Последняя из рода сирен - Мария МакГальма

Асфар кровожадно ухмыльнулся, будто видел перед собой лицо врага, а я съежилась, увидев в капитане безжалостного монстра. Сейчас мужчина не видел ничего перед собой, воспоминания полностью поглотили его.

— Мне… Мне так жаль, что ты прошел через это все… — мне приходилось осторожно подбирать слова, возвращая капитана в реальность.

— Жаль? — удивился мужчина, и вдруг расхохотался. — Ты жалеешь чудовище, Саента. Я велел тебе держаться подальше от меня, теперь ты понимаешь почему?

— Ты не виноват в том, что произошло.

— Если бы я не был бесхребетным червяком, моя семья была бы жива. — стакан со звоном лопнул в его пальцах, и осколки разлетелись по всему полу. — Ты не дослушала историю, птичка. Я притащил Бальтазара на пепелище, которое оставили за собой его воины, и заставил жрать пепел. Он думал, что я его отпущу…

Асфар удовлетворенно хмыкнул, и у меня свело горло в странном спазме. — Он жрал пепел и сгоревшие поленья до тех пор, пока его живот не расперло и он больше не смог продолжать. Он плакал, ползая на коленях, обещал убраться с наших краев и больше никогда не возвращаться. Идиот… Я бы его никогда не отпустил. А потом я лично наталкивал пепел в его глотку, и, когда понял, что он больше не может жрать мою погибшую семью, наступил ему ногой на живот и предводитель северян лопнул, как тюбик с зубной пастой.

Асфар замолчал и со странным выражением на лице уставился на меня. Я судорожно сглотнула.

— Что? Да, в те времена еще не было тюбиков с зубной пастой, но сейчас то зубы все чистят, это удачное сравнение, было очень похоже…

— Ты… Ты заставил его есть пепел своих родных?

— Тогда мне казалось это правильным. Сейчас бы я придумал ему участь пострашнее.

— Я не об этом… Ты же мог похоронить свою семью. Демон отнял у тебя часть души, поэтому ты не можешь ощущать сострадание.

— Зачем? — перебил меня Асфар. — Они мертвы, какая разница, где будут разлагаться их тела?

— Если бы хроновик не отнял у тебя человечность, ты бы так не считал.

— Последние лет сто я думал об этом и даже плавал на свою родину. В тех краях не осталось ни следа о живших там ранее людях. Я не помню в каком именно месте стоял наш дом, местность здорово изменилась, поэтому я не стал ставить памятник.

— Значит, человечность к тебе все же возвращается? — с надеждой спросила я.

— Не знаю. Гард настоял… Он все надеется взрасти это бессмысленное чувство вновь. — пожал плечами Асфар. — Я утратил способность сожалеть и любить. Я могу лишь желать и брать свое.

— Это не так. — возразила я.

— Ты делаешь из монстра мученика, птичка. — ухмыльнулся Асфар. — Поверь, до добра это не доведет.

— Тогда зачем ты плавал на свою родину? Я не верю, что это произошло из-за просьбы Гарда!

— Не знаю.

— Знаешь! — воскликнула я.

— Не наседай на меня. — Асфар предостерегающе прищурился.

— Тогда почему ты помогаешь мне?

— Потому что мне интересно, насколько быстро ты раздвинешь передо мной ноги.

Глава 40

Мы резко оба замолчали. Асфар вдруг шумно втянул носом воздух и медленно выдохнул. Под его пальцами затрещали подлокотники. Мои слова выводят его из себя? Что ж, похоже, я на верном пути.

— А ты пробовал думать, прежде чем что-то сказать? Очень рекомендую, и заметь — этот совет совершенно бесплатный. Твои шутки скудоумны. Попытайся придумать что-нибудь получше. Давай, я в тебя верю. — холодно процедила я, ставя мужчину на место. Асфар округлил глаза и поперхнулся, а я приняла это за добрый знак.

— Ты сказал, что до Разящей Мэри у тебя были еще корабли, как ты их назвал?

— Никак. Они были Безымянными.

— Тогда смирись с моими словами, Асфар. Как ты этого не видишь? К тебе начала возвращаться человечность. — я покачала головой, пытаясь подавить горькую улыбку. — Ну или на худой конец это можно объяснить тем, что ты обретаешь утраченное. Я прожила не так много, как ты, но встречала людей похуже. У тебя есть принципы, ты построил свой собственный остров и наладил людям жизнь. Да, Гард рассказал мне про Форт — Акколь.

— Мне не интересен этот разговор. — отрезал мужчина, сжимая губы.

— Тогда ответь еще на один вопрос. — попросила я, сцепив руки в замок. — Ты просил хроновика вернуть свою семью, как так получилось, что он сделал тебя вампиром? Я не понимаю, ты же просил о другом.

Асфар ни секунды не раздумывал над ответом, похоже, он уже размышлял над этим ранее.

— Мои желания смешались, я хотел стать сильнее, но как это сделать, когда мое тело умирало? Я хотел, чтобы моя семья и я выжили, но родители и сестренка уже были мертвы… Хроновик не в силах возвратить к жизни умерших людей. Он превратил меня в существо, обладающее сокрушительной силой, жаждущее крови, потому что я желал мстить. Он выцепил крохи желаний тех, что еще мог осуществить.

— Логично, но он мог превратить тебя не в вампира, а в какого-нибудь другого… — я запнулась, и мужчина тут же подхватил мою мысль.

— Монстра? — Асфар оскалился, и я тут же уставила на белоснежные крепкие клыки. Мужчина вдруг плавно поднялся с кресла и пересел на мою кровать, прихватив с собой бутылку алкоголя, не сводя с меня пристального взгляда. Моя спина напряглась, и я вытянулась, будто проглотила шпагу. — Я похож на вампира, но по факту им не являюсь. У вампиров есть свои кланы, они подчиняются старейшинам, а на меня их сила не оказывает такого воздействия как на молодняк…

— Ты встречался с настоящими вампирами?

— Сколько вопросов… Тебе придется потрудиться над оплатой. — ехидно проговорил капитан.

— То есть ты не настоящий вампир? — я задумалась, пропустив его фразу мимо ушей. — Я запуталась.

— Я, как и они, пью кровь, и восстанавливаюсь от нее точно так же. Но их создал Черный Бог, а меня демон с дальних северных земель. На меня случайно наткнулись несколько вампиров, когда я потрошил разбойников, напавших на меня, чтобы ограбить. В те времена я еще не сдерживал свою силу и наказывал каждого, кто посмел встать на моем пути. Они притащили меня к старейшинам, и там мы выяснили, что я не сгораю от солнца, и не подчиняюсь их силе слова. Пусть мы похожи, но я другой. Убить меня они не смогли, но пришлось заключить соглашение, чтоб я не питался всякими недоумками каждый раз,