Уловка - Иден Финли

Моя грудь поднимается и опускается от прерывистого дыхания, а лицо и тело горят.

— Ты так горяч, когда возбужден, — говорит Дэймон и интенсивнее двигает рукой.

— Ты имеешь в виду, когда ты пытаешься уничтожить меня? — я запрокидываю голову, упиваясь ощущением наполненности в моей заднице и прикосновением Дэймона к моему члену. — Черт подери!

— Я понимаю, что ты уже на подходе, как только начинаешь частить с ругательствами. — Он убирает руку с наших стволов и возвращается к фаллоимитатору. Дэймон аккуратно водит им вперед-назад, и я отмечаю, как ему важна моя реакция. — Тебе не больно?

Я самозабвенно мотаю головой.

— Черт побери, нет.

Он продолжает свою самую сладкую из всех возможных пыток, пока мое дыхание не становится настолько сбивчивым, что я не в силах выговорить ни слова.

— Ты готов принять больше?

Я не успеваю дать ответ, как он вводит игрушку еще глубже в меня.

— О, да.

Черт, да. Я уже не различаю: это в моей голове или с моих губ беспрестанно срывается просьба продолжать?

— Переворачивайся, — рычит Дэймон.

Я вздрагиваю от предвкушения, и становлюсь на четвереньки. Оглянувшись через плечо, я наблюдаю, как он тщательно покрывает свой член смазкой.

— Ты все еще не передумал? — интересуется Дэймон.

— Пошевелись и трахни меня, засранец.

Дэймон ухмыляется, одним ловким движением извлекает из меня игрушку и пристраивает свой член. Он толкается в меня, и я интенсивно сопротивляюсь вторжению. Его член гораздо крупнее. Я делаю глубокий вдох.

— Как ты, малыш?

— Все в порядке, — выдавливаю я. — Насколько ты уже во мне?

— Это только головка.

— Хорошо. Продолжай.

Я делаю еще один вдох. Я должен справиться.

Дэймон не усердствует, а начинает массировать мою задницу и поясницу, побуждая меня расслабиться. Он выдавливает больше смазки на мой анус, и ее достаточно, чтобы проникнуть чуть глубже. Его стон заставляет мой член дернуться. Бедняга в полной растерянности. Он не знает, то ли быть во всеоружии, то ли упасть от болевых ощущений в заднице.

— Я могу остановиться, — сообщает Дэймон.

— Нет, не стоит, — я буду ощущать себя ничтожеством, если не сделаю это. — Продолжай неспеша входить. — Я закрываю глаза и опускаю голову на предплечье.

Когда я уже начинаю сомневаться в том, что что-то получится, Дэймон достигает той самой точки внутри меня. Распирающая боль утихает по мере того, как он начинает совершать аккуратные фрикции бедрами, позволяя своему члену тереться о мою простату снова и снова.

— Сильнее.

— Ты уверен? — уточняет Дэймон.

— Да. Я хочу... — Мои слова теряют смысл, как только Дэймон пытается сделать более размашистый толчок. Это чертовски приятно. — Просто продолжай, — стону я.

Он продолжает входить и выходить из меня, постепенно наращивая темп.

— Еще-е-е, — рычу я.

— Так круто. Ты такой узкий, — хрипло вторит Дэймон.

— Я...

Я не нахожу нужных слов. Совсем. Мозг отключен. Словарный запас свелся к нулю. Будет хорошо, если я смогу хотя бы издавать звуки, подобно пещерному человеку.

— Что ты сейчас хочешь? — интересуется Дэймон. — Ты хочешь, чтобы я прикоснулся к тебе?

Боже, да. Прикосновение к моему члену – это именно то, в чем я нуждаюсь, но не в состоянии сделать самостоятельно. Мои пальцы вцепились в простыни, пытаясь удержать меня на месте, в то время как Дэймон таранит мой зад все интенсивнее и резче. Я абсолютно забыл о боли, на смену которой пришла неутолимая потребность в большем. Еще больше ласк, еще больше секса, еще, еще, еще...

По всей видимости, я – ненасытный пассив. Еще интереснее.

Я понятия не имею, прозвучало ли мое согласие вслух, но Дэймон приобнимает меня и начинает ласкать мой член в такт своим толчкам, которые становятся все безудержнее и настойчивее.

Каждый раз, как его член вторгается в меня, волна удовольствия прокатывается вдоль моего позвоночника. Жар растекается у меня между ног, а яйца готовы взорваться.

— Мэдди, — предупреждает Дэймон. Он держится из последних сил.

Мы оба практически достигли пика, но стараемся держаться из последних сил. Я не выдерживаю первым, и мой оргазм буквально обескураживает меня. Моя сперма разлетается везде: на постель, на руку Дэймона, на мой живот.

— О, святые небеса, — стонет Дэймон и содрогается надо мной.

Как только оргазм его отпускает, он обрушивается мне на спину. Не в силах удерживать оба наши веса на своих дрожащих руках, я опускаюсь на матрас.

Дэймон скатывается с меня и ложится на спину, а я вздрагиваю, когда его член покидает меня. Не сомневаюсь, что завтра все будет болеть, но сейчас мне плевать.

— Не уверен, что в моей жизни было что-то более выматывающее, — бормочу я.

— Я разделяю твою неуверенность. Или у меня просто слишком давно не было секса, и я забыл каково это.

Грудь Дэймона блестит от пота, интенсивно поднимаясь и опускаясь в такт дыханию.

— Я... ух, мне нужно в душ, но я просто не в состоянии двигаться.

— Подожди еще минут пять, — произносит Дэймон. Он даже не встает, чтобы выкинуть презерватив, а просто завязывает его и бросает на пол рядом с кроватью.

— Хорошо.

Только...

— Малыш, — шепчет Дэймон.

— Какого черта? — огрызаюсь я.

— Мы заснули.

— И нахрена ты будишь меня? — ворчу я.

— Пора в душ и на работу. Уже утро.

— Ты затрахал меня до потери сознания.

— Это да, теперь удачи тебе со спермой, она присохла и будет с трудом смываться.

— Черт!

Боль в заднице заставляет меня скорчиться, когда я поднимаюсь с кровати.

— Ты в порядке? — интересуется Дэймон.

— Лучше всех, — отвечаю я, изрядно приукрашивая. Я отправляюсь в ванную, чтобы открыть горячую воду и отлить. Мое тело болит от и до, но я не могу назвать боль неприятной. Как только Дэймон присоединяется ко мне в душе, он встает позади меня и массирует мне спину и плечи. Я вздыхаю и кладу голову ему на плечо, пока он продолжает разминать мои ноющие мышцы.

— Если я буду получать массаж каждый раз после того, как ты трахаешь меня, то мы должны сделать это еженощным ритуалом.