Не просто лучший друг - Юлия Оайдер

– Спасибо большое, что подвезли, – говорю я и не успеваю сама открыть дверь, как Вячеслав Олегович выходит из машины и галантно открывает мне ее сам. – Спасибо, не стоило…

– Привычка, – лучезарно улыбается он. – До встречи на парах, Староста, – подмигивает на прощание и уезжает.

Пока иду к двери подъезда и достаю ключи, вспоминаю, что не перезвонила маме. Что ж, надо исправляться!

Глава 20. Горечь внезапного одиночества

Глава 20. Горечь внезапного одиночества

Захожу в подъезд, поднимаюсь по лестнице и беру телефон. Разблокирую его и вижу на экране больше десяти пропущенных вызовов от мамы и намного больше от Глеба. В мессенджере от него тоже показываются непрочитанные сообщения, но когда я захожу, то меня приветствует череда надписей: “Пользователь удалил свое сообщение”.

Сердце начинает бешено колотиться в груди, не предвещая ничего хорошего.

Что-то случилось…

Нажимаю на кнопку вызова, напротив имени Глеба, остановившись на этаж ниже нашего, и жду гудки. Они появляются в трубке синхронно с мелодией звонка на телефоне Глеба, доносящейся с нашей лестничной площадки. Задираю голову и вижу тень своего друга – он стоит прямо там.

– Глеб! – кричу я и как можно скорее поднимаюсь по лестнице. – Что случилось?! – испуганно восклицаю я и закашливаюсь. Пробежала всего один этаж, а задыхаюсь.

Дверь нашей квартиры открыта нараспашку, по квартире, освещенной лишь коридорным бра, следом за Глебом бегает Анубис, а у порога стоит большая спортивная сумка с набросанными в нее наспех вещами и вот, Глеб бросает в эту кучу стопку своих документов. Мое хорошее настроение улетучивается и сердце сковывает ледяным страхом.

– Глеб? – едва слышно спрашиваю я. – Что происходит?

– Для тебя – ничего, – бросает он и поднимает с пола куртку. Его голос хриплый и грубый, парень с первого раза не попадает в рукав, психует и выругивается, чуть было не рвет куртку.

– Что? – ощущая мелкую дрожь по всему телу, переспрашиваю я. От страха на глаза нахлынывают слезы и я задыхаюсь.

– Знаешь что самое херовое?! – рявкает парень и, пнув сумку, подходит ко мне почти вплотную. Я даже дергаюсь от испуга, от его грубого тона, и первые слезинки текут из моих глаз. – Что я считал тебя близким человеком! Вторым в моей жизни близким человеком, а теперь, думал, что единственным! Я, как идиот, любил тебя ровно до этого момента!

– Единственным? – выдыхаю я, а Глеб качает головой и стискивает зубы.

Баба Зоя…

Вот почему мне так много раз звонила мама, вот почему Глеб сейчас такой…

Всхлипываю и зажимаю рот рукой, слезы ручьями льются из глаз и я не могу сделать вздох, меня трясет.

Парень делает паузу лишь на миг и продолжает говорить, захлебываясь словами:

– Когда мне нужна была твоя помощь и поддержка, ты предпочла погулять на свидании с преподом на дорогой тачке!

– Я не… – пытаюсь хоть что-то ответить я и коснуться Глеба, но он отступает назад.

– Конечно, Глеб сделал свою работу, распечатал целку и теперь давать взрослым дядям Злате будет не стыдно! – зло бросает он мне в лицо, но я вижу как его губы дрожат и как ему больно и омерзительно произносить эти слова. Но они бьют куда больнее, нежели он и правда меня ударил. – Пошла ты на хер, Веснушка!

– Глеб! Я ни с кем! Что ты несешь?! – размазывая по щекам непослушные слезы, кричу я.

– Райский твой мне сейчас на тачке приглючился, хочешь сказать?! – не менее громко отвечает Глеб. – Пошли вы все!

Парень наклоняется и берет сумку, кое-как застегивает ее и пытается обойти остолбеневшую от шока меня. Я бездумно, на чистых инстинктах, хватаюсь за руку парня, но удается вцепиться только в рукав. Я пытаюсь удержать Глеба, чтобы не позволить уйти сейчас.

– Глеб! – всхлипываю я. – Куда ты!

Мне бы сейчас все объяснить, но я понимаю, что это бесполезно. Да и не смогу я, пары слов не вяжется, все тело трясет от нахлынувших рыданий. Он видел, как и с кем я приехала – с объектом его лютой ревности. А еще он сегодня внезапно потерял самого дорогого и родного человека в своей жизни.

Почему именно сегодня, Господи?! Как же так?!

– Убери руки, – шипит сквозь зубы парень, но я лишь сильнее стискиваю рукав его куртки. – У меня билет на автобус, мне нужно привезти документы. Убери свои руки от меня! – разделяя каждое слово, произносит он. Даже не смотрит на меня, словно я никто.

– Я с тобой, подожди, – вновь всхлипываю я и приближаюсь к Глебу, чтобы обнять и хоть как-то показать ему, что я вовсе не чужая.

– Ты не со мной! – отрицательно качает головой он и вырывает свою руку из моей хватки.

Парень быстро выходит на лестничную площадку и начинает спускаться по лестнице. Следом за ним выбегает Анубис и пристраивается рядом с Глебом, совершенно игнорируя мой зов.

Бегу за ними и вновь хватаю парня за рукав. Он останавливается, но все так же не смотрит на меня. Я вижу, как ему больно и плохо, я никогда раньше его таким бледным и морально убитым не видела.

– Прошу, подожди меня! – захлебываясь словами и слезами говорю я. – Я люблю тебя, я хочу помочь и быть рядом!

Абсолютно молча и безэмоционально, парень вновь отцепляет мои пальцы от своей куртки и, развернувшись, продолжает спускаться вниз. Мои попытки схватиться за него безуспешны, остановить невозможно.

– Глеб! – кричу я, не зная что делать дальше.

Бежать за ним? Или отпустить и поехать следом?

– Глеб! – эхом разносится мой плаксивый голос по подъезду. Но мне ничуть не стыдно за то, чему свидетелями могли стать наши соседи. – Бис! – зову я пса в отчаянии, но даже тот не поворачивается ко мне.

– Иди домой! – приказывает Анубису Глеб, но, судя по тому что пес не возвращается – меня оставляют одну.

Слышу, как открывается дверь подъезда и громко захлопывается. Мне нужен план действий, мне необходимо придумать, как поступить дальше, а