позволяешь.

- Крайнова, за языком следи. Я подружке твоей едва с рук спускаю, тебе не спущу, - иронично отчитывает.

- Телефон на базу верни, - протягиваю руку.

- Дэм, хочешь с отчимом поговорить? Он уже семнадцатый раз наяривает, – ржет, показывая экран Покровскому.

Демьян отвечает скрипом кожи руля. Я, слегка массируя виски, отворачиваюсь к окну.

Семнадцать звонков только за сегодня, вчера было столько же. Хорошо, что папа тактично не приезжает. Ему хватает кратких сообщений.

Надолго ли?

- Держи, - Март шмякает телефон мне на колени.

- Почему трубку не берешь? – зло гремит наш водитель.

- Не хочу.

- Конкретно и по порядку.

- Не могу. Он в команде Вики, - горло запершило.

- Ты ревнуешь отца к мачехе, - ставит «диагноз» Март. Паясничает специально, чтобы вывести меня на нужную эмоцию – злость. Получается.

-Нет. Я бы тогда была против их брака изначально. Мне претит его молчание. Понятно, что не мое дело и не его, в общем-то. Он не знал отца Демьяна и встретился с Викой, когда она уже не считала себя женой Льва Покровского. Папа сказал мне, что она вдова! Сложно было сказать правду? И он не мог не знать, что у неё есть о нем информация. Он спокойно воспринял новость, даже слишком. Понимаешь? – указываю на Марта пальцем.- Они поженились, они в шоколаде. А весь мир может катиться куда хочет? Что это за любовь такая, что он спокойно врет мне и делать вид будто ничего не произошло? Пускай тот, другой, человек живет и дальше на улице, словно его действительно нет. Перешагнем и пойдем ужинать? Он мне говорит, что я должна смиренно улыбаться. А как? Они с мамой меня другому учили… Он будто не мой папа вовсе, - выплескиваю сумбурно. Отчаянно.

Демьян содрогается от моих словесных ударов и резко поворачивает голову в нашу сторону. Обрушивает бурю эмоций от нежности до ослепляющей ярости. Каждой словно крюками проникает под кожу и притягивает к себе. Отталкиваю от себя их. Дышу, игнорируя ломоту во всех внутренних органах.

- И что дальше? – рычит.

- Что именно?

- Ты решила не общаться с Олежкой? Таков итог?

- Итог… я не могу смотреть папе в глаза . А на счет Вики – думаю, говорить не стоит...

Мне необходимо найти работу. Не хочу быть двуличной. Не общаясь толком с папой, жить за его счет.

Искать работу надо, а мне страшно. Я никакими особыми навыками не обладаю. Учиться едва начала. Кем устроиться студентке-первокурснице без опыта - вопрос на засыпку. Думаю, стоит спросить у Михаэля. Вдруг в отель, например, горничные или уборщицы нужны? Или в ресторан при отеле официантки? Обязательно спрошу, но не при Демьяне.

- Вот как… - выдавливает Дема с новой интонацией. Разобрать её не получается.

- А позвони Льдинке? Я с вами загнусь от такого веселья, - Март берет на себя роль буфера.

- Кому?

- Холодовой. У меня второе дыхание открылось. И если ты опять ничего не испортишь, то к концу следующей недели она уже будет подо мной.

Убираю телефон в карман. Звать Таньку резко перехотелось.

- Март, оставь её в покое. У неё и без тебя проблем хватает.

- И я помогу ей отвлечься, - поигрывает бровями.

- Мих, вырубай барана. Сними киску на ночь и угомонись, - приказывает Покровский.

Не слушаю их дальнейшую перепалку из серии «пошел ты». Откровенно пошлые высказывания Марта неприятны, но в остальном я ему благодарна. Разрядил обстановку.

Благодаря перебранке парней, моё настроение набирает обороты. И Демьян не грузится.

Возле огромного, больше чему Покровских дома, «братишка» паркуется напротив входа вторым рядом. Выходим из машины и я шокировано застываю. Земля под ногами сотрясается от вибрации музыки.

- Держись нас, пока не освоишься, - небрежно командует Дема.

Киваю и пристраиваюсь сбоку от него. Вижу как он сжимает руку в кулак и косится на меня. Не придаю значения и прохожу к воротам.

Во дворе дома куча народа. Они непроизвольно обступают наше трио, кто-то постоянно хлопает парней по спинам, что-то кричит им в уши. Я удостаиваюсь нескольких кивков и заинтересованных взглядов.

Сама я поглощена танцем огненных «шаров» в воздухе. Они завораживающе прекрасно рассекают воздух. Фигуры, которые появляются в воздухе, впечатляют. Пространство вокруг пышет жаром, искажается рябью и плавится. Волшебно.

- Рудаков крутит пои на досуге, поэтому здесь полно его корешей- фаерщиков. Когда они крутят, близко не подходи. Это не светодиоды, волос лишишься на раз, - заботливо орет в ухо Демьян.

А то я бы не догадалась…

Закатываю глаза и показываю одной рукой «ок».

- Хочешь попробовать покрутить? – носом упирается мне в висок.

Малодушно дергаю головой. Я позорно трусь об него.

- Да. А можно? - отстраняюсь. В глаза смотреть избегаю.

Демьян салютует Михаэлю, берет меня за руку и ведет за дом. Огибаем дом и у меня челюсть падает в ноги. Много света, инфракрасный обогреватели и бассейн, кишащий парнями и девушками. Некоторые из девушек отдыхают без верха купальника. Некоторые из них из университета.

Для меня это явный перебор. О таком предупреждать надо!

Я ныряю в грудь Демьяна. Бесконечно долго меня окружает пустота. А потом он обнимает меня изо всех сил. Я рвано дышу и зажмуриваюсь. Жалею, что невозможно стиснуть сильнее.

- Ты ханжа, - интимно шепчет.

- Я просто оказалась не готова, - ворчу ему в грудь. Покровский, возможно, меня даже не слышит.

Демьян отодвигает меня в сторону и продолжает двигаться, будто я не семеню, вжавшись ему в бок.

Статный. Невозмутимый.