Истинная для Темного - Наталия Смелова

Китти силой волей заставила себе перестать думать о Лео, домыла волосы и вернулась в комнату.

— Бернарда, ты не поверишь, что произошло!

— Что? — тут же откликнулась она.

— Смотри! — Китти силой мысли заставила чашку, до этого стоявшую на столе, взмыть в воздух.

— Оооххх… — выдохнула Бернарда. — Ты теперь можешь двигать предметы? Значит, лекарства помогли.

— Думаешь, лекарства Лидии?

— А что же еще? Китти попробуй еще что-нибудь сдвинуть.

Китти сделала так, как попросила Бернарда. Она по очереди двигала предметы, с каждым разом пытаясь сдвинуть все более тяжелые вещи. И если стул сдвинуть получилось относительно легко, то тумбочка Китти не поддалась: лишь слегка приподнялась. Но Китти все равно была довольна.

— Вот вернется Лидия, мы ей покажем.

— Конечно! Она точно обрадуется. — одобрила слова Китти Бернарда.

Счастливая Китти потеряла счет времени. Она забыла про метку, про то, что, скорей всего, совсем скоро, как только ее официальное освобождение от занятий закончится, ее вызовут к декану или даже к ректору, чтобы разобраться с этим. И что ее нахождение в академии висело на волоске. «А может, если они узнают про мои вернувшиеся способности, они позволят мне перевестись на другой факультет? К менталистам, например?» — размышляла Китти. Но затем радостное возбуждение омрачилось мыслями о том, что, скорей всего, ей этого не позволят сделать. «Не хочу и не буду об этом думать», — сказала себе Китти. «И никто не может запретить мне заниматься магией самостоятельно. В библиотеке полно книг. А если что, попрошу кого-нибудь помочь мне попрактиковаться». Первым человеком, которой пришел ей на ум после этой фразы, был, конечно же, Лео. Он и, разве что Элинор, единственные здесь знали, что могла и умела делать Китти, когда они учились в школе. Но Китти тут же отмахнулась от мысли: «Вряд ли Лео будет мне помогать. Тогда, может, Седрик мне поможет? Заодно научит чему-нибудь из арсенала Темных. Было бы интересно», — задумалась она.

Китти так увлеклась, что даже не заметила, как в комнату вошла Лидия. Она с интересом посмотрела на Китти.

— Ты уже не в кровати? И выглядишь гораздо лучше.

— Да, Лидия. Ты не представляешь, что произошло!

— Что? — тут же с интересом отозвалась Лидия.

Китти молча продемонстрировала то, что теперь могла делать. Она поочередно подвигала книги на полках и на столе, заставила чашку взлететь, а затем аккуратно приземлиться, отодвинула силой мысли стул. Лидия с радостным блеском в глазах смотрела на все это, а затем с уверенностью сказала:

— Поздравляю, Китти. У тебя появилась магия.

— Да! И скажи мне, это твои лекарства мне так помогли?

— Ну… они тоже помогли. — довольно улыбнулась Лидия. — И, похоже, ты наконец-то начала слышать Бернарду. — Лидия многозначительно посмотрела на ту, а Бернарда суетливо зашуршала листьями.

— Да. Бернарду я тоже слышу.

— Я очень рада, Китти. У меня для тебя две новости. Первая: приехала распорядительница. А вторая: тебя искал секретарь ректора. Интересно, почему?

Китти внутренне похолодела и радость от событий сегодняшнего дня вмиг улетучилась. «Рассказать Лидии, почему меня искали, или пока не надо?» — лихорадочно подумала она. Лидия внимательно смотрела на Китти, но затем рассмеялась:

— Китти, чего ты так испугалась?

— Не знаю. С чего бы секретарю ректора меня искать? — впервые соврала подруге Китти.

— Он заходил перед тем, как нас отправили в зал на встречу с распорядительницей. Наверное, проверяли, вдруг ты уже пришла на занятия. Но тебя же официально освободили от них.

Лидия встряхнула головой, а затем продолжила:

— Ладно, давай я лучше расскажу про распорядительницу. Наверняка тебе это будет интересно.

Китти лишь с благодарностью посмотрела на Лидию за то, что та не стала дожидаться ее ответа и расспрашивать дальше. Хранить тайны становилось все сложнее: они так и норовили выскочить сами.

— Да, расскажи. Какая она и как все прошло.

— Мне казалось, что такие визиты обычно лучше готовят. То есть все знали, что она приезжает, но от встречи осталось впечатление какой-то сумбурности. Начну с того, что нас сняли с лекций и отправили в зал на торжественное знакомство с ней. И кроме бытовичек там никого не было. То есть все это знакомство и встреча только ради нас. Как будто она приехала только чтобы познакомиться с нами. А она как-никак распорядительница короля, то есть лицо официальное и довольно значительное. Ректор пытался произнести хоть какое-то подобие речи, но получилось у него ужасно: он явно волновался, краснел, пыхтел, сбивался. А эта женщина лишь смотрела на него с улыбкой и кивала головой. Знаешь, если про внешность, то она довольно красивая и я бы сказала, что приятная. Но есть в ней что-то настораживающее. Она из тех, кто улыбкой сломает другому шею, а после вызовется помочь и будет всячески сочувствовать, охать и помогать. Но после этого опять ее сломает, если ей это понадобится.

— Ого. Так она тебе понравилась или нет?

— Ну, я бы сказала, что у нее есть чему поучиться. — задумчиво произнесла Лидия, а взгляд ее стал каким-то рассеянным, словно она ушла куда-то вглубь своих мыслей.

— Например?

Лидия словно очнулась и внимательно посмотрела на Китти:

— Она всегда держит свою цель перед собой. Вот ее сильное качество. И никому не позволяет сбивать себя с нее. У меня было чувство, что она внимательно рассмотрела каждую из нас, пока мы сидели в зале.

Китти поразило то, какой сосредоточенной при этих словах стала Лидия.

— А потом?

— Потом нас отправили на лекцию. И все.

— Все?

— Ну, кроме того, что завтра она явится в общежитие на торжественный ужин и ты сама ее увидишь. Я тоже хочу на нее посмотреть в более неформальной обстановке. — Судя по виду Лидии, она погрузилась в какие-то свои мысли, поэтому Китти решила ее больше не расспрашивать. «Завтра сама ее увижу», — подумала она.

Китти решила попросить Лидию кое о чем.

— Лидия?

— Что?

— Я хотела бы тебя попросить.

— Конечно.

— Про мои магические способности и то, что они опять появились. Не рассказывай об этом никому, пожалуйста.

— Официально у нас нет и не может быть никаких способностей, кроме тех, которые помогают нам мыть горшки, — фыркнула Лидия. — Поэтому не переживай, я никому ничего не скажу. И я бы сама рекомендовала тебе их никому не показывать, кроме меня, конечно, и никому не