(Не)идеальный момент - Меган Куин

– Очень умно.

– Но кончилось все тем, что он свел меня с девушкой по имени Берди. На двойном свидании.

Бэннер вздрагивает.

– Это, наверное, было архинеловко.

– Верно. Очень неловко, но Берди оказалась по-настоящему классной и забавной, и с тех пор мы несколько раз встречались.

– Ладно, а как насчет химии? Она есть?

– В этом-то и проблема. – Я откидываюсь на спинку стула и делаю глоток пива. – Я целовал ее уже дважды, и хотя мысль о близости с ней витала в воздухе, каждый раз, когда я целовал ее, это было не совсем то, чего я ожидал. Такая реакция показалась просто нормальной. Как и в случае с другими женщинами, которых мне доводилось когда-либо целовать. И я не понимаю, что чувствую… Мне же не должно все это казаться нормальным, верно?

– Если ты хочешь услышать честный ответ, то определенно не должно. Когда ты целуешь девушку, с которой, как тебе кажется, ты мог бы встречаться, должна быть искра. Особенно эту искру важно почувствовать при первом поцелуе. Он расскажет тебе все, что нужно знать.

– Не было никакой искры. Ни единого проблеска. – Я тяжело вздыхаю. – А потом вот это все… сегодня.

– Теперь мы переходим к ложке меда, – шутит Бэннер.

Я не возражаю, потому что такой непринужденный подход разряжает обстановку, что очень ценно для меня.

– Мы с Лией поссорились пару дней назад, а сегодня была запланирована покупка свадебного платья. Она сказала мне не приходить из-за нашей ссоры, а я ни за что не позволил бы ей пройти через это в одиночку, поэтому пришел, и выражение облегчения на ее лице стало для меня полнейшей неожиданностью. А еще она цеплялась за меня так, словно я был ее спасителем…

– Угу… – отзывается Бэннер, вытягиваясь.

Поджимаю губы и наконец произношу:

– Ну, когда я увидел ее в платье… – Я качаю головой. – Чувак, богом клянусь, моя душа едва не покинула тело. Не думаю, что когда-нибудь испытывал что-то подобное. У меня пересохло во рту, я начал потеть, но в то же время меня знобило. Я забыл как дышать, но при этом мое сердце билось так сильно, что я думал, что оно разорвет грудную клетку. А потом… – Я отворачиваюсь. – Когда она встретилась со мной взглядом, у меня в животе словно миллион бабочек запорхали, и клянусь тебе, в тот момент у меня возникло непреодолимое желание поцеловать ее. И я почти сделал это. Я никогда не чувствовал ничего подобного, никогда, не считая того дня, когда встретил ее впервые. Теперь же у меня в голове полный кавардак, я абсолютно дезориентирован. Я не понимаю, что со мной происходит.

Бэннер медленно кивает головой, осмысливая все сказанное. Отхлебывает пиво, а затем ставит стеклянную бутылку на стол.

– Я расскажу тебе, что происходит. – Он смотрит мне в глаза. – Ты влюбился в свою лучшую подругу, но осознание этого пришло к тебе только сейчас…

– Да ладно, чувак, – отмахиваюсь я со стоном. – То же самое сказали мне мои братишки

– И они правы. Я знаю, ты не хочешь этого слышать, но почему тогда ты не чувствуешь искры, когда целуешь других женщин? Все потому, что в глубине души ты понимаешь – они не Лия. Эти странные ощущения, которые ты испытываешь, вызваны тем, что женщина, которую ты любишь, выходит замуж через четыре недели, а ты паникуешь из-за этого.

– Но…

– Никаких «но», приятель. Посмотри правде в глаза: ты любишь ее, и чем скорее ты признаешься в этом самому себе, тем лучше.

Вытираю ладонью лоб. Его слова кинжалом вонзаются мне в живот, в грудь, лишь повышая градус беспокойства. Прав ли он? Действительно ли я всю жизнь любил ее, но осознал это только сейчас?

В моем воображении возникает ее образ в платье и то, что я чувствовал, как хотел бы оказаться на месте того мужчины, которому выпадет честь поцеловать ее, одетую в это платье. Как я не мог отвести от нее глаз, как меня буквально выворачивало наизнанку от осознания того, что это платье предназначалось не мне, а Брайану.

– Господи Иисусе. – Я поднимаю взгляд на Бэннера. – Черт, кажется, мне нравится Лия.

Бэннер качает головой.

– Не, приятель. Ты любишь ее. И спору конец.

* * *

Я расхаживаю по гостиной, прокручивая в голове слова Бэннера.

Пытаюсь убедить себя в обратном. Что это предположение, которое на первый взгляд кажется верным, на самом деле не соответствует действительности. Что, возможно, я просто неправильно воспринимаю свои чувства.

Но каждый раз, когда я слышу ее шаги за стенкой, мое тело покрывается липким потом, потому что я почти уверен: Бэннер прав.

Я ушел от него и вернулся к себе, где открыл еще одну бутылку пива и стал кружить по своей квартире. Не останавливаясь, просто расхаживаю взад-вперед, пытаясь справиться с этими чувствами, пытаясь убедить себя, что Бэннер неправ, что я неправ, что все это чертовски неправильно.

Паника.

Тошнота.

Беспокойство.

Все это накатывает на меня, отчего мне кажется, что я схожу с ума. Мне становится не по себе. Я прокручиваю в голове варианты, о рациональности которых мне даже задумываться нельзя… Что, если бы я поцеловал ее в примерочной? Что бы она сделала? Что, если я прямо сейчас отправлюсь к ней и расскажу, что чувствую? Что, если я буду умолять ее пересмотреть скоропалительное решение о вступлении в брак?

Тук. Тук.

О, черт. Это, должно быть, она. Больше некому.

Не зная, как поступить, я сжимаю свои потные ладони и откликаюсь:

– Кто там?

– Брейкер? Это я. Открывай.

– О… Лия, ты?

Я закатываю глаза от смехотворности того, что творю.

– Да, Брейкер, я. Что ты там возишься? Открывай.

– Ха, извини! – кричу я, не двигаясь с места. – Хм, просто дай мне секунду.

Я кружусь, пытаясь сообразить, что делать, как будто что-то можно сделать. Ничего, придурок, ничего нельзя сделать. С тем же успехом можно попытаться смыть свои чувства при помощи намыленной мылом мочалки. Но это так не работает. Взгляни правде в глаза. Тебе будет неловко.

Неохотно, на тяжелых ногах направляюсь к двери, открываю ее, а затем облокачиваюсь на дверной косяк, пытаясь выглядеть при этом как парень, который не втрескался по уши в свою лучшую подругу.

– Привет, э-э-э, как дела? Все хорошо? Ух ты, какая жара сегодня, не считаешь?

Она вопросительно приподнимает бровь.

– Почему ты ведешь себя