Живые нити - Настасья Сорокина

— И всё?

— И всё.

— Скучно. А штаны?

— Я трое суток провела в ситцевом платье, оно было в грязи, поту и пятнах, — она фыркнула и закатила глаза. — Видимо, лучше ходить вонючей и грязной, чем, о кошмар, в мужских штанах.

Лейла в ответ захихикала в голос и, легко оттолкнувшись от кровати, встала.

— Есть хочется. Пойдешь на обед?

— Нет, я исчерпала весь скандальный ресурс на год вперед.

— Неправда, ресурс у тебя бесконечный.

— Ой, иди уже.

Хлопнула дверь, и в комнате снова стало тихо. Дина поворочалась, но сон так и не пришел. В итоге она бросила безрезультатные попытки и через силу поднялась. Казалось, в теле не осталось костей: оно было неповоротливым, тяжелым, будто бы вязким. Она поплескала в лицо холодной водой из умывальника, стянула рубашку через голову и переоделась. Провела пальцем по планке: одинаковые пуговицы были пришиты вразнобой. Некоторые — аккуратно, двумя параллельными стежками, как шьют в ателье, другие — более толстой ниткой, крест накрест. Дина представила, как Алек своей рукой держит иголку, и невольно улыбнулась.

Бесцельным призраком она послонялась по комнате, потом завязала волосы в узел и пошла в мастерскую.

Внутри оказалось безлюдно — наверное, мастерицы ушли обедать. В самом дальнем углу в стареньком кресле лежали пяльца. Начатая белоснежная вышивка на такой же белой рубашке виднелась едва заметно, но объемно. Дина замерла, окинула взглядом тонкие шерстяные нитки, вдетые в ушко длинной блестящей иглы и медленно подняла пяльца на уровень глаз.

После бессонных ночей, марафона вязания и ругани, Дине казалось, что где-то внутри закрутили вентиль. Сила, обычно фонтанирующая сплошным бурным потоком, едва сочилась, загустевшая, ленивая. Лишь последние капельки собрались в подушечках пальцев, там, где по словам бабушки, жила магия дома Дайвари.

Бессилие навалилось на Дину, как огромный пыльный мешок: ни вздохнуть, ни пошевелиться. Даже работа, обычно приносящая покой, отталкивала. Вот только что-то глубоко внутри зудело и не давало просто так уйти.

«Нужно быстрее закончить рубашку, — будто упрашивал внутренний голос. — Она поможет, она спасет».

Дина медленно покачала головой, выглянула в окно. Изнуряющий, прокалённый полдень разогнал жителей и покупателей Улицы Мастеров в тень зданий. Лишь самые отважные решались пройти по центру пешеходной дорожки, бросая вызов солнцу. Мимо проносились редкие автомобили с открытыми окнами, привозя с собой обрывки разговоров и горячий ветер.

Дина тяжело вздохнула. Она вымыла руки с мылом, как всегда перед работой с белой тканью, тяжелыми руками подняла пяльцы и сделала первый стежок.

* * *

Дина отложила вышивку в сторону на пару минут, чтобы дать отдых глазам, и отключилась прямо в кресле. Казалось, она моргнула, а солнце уже начало катиться к горизонту. Мастерицы ходили мимо на цыпочках, понимающе ухмыляясь и стараясь не будить.

Дина не чувствовала себя отдохнувшей, но хотя бы веки больше не опускались сами собой. Она бросила финальный взгляд на вышивку, лежавшую комом на столике — левая сторона рубашки завершена, но до конца работы было еще далеко.

Спина затекла от неудобной позы. Дина потянулась, позвонки приятно щелкнули.

«Нужно размяться».

По боковой лестнице она прокралась в свою спальню, стараясь не столкнуться ни с кем из семьи, переоделась и выскочила на улицу через черный вход.

Она заметила фигуру в тени сразу же, едва повернула за угол. Серый льняной костюм детектива Милоноса выглядел несвежим, ярко-зеленый широкий галстук будто светился на солнце. Из рыжей бороды наружу вынырнула струйка сигаретного дыма.

Дина не планировала с ним говорить, даже опустила голову, чтобы незаметно прошмыгнуть мимо, но Милонос вдруг разразился неприятным смехом, похожим на карканье.

— Ох, Диночка, доброго дня! Чудесные туфли у вас, это змеиная кожа?

— Для вас я — госпожа Дайвари. — Дина не планировала замедляться, но детектив проворно пристроился рядом, шагая в ногу. Она резко остановилась и с вызовом посмотрела в его лицо. — Вы за мной следите?

— Ну что вы, госпожа Дайвари. Мне просто с вами в одну сторону, — он улыбнулся, и рыжая борода пришла от этого в движение.

— Снова будете обвинять меня в мошенничестве или в каких-то других пороках?

— О, не переживайте, ваши пороки мне больше не интересны.

— Отчего же? — Дина хмыкнула. — Вы же так страстно желали рассказать моему отцу о том, какой я меркантильный и ужасный человек.

— Только что господин Дайвари меня уволил. Сказал, что благодаря вашему активному вмешательству ограблением теперь занимается Бюро, и мои услуги попали под «оптимизацию расходов», — последние слова он выделил особенно, явно подражая бюрократизму отца.

«Так тебе и надо», — мстительно обрадовалась Дина, но виду не подала.

— Ваше расследование не принесло никаких результатов за десять дней, а моё — принесло.

— Зря вы так думаете, — он громко хохотнул. — Госпожа Дайвари, вы умная для девушки, но все же слишком молодая и наивная. Вероятно, вы надеетесь, что полицейские служат народу и рады защищать интересы пострадавших. На самом деле им только дай шанс продаться подороже.

— Это не новость, — Дина старалась говорить спокойно и благожелательно, но на самом деле из последних сил держала себя в руках. — К чему вы клоните?

— Даже сейчас, когда Эстет уходит на пенсию с должности главного кукловода, он все ещё достаточно влиятелен и богат. И продолжает спонсировать своих людей в полиции. Возможно, он отсчитывает им пачку наличности прямо сейчас, когда город бастует из-за задержки зарплат, — Милонос приблизился к ней, склоняясь к уху. В нос ударил резкий стойкий парфюм, и Дина невольно отшатнулась. — Я знаком с вашим отцом лет двадцать и прекрасно знаю историю семьи Дайвари. Достаточно подробно, чтобы удивиться вашему выбору напарника. Честно говоря, из-за вашего общения с полицейскими, особенно с Авой Варрон, я и решил изначально, что вы с ними заодно. Это грязная шайка, ничем ни лучше бандитов с улиц. Даже хуже, ведь в их руках сконцентрирована официальная власть.

Дина сглотнула.

— Я не общаюсь с капитаном Варрон.

— Я видел, как вы провожали её до черного выхода за пару дней до аукциона. А потом артефакты удивительным образом пропали из хранилища.

— Хотя я не обязана перед вами отчитываться, но это не то, что вам показалось, — Дина осеклась, вспомнив, что не имеет права рассказывать о заказе, который делает для полиции.

— О, конечно, я всё не так понял, — он блеснул зубами. — Потом пару раз мои люди видели вас в компании следователя Зорбаса в разных местах города, и это, конечно, было совсем не подозрительно. А потом вы и вовсе пропали.

Дина наморщила нос, будто в воздухе запахло чем-то протухшим.

— Господин Милонос, — вкрадчиво