Капля красивого яда - Келси Клейтон

— Что?

— Как ты смотришь на то, чтобы иметь невестку?

Все тут же выпадает из ее рук, чашка проливается на пол, и она закрывает рот руками. Слезы заливают ее глаза, она смотрит на нас с Лейкин и взволнованно кивает.

В этот момент все настроение меняется. Тяжесть сваливается с плеч, и я наблюдаю, как мама и сестра обнимают Лейкин, требуя показать кольцо. Мне даже удается получить одобрительный кивок от Девин - хотя я уверен, что она частично приписывает себе наши с Лейкин заслуги.

Сопляк.

К тому времени, как мы выходим за дверь, я чувствую себя в миллион раз лучше.

— Видишь? — я спрашиваю Лейкин. — Это было не так уж плохо.

Она ухмыляется. — Ты шутишь? Это была просто тренировка.

Я забираюсь в свой автомобиль, а она садится с пассажирской стороны. Она смотрит на меня и понимает, куда мы направляемся дальше. И, возможно, мне не стоит забегать вперед, думая, что все будут рады за нас.

Лей ухмыляется, пристегивая ремень безопасности. — У тебя ведь есть завещание, да?

Черт.

Ладно, может быть, она была права. Моя мама была для нас тренировкой. И все прошло очень хорошо. Но сейчас, когда я сижу здесь, глядя через диван на родителей Лейкин, мне кажется, что в этой комнате не хватает кислорода. Мои руки вспотели. Воротник кажется слишком тесным. Вполне возможно, что я сейчас захлебываюсь собственной слюной.

Все шло хорошо. Они были рады видеть нас обоих, когда мы приехали. Но напряжение начало расти, как только Лейкин спросила, можем ли мы все сесть и поговорить. И сейчас, когда я смотрю на нее, она поднимает на меня брови.

— Это была твоя идея, Казанова, — поддразнивает она. — Я здесь просто для развлечения.

Что ж, в ее словах есть смысл. Она была полностью в команде Вегаса. Возможно, она в чем-то права. Часть меня задается вопросом, не слишком ли поздно сделать другой выбор. Но я имел в виду то, что сказал ей. Я слишком уважаю наших матерей, да и ее отца тоже, чтобы жениться на ней без их присутствия.

Я глубоко вдыхаю и медленно выдыхаю, глядя на людей, которые за последнюю треть моей жизни стали для меня вторыми родителями. — Мистер и миссис Бланшар, я хотел бы жениться на вашей дочери.

Рот ее отца открывается и закрывается несколько раз, колеблясь между растерянностью и возмущением, а ее мама прикладывает руку к груди, чтобы сжать свой воображаемый жемчуг.

— Я собираюсь стать бабушкой? — спрашивает она со слезами на глазах.

— Нет! — срочно и в унисон отвечаем мы с Лейкин.

Лицо мистера Бланшара становится красным, как свекла. — Ты обрюхатил мою дочь?

— Нет, — останавливает его Лейкин. — Папа. Нет. Я не беременна.

Оба ее родителя вздыхают - ее отец с облегчением, а ее мама - от того, что очень похоже на разочарование. Лейкин на секунду наклоняет к ней голову, прежде чем стряхнуть ее.

— Хорошо, — говорит мистер Бланшар. — Итак, почему такая скорая свадьба?

Я сажусь немного прямее. — Ну, как вы знаете, в последнее время в моей жизни произошли некоторые большие перемены, и они открыли мне глаза на то, о чем я даже не подозревал, чего хотел – главное из них – твоя дочь, официально и навсегда, — объясняю я. — Итак, с вашего разрешения и со всем уважением, даже без него, я планирую жениться на ней и сделать ее своей женой.

— Да кто ты такой, черт возьми! — Сердитый голос Кэма эхом разносится по комнате.

И ладно, мне, вероятно, следовало сначала поговорить с ним об этом. Но я боялся, что он попытается отговорить меня от этого. Судя по его реакции прямо сейчас, я думаю, что это было довольно точное предположение.

— Кэмерон! — отчитывает его мама. — Язык!

Кэм усмехается. — Нет. К черту это. Одно дело, когда они начали встречаться, но я не собираюсь сидеть и смотреть, как он юридически запирает ее, потому что хочет киску по первому требованию.

— Боже милостивый, — говорит миссис Бланшар, слегка оскорбленная.

Тем временем мистер Бланшар, похоже, замышляет мое убийство - и оно будет жестоким. — Это правда? Это все, что ты пытаешься вытянуть из моей маленькой девочки?

Все, чего сейчас не хватает Лейкин, - это попкорна, когда она подпирает подбородок руками и наклоняется ко мне. — Все идет хорошо.

Иисус, блядь, Христос.

— Нет! — говорю я ее отцу, затем поворачиваюсь к Кэму и повторяю. — Нет.

Но он не хочет этого слышать и выбегает из комнаты, оставляя нас расхлебывать беспорядок, который он только что устроил. Я знаю, с этим мне нужно будет немного разобраться. Последнее, чего я хочу, это чтобы он снова на меня разозлился. Особенно когда мы вместе открываем бар. Однако прямо сейчас я должен сосредоточиться на мистере Бланшар, прежде чем он убьет меня и закопает мое тело на заднем дворе.

— Это совсем не так. Даже не близко.

Он оглядывает меня с ног до головы, оценивая больше, чем когда-либо за последние семь лет, и я не виню его за это. — Тогда что? Почему ты хочешь жениться на моей дочери?

— Потому что я люблю ее так, как никогда никого не любил, — немедленно отвечаю я. — Она очень быстро стала центром моей вселенной. Единственный человек, без которого я не могу жить. И если я смогу провести остаток своей жизни так, чтобы она испытывала ко мне хотя бы половину того, что я испытываю к ней, это будет жизнь, которую стоит прожить.

Глаза Лейкин встречаются с моими, и она улыбается так, как она это делает только для меня. Я беру ее руку в свою, целуя тыльную сторону. Если я умру сегодня от рук ее отца, это все равно будет стоить того.

Но он, кажется, успокаивается, так что, может быть, я переживу еще один день. Он скептически наблюдает за нами обоими, а затем вздыхает, сосредоточившись исключительно на своей дочери.

— А как насчет тебя? — спрашивает он. — Это то, чего ты хочешь?

Она показывает свою левую руку, на пальце которой сверкает кольцо с бриллиантом. — Носила бы я кольцо, если бы не хотела?

Глаза ее мамы расширяются, когда она подходит ближе. — О, милая. Оно великолепно.

Она права. Это