Нефритовый остров - Элизабет Лоуэлл

– Ты шокирован? Он лениво улыбнулся.

– Просто представил себе, что произошло бы, если бы выставить все это в музее. Служащие с ума бы посходили.

– Как и местные политические деятели.

– Точно. Как ты справедливо заметила, различные культуры. – Кайл снова перевел взгляд на кулон. – Значит, здесь проблема состоит только в качестве камня и работы, но не в сюжете?

Лайэн кивнула:

– В коллекции Танов множество великолепных вариаций на тему ветвей и плодов персика. Все они невероятно сексуальны, все намекают на удовольствия, доставляемые женским телом, и на его плодовитость, которая означает для мужчины бессмертие в результате рождения сыновей.

– Ну, что касается этого кулона, насчет «невероятной сексуальности» я бы еще согласился. Но… – Кайл пожал плечами. – Этот рисунок скорее можно назвать клиническим, чем художественным изображением.

– Абсолютно точно. Жаль, что я не могу показать тебе для сравнения один кулон из хранилища Танов. Размер такой же, цвет чуть получше. Что же касается искусства гравировальщика… Это что-то невероятное. Малейшие изменения в оттенках нефрита использованы для усиления впечатления. Честно говоря, когда я впервые увидела тот кулон, мне пришла в голову мысль, не был ли райский плод искушения персиком, а не яблоком.

– А ты уверена в том, что здесь изображен персик? Мне это больше напоминает определенную часть тела.

Лайэн искоса взглянула на Кайла.

– В Китае персик считается символом наружных женских половых органов.

– Нефритовый «персик» для нефритового «тростника»?

– Вообще-то женские органы чаще называют «нефритовым шатром». Есть и другие названия, например, «шатер наслаждений», «один квадратный дюйм».

Кайл хотел ответить каким-нибудь нейтральным замечанием, но ничего не смог придумать. Такого поворота разговора он никак не ожидал.

– В любом случае, – продолжала Лайэн, – этот кулон, предположительно, являлся украшением наложницы в период правления династии Сун.

– Предположительно? Ты не уверена?

Лайэн помолчала, помня о том, что зал прослушивается. Положила кулон на стол, покопалась в своей сумочке, достала оттуда лупу с подсветкой на батарейках.

– Что ты хочешь увидеть? – спросил Кайл. – Следы от инструментов, которыми пользовались резчики?

– Смотрю по привычке. До появления механических инструментов работа шла очень медленно, а изделия получались удивительно чистыми, с отчетливым рисунком. Машины ускоряют работу, но не улучшают ее. В результате, например, углы часто находят друг на друга и линии не такие чистые, не такие гладкие.

– То есть машину не всегда удавалось остановить вовремя. Так?

– Да. Вот, взгляни. Здесь, у края, должна быть одна изогнутая линия, очень чувственная. А вместо этого мы видим какую-то бугристую рябь.

Кайл взял лупу и стал рассматривать вещицу. Увидел кривую рваную линию, о которой говорила Лайэн.

– Я думаю, этот кулон изготовлен с помощью современной технологии, а вовсе не во времена династии Сун, когда мастера работали с помощью ножных педалей и пользовались абразивами из измельченного граната, – заключила она.

– И какая же, по-твоему, ему цена?

– Сто долларов, если нет времени поторговаться. Десять, если продавец будет спешить закрыть свою лавочку. В Гонконге и Шанхае есть магазинчики, где такого добра полным-полно. Все современные вещи.

– Новый нефрит – так, кажется, его называют? Все, что сделано после девятнадцатого века.

– Новый нефрит, – подтвердила она. – Даже если ему уже сто лет.

– Примерно четвертая часть всей истории Америки.

– И пятидесятая часть истории Китая. И то смотря как считать. – Лайэн взяла у него кулон. – Дело осложняется тем, что некоторые знатоки в Китае называют «новым» весь нефрит, изготовленный после эпохи правления династии Хань.

– Все, произведенное за два последних тысячелетия, считается современным?!

– Для многих собирателей – да.

Лайэн положила кулон на место, что-то пометила у себя в блокноте и перешла к следующей вещи. Она работала быстро и эффективно. В отдельных китайских словах и фразах для нее были сконцентрированы целые тома информации. Быстро писала: «„Пи“, зеленый, цвета мха. Выполнен средне. Хорошая полировка. Тематика довольно обычная».

– Похоже на мужчину, поднявшего руку над женским платьем, – заметил Кайл.

– Как я уже отметила, ничего необычного в тематике нет. Следующую вещь ей пришлось взять обеими руками, такой она оказалась большой. Почти с дыню.

– На несколько оттенков светлее, чем «пи». Высокохудожественный рисунок. Хорошее, даже можно сказать, отличное использование естественной цветовой гаммы камня. Хорошая полировка, хотя и современная. К сожалению. Если бы полировали старым способом – ручным трением, – эта вещь ценилась бы гораздо выше. Ручная полировка дает более глубокий блеск.

– А что ты скажешь о сюжете?

– Довольно обычный.

Лайэн положила нефрит на место, сделала пометки в своем блокноте и двинулась дальше.

Кайл взглянул на вещь, которую она только что отложила. Две фигуры, мужская и женская; партнеры полностью одеты. Женщина лежала на спине в расслабленной позе, закинув ноги на плечи мужчины, который обнимал ее бедра. Выражение лица женщины не оставляло сомнений в том, что эта поза доставляет ей удовольствие. Как и выражение лица и поза мужчины. Он откинул голову назад, в высшей степени наслаждения.

К тому времени как Кайл подошел к Лайэн, она уже рассматривала седьмую вещь.

– «Пи», индиго, – проговорила она специально для Кайла. – Хороший цвет, очень хорошее качество гравировки. К сожалению, изображение лишено динамики.

Пока Лайэн делала пометки, Кайл рассматривал изображение, о котором она говорила. Еще одна дева с поднятыми к небу ногами. Однако если судить по выражению ее лица, мужчина, склонившийся меж ее бедер, мог разве что обследовать ее половые органы. Его лицо также не выражало особого восторга.

Кайл взял у Лайэн лупу и вгляделся внимательнее. Гравировка действительно безупречная, несмотря на полное отсутствие каких-либо эмоций и художественного таланта. Четкие ровные линии, повороты и углы.

– «Ко», – произнесла Лайэн. Кайл вскинул на нее глаза:

– То есть?

– Желтый. Далеко не лучший пример такого цвета. Гравировка в стиле эпохи Троецарствия, а вот символика и сюжет более типичны для периода династии Сун.

– И что это означает?

– В период правления династии Сун произошло возрождение стиля Троецарствия. Либо эта вещь того периода, либо более поздняя. Можно?

Кайл вернул ей лупу.

– Современная, – произнесла Лайэн через несколько секунд. – Еще не остыла от механической полировки.