Властный - Райан Мишель

Я зашевелилась и застонала от боли, разрушая чары, под которыми мы находились.

— Ты идешь в постель, а я позабочусь о твоих ранах. — сначала он вытащил свой телефон и набрал номер, прежде чем я успела возразить. — Ты нужен мне дома. Код — 1410. Заходи и поднимайся в мою спальню.

Я ахнула, когда он повесил трубку.

— Ты дал ему код от ворот в поместье? Ты случайно не заболел?

— Детка, я сделаю ради тебя, что угодно. — Оникс поднялся, держа меня на руках. — И я просто сменю его, когда доктор уйдет. Этот код предназначен для гостей, и я его постоянно меняю. Так я могу отследить, кто входит и выходит из поместья. Поэтому тут безопасно и чужие зайти не смогут.

— Через сколько приедет врач?

Он пожал плечами.

— Пятнадцать-двадцать минут.

Я лукаво улыбнулась. Да, было больно, но мне хотелось побыть с Ониксом. Нам нужно было вернуться к тому, с чего все это началось. Мне нужно было почувствовать его внутри.

— Сядь, Оникс.

Он изогнул бровь.

— Детка, твои приказы не очень-то на меня действуют.

— Оникс! — предупредила я, и он улыбнулся.

Когда он сел, я оседлала его. У меня болели ноги и спина, но ничто не могло удержать меня. Я бы вытерпела боль, слезы или что бы то ни было еще, чтобы обрести эту близость с ним, которой мне так долго не хватало.

Он положил руки мне на бедра.

— Ты нужен мне, — прошептала я. На мне была лишь его футболка. Я отбросила ее на пол, и Оникс зарычал в ответ.

— Мне больно видеть все эти синяки на тебе.

— Я знаю, но прямо сейчас ничто другое не имеет значения. Только ты и я.

Он выглядел так, словно собирался возразить, поэтому я начала покачивать бедрами, чувствуя, как его твердый член уперся в мою киску.

— Я даже готова умолять, — поддразнила я, возвращая его внимание ко мне и отвлекая от ушибов.

— Можешь начинать.

— О, да, — прошептала я, целуя его. — Я хочу тебя прямо сейчас, Оникс. Хочу объездить тебя.

Его член дернулся. Ониксу потребовалось всего несколько секунд, чтобы сорвать с меня нижнее белье и вытащить член из джинсов. Когда я опустилась на него, то впервые в своей жизни почувствовала себя целостной. Я принадлежала ему, он был моим, и это было все, что имело значение в этом мире сейчас.

Оникс глубоко вошел в меня, крепко обнимая. Мы замерли в этом положении, и когда я посмотрела в его глаза, в них светились чистый огонь и желание. Оникс нуждался во мне так же сильно, как и я нуждалась в нем.

Мы поцеловались, и я начала двигаться вверх и вниз. Между нами разгорелся огонь, посылая ощущения по всему телу. Боль от ран совсем не ощущалась. Мы двигались в едином ритме, то быстро, то медленно, и все это время я не отрывала свои губы от его.

Наши тела оставались напряженными, но движения были приятными и спокойными. Это не было обычным, диким трахом, как раньше. Это было нечто совершенно другим. Любовью. Единением. Связью. Все это сплеталось воедино, связывая нас и делая единым целым.

— Я люблю тебя! — Я обхватила Оникса за шею, когда на меня волной накатило удовольствие. Оникс хмыкнул, приподнимая бедра, и кончил в меня.

Дышать было трудно, и я уткнулась лицом ему в шею. Мы просидели так несколько долгих мгновений, приходя в себя.

— Торрин?

Я приподнялась, глядя в глаза Оникса, в которых было столько эмоций, что это поразило меня до глубины души.

— Я не знал, что такое любовь, пока ты не вошла в мою жизнь. Думал, что не заслуживал этого. Но, детка, теперь у тебя есть я, и я чертовски тебя люблю.

С улыбкой и радостью в сердце я наклонилась, целуя его, а из глаз покатились слезы. Вот на что было похоже счастье — найти того единственного человека, который делал твой мир полноценным и без которого этот мир бы рухнул. Я чувствовала полное опустошение вдали от Оникса. Но теперь он принадлежал мне, а я ему.

30

ОНИКС

МЕСЯЦ СПУСТЯ

Широко раздвинув ноги Торрин, я облизывал и посасывал ее киску. Девушка, вздрогнув, проснулась и со стоном приподнялась.

— Оникс! — сонно вскрикнула она.

Я продолжал щелкать языком по клитору, скользнул пальцем внутрь киски, наслаждаясь ощущением того, как она оживала подо мной. Она была такой теплой после сна, идеальной.

— И кому с утра нужен кофе? — пробормотала она, откидываясь на подушку. — У меня есть мужчина, который умеет работать языком!

Я рассмеялся, когда она напряглась в нарастающем оргазме.

— Ты уже на грани, Торрин, — сказал я, добавляя палец.

— Хочу твой член, хочу всего тебя, Оникс!

Целомудренно целуя ее живот, я ненадолго остановился, чтобы подразнить ее пупок, который так любил. Я ласкал Торрин пальцами, пока, наконец, не добрался до ее губ.

— Командирша! Ты же знаешь, как я отношусь к твоим приказам, — пошутил я. Наши губы встретились, а языки сплелись между собой.

Я убрал пальцы и медленно вошел в Торрин.

— Ты действительно смог бы мне отказать? — поддразнила она.

— Никогда, — честно признался я. — Отдам тебе всё, что пожелаешь, черт возьми.

Сначала я медленно входил в нее и выходил, пока она не приподняла бедра, желая большего. Только тогда я ускорил темп, и вскоре Торрин закричала в экстазе, а затем и я достиг освобождения.

Каждую ночь засыпать и каждое утро просыпаться с ней с одной постели стало еще одним приятным удовольствием. Закончив «желать» ей доброго утра, я принимал душ и уходил. Она проводила день со своей сестрой и племянницей, затем занималась работой, потому что да, она хотела продолжать работать. Мы нашли компромисс и в итоге, решили, что Торрин будет работать из дома. У меня был плотный график, и дома я хотел проводить с ней побольше времени. Кеннеди поначалу была не в восторге от наших отношений. Мне было наплевать, однако Торрин переживала из-за этого. Постепенно ее сестра смирилась. Возможно, мы никогда и не будем справлять семейные праздники вместе, но я отказываюсь терять Торрин, так что чем быстрее Ланье поймут это, тем лучше для всех нас.

К сожалению, у меня были обязанности, поэтому я не мог проводить каждую свободную минуту с Торрин. Сегодня я отправился в Филадельфию, на встречи, в которых не очень-то и хотел участвовать.

Когда я зашел, Дэйн, Пакстон и Гарретт уже сидели