Окрыленные - Эли Мартинез

Я ненавидела мысль об уходе больше, чем когда-либо, но потом закрыла глаза, поставила себя на его место и поняла, почему ему нужно, чтобы я ушла. И, помимо всего прочего, это касалось его прошлого, и не было абсолютно ничего в мире, чего бы я не сделала, чтобы остановить его свободное падение.

В конце концов, он сделал это для меня.

Я крепко сжала его и вдохнула полной грудью дымную сладость аромата Сэма.

— Я вернусь.

Его тело обмякло от облегчения.

— Но не в Мэн. Они были идиотами.

— Ладно. Где-нибудь в новом месте. Меня это устраивает. Может быть, на этот раз где-нибудь поближе. — Он поцеловал меня в макушку, погладив руками вверх и вниз по моей спине.

— Но, если я сделаю это, то ожидаю чего-то взамен.

Он усмехнулся.

— Все, что ты захочешь, детка. Просто назови это.

Я рассмеялась, потому что он понял, что одной этой фразой загнал себя в угол.

— Брось курить, пока меня не будет.

— Ты такая забавная девочка, — покровительственно сказал он.

— Я не шучу. Ты не единственный, кто напуган. Бороться с раком легких вместе с тобой — не совсем мое представление о хорошем времяпрепровождении. Ты бросишь курить, и мы оба станем здоровыми.

— Бл*дь. Было сексуально, когда ты показала Лекси эту злую сторону. Но показав ее мне… уже не так горячо.

— Сэм…

Он громко застонал.

— Хорошо. Я все равно пообещал маме, что брошу. Думаю, это как убить двух зайцев одним выстрелом, раз и все.

Я еще теснее прижалась к его груди.

— Мне нравится, когда ты называешь меня зайчиком и угрожаешь выстрелить в меня.

Он провел рукой по моей спине.

— Я так и думал. Ты всегда была развратнее меня.

— Так мы действительно собираемся это сделать? — спросила я, взглянув на него снизу вверх.

— Я в деле, если ты в деле, Ливи. Нет ничего такого, чего бы я не сделал ради душевного спокойствия, которое даст мне твоя помощь.

Я прикусила губу и отвела взгляд. Ненавидела тот факт, что он не только сильно беспокоился обо мне, но и заботился еще сильнее. Сэм такой хороший парень.

Мой парень.

На моих губах появилась улыбка.

— Включает ли это в себя, наконец, покупку гитар на двадцать четыре тысячи долларов? — спросила я, когда мой взгляд упал на мои четыре «Гибсона», прислоненные нетронутыми к дальней стене.

— Ух ты! Теперь ты просто сходишь с ума.

Дьявольская улыбка появилась на его пухлых губах, и весь его прежний гнев и беспокойство полностью исчезли.

У меня перехватило дыхание. Боже, он был великолепен.

Я обхватила ладонями его сильную челюсть.

— Должно быть, миллионы женщин бросаются на тебя. Как ты до сих пор не женат и не обзавелся кучей детей?

Его улыбка стала невероятно широкой.

— Я еще не встретил тебя.

Он пожал плечами, прежде чем завладеть моими губами в благоговейном поцелуе.

Ну, для Сэма это мог быть простой поцелуй. А для меня это было определенно благоговейно, потому что все время, пока его губы были на моих, я благодарила любого Бога, который правил нашей сумасшедшей вселенной, за то, что он привел его ко мне на том мосту все те ночи назад.

Глава 25

Сэм

— И ты уверен? Вам нужно будет установить ворота безопасности и все такое. Это полностью испортит ощущение домашнего уюта, когда ты въедешь на свою подъездную дорожку! — прокричала Ливи сквозь ветер, когда мы подъехали на моем джипе к ее дому.

— Клянусь Богом, если ты спросишь меня об этом еще раз, я передумаю! — крикнул я в ответ. — Да, Ливи. Переезжай ко мне. Принеси все семь миллиардов пар своей обуви и загромождай мою свободную спальню, пока я не буду вынужден превратить ее в новый шкаф для тебя. — Я улыбнулся и продолжил смотреть на дорогу, а рукой гладил ее бедро.

— Я чувствую себя неловко. — Она поджала под себя ногу и повернулась ко мне лицом. — По крайней мере, позволь мне заплатить за охрану.

Я притормозил на светофоре и сжал ее бедро.

— Если это заставит тебя перестать волноваться из-за того, что ты живешь со мной, я запишу всю гребаную ипотеку на твое имя. А теперь остынь!

Она прищурила глаза от моей вспышки гнева.

֫— Я не покупаю тебе дом, Сэм.

— Тогда напомни мне, какой смысл снова встречаться с тобой?

Я вздрогнул, когда ее рука метнулась вперед и сжала мой сосок.

Немедленно скрестив руки на груди, она попыталась защититься от моего возмездия, но вместо этого я просто ущипнул ее за задницу.

— Ой! — закричала она, прежде чем разразилась приступом смеха.

Я буду чертовски скучать по этой сумасшедшей женщине.

Прошло три дня с тех пор, как Ливи согласилась вернуться к программе лечения. Она все еще не разобралась с Девоном. И никому не сказала, что на некоторое время уходит из музыкальной индустрии. Однако я держал рот на замке, потому что она нашла стационар на окраине Сан-Франциско. Уже не тот роскошный курорт, на котором она была в Мэне, но все равно это было приятное место. После долгого разговора с директором учреждения мы оба почувствовали себя комфортно, осознав, что они смогли бы справиться с ее проблемами, а также защитить ее частную жизнь, пока она там находилась. У них никогда раньше не было такого знаменитого пациента, как Ливи, но они заверили нас, что это не было проблемой.

Ливи была непреклонна в том, чтобы на этот раз я был вовлечен в процесс. Не мог сказать, что возражал. Пошаговое знание о том, какую помощь она могла получить в значительной степени помогло мне справиться с беспокойством. С учетом нашей ситуации новый врач Ливи позвонила на дом, чтобы встретиться с нами. Доктор Спеллман была пожилой дамой, профессионалом до мозга костей. Она рассказала все в точности так, как оно было, и даже не улыбнулась. Мне чертовски нравилось это в ней. Она не пускала дым нам в задницу, сказав, что все будет хорошо. Вместо этого изложила четкий план лечения, в котором точно описала, что, как она надеялась, Ливи извлечет из своего времени, проведенного под ее присмотром. Она также рекомендовала Ливи провести полные тридцать дней в стационаре, а затем перейти на шестимесячное амбулаторное лечение.

Ливи