Двухколесное счастье - Изольда Рыбкина

— Давид, мы сегодня же выезжаем в Измайловск, — продолжает мама. — Ну почему вы не сказали нам, что у Аси начались схватки?!

— Мам, не нужно сегодня выезжать, — прерываю её. — Это ваш первый настоящий отдых только вдвоём. Ждём вас не ранее, чем в конце недели, — именно тогда заканчивается подаренная нами путевка в санаторий.

— А мы на выписку не опоздаем? — с сомнением переспрашивает мама.

— Не волнуйся, не опоздаете, — успокаиваю её. — Асье сделали кесарево сечение, поэтому пробудет здесь немного дольше.

— Как кесарево?! — спуганно чуть не вскрикивает мама. — Почему кесарево? Ведь было всё хорошо? Или вы нас обманывали? Сынок, немедленно говори, что с Асей!

— Мама, мам, успокойся! Всё хорошо. И было всё хорошо, мы тебя не обманывали. Просто так иногда бывает… Но Асья и Катюша в порядке.

Я на это надеюсь. Асья пока не пришла в себя. Собственно, поэтому я и сижу здесь до сих пор…

— Ладно, сыночек. Я тебя поздравляю с доченькой! А Асеньке я сама позвоню, как она придёт в себя. И вот еще что, — спохватывается мама, — может, вы к нам переедете? Ну хотя бы на первое время? Асе сложно будет первые месяцы, а так мы всегда на подхвате…

Мама говорит нарочито мягко, хотя я понимаю, чего ей стоит уговаривать меня, а не требовать в приказном тоне. Но нет, мы не переедем к ним. Будем вместе справляться с трудностями. Этот вопрос мы с Асьей обговаривали уже много раз и всегда сходились на одном — даже если будет сложно, всегда нужно жить отдельно от родителей, и никому не давать вмешиваться в отношения нашей семьи.

— Мам, ты знаешь ответ, — также мягко отвечаю, чтобы не обидеть её. — Давай потом об этом поговорим — мне, кажется, Асья звонит.

Я быстро скидываю вызов и переключаюсь на видеозвонок от абонента «Асенька».

На экране появляется любимое лицо. Как же я соскучился по ней — сутки не видел этих серых глаз и только сейчас понял, что без них чувствую себя не собой.

— Привет, — измученно улыбается Асья и неотрывно смотрит на меня. Её волосы сбиты в какой-то куль на макушке, а выбившиеся отдельные пряди хаотично рассыпались по подушке.

— Привет, — севшим голосом проговариваю, глядя, с какой любовью смотрит на меня жена.

Мы молча смотрим друг на друга через экран и улыбаемся. А спустя несколько секунд Асья переводит камеру со своего лица чуть ниже. И тут происходит что-то необъяснимое — у меня внутри всё переворачивается, когда я вижу маленький сверточек, из которого выглядывает красненькая сморщенная головка. Шевелится!

Хорошо, что я не сказал этого вслух! Взрослый мужик и так по-детски испытываю восторг от того, что вижу новорожденного. Мою дочь!

— Представляешь, — шепчет мне Асья, поднося телефон ближе к себе, — я теперь МАМА! Давид! У меня молоко в груди!!! Я кормить ребенка могу!

Мне хочется смеяться и плакать. Какая же она еще совсем девчонка! Девятнадцать лет…

Ася рассказывает мне, как прошла операция, как ей сделали эпидуральную анестезию, и она всё видела и слышала. Рассказ о первом крике малышки и первом прикосновении к ней всё-таки сломили броню, и скупая слеза пробивается наружу.

— Асья, я так люблю тебя! — говорю не для того, чтобы признаться, она и так это знает, а скорее от избытка переполняющих меня чувств.

— И я тебя люблю, мой Давид! — она всегда так говорит, и мне хочется, чтобы она сейчас погладила меня по щеке, зарываясь пальцами в уже прилично отросшую бороду. Асья любит так делать. — Постой! — вдруг настораживается моя жена. — А ты где сейчас?

Ася заглядывает в экран, а я приподнимаюсь на ноги, чтобы показать в камеру больничный двор.

— Ты знаешь, где ты сейчас сидишь? — спрашивает любимая каким-то загадочным голосом. Я недоуменно жду пояснений. — Ты сейчас на «нашем» месте…

— Ты ничего не путаешь? — оглядываюсь по сторонам, чтобы увидеть хоть что-то, связанное с Асьей, но не могу — мы с ней тут точно не были вдвоём. — Я впервые под этим кленом. Иначе бы наверняка его запомнил.

— Посмотри на здание впереди тебя, — медленно проговаривает жена. — Видишь на первом этаже седьмое окно справа?

Мне немного смешно. Это похоже на какой-то квест. Не понимаю, зачем мне это, но я начинаю считать.

— … пятое, шестое, седьмое, — киваю в экран.

— Это та палата в отделении терапии, где ты лежал. А я стояла тут и смотрела на это окно…

В памяти всплывает день, когда я прогнал от себя Асью. Разрывался тогда на части от желания её вернуть… А сейчас представляю, как больно было моей маленькой хрупкой девочке, когда она стояла здесь совсем одна в ту ужасную промозглую осень.

«Прости» — проговариваю мысленно. Сказать вслух не успеваю, да и не для того Асья показывает мне на это окно.

— А теперь посмотри на первый этаж, — продолжает жена. — Там реанимация… Окна сюда не выходят…

— Прости меня, Асенька… — шепчу в трубку, понимая, какие тяжелые воспоминания всплывают сейчас в её голове.

— Нет, ты что!? — Ася обрывает меня. — Это ты меня прости!

— Асья, ты уже много раз просила прощения за эту аварию, неужели ты до сих пор винишь себя?

— Виню… — немного подумав, отвечает Асья. — Но не в том, что отвлекла тебя от дороги.

— А в чём же тогда? — я не понимаю, что она имеет ввиду.

— Знаешь, Давид, я много думала потом о тебе, о нас, о своей жизни… — Ася приложила телефон поближе к уху и на экране я вижу теперь только больничный потолок, поэтому весь погружаюсь в слух, стараясь не пропустить ни единого слова. — Если бы ты не попал тогда в аварию, я бы не пришла к Богу. Ну… или это был бы долгий и трудный путь сомнений и преодолений. А когда я поняла, что тебе может помочь только чудо и высшие силы, отправилась в церковь. Вот за это я и прошу прощения, что тебе пришлось пострадать, чтобы я смогла открыть свои глаза. И своё сердце…

— Да, Асенька, ты права, всё происходит так, как должно. Слава Богу за всё!

— Слава Богу за всё! — повторяет моя жена, и экран телефона показывает мне лицо самой красивой женщины в мире, которая с огромной нежностью целует маленький сморщенный комочек самого большого на свете счастья.

Ася

Ура! Сегодня наша выписка с Катюшкой! Эти пять дней, которые я провела в роддоме, были самыми тяжелыми за весь последний год.

Наша свадьба тоже была в сентябре и собрала огромное количество гостей. Армянская свадьба! Никогда бы не подумала,