Коллекционер закрытых книг - Мария Брикер

Каверин по-прежнему молчал и морщил лоб, размышляя о чем-то своем.

– Откуда Марьяна взялась, ты не в курсе? – спросила его Зотова.

– Из бюро добрых услуг, – хохотнул Денис. – Шучу. Я предлагал Оле оплатить высококлассную сиделку из агентства, но она решила сэкономить и дала объявление в газету. Много платить Ольга не могла, поэтому все кандидаты отвалились, кроме этого чудовища. Марьяне в то время жить было негде, с детьми что-то не заладилось. Бабка ушлая оказалась, быстро в доверие влезла, все заботы на себя взяла. Оля хотела временно ее нанять, но оставила навсегда. Честно говоря, я Марьяну боюсь. Была б моя воля, выкинул бы ее вон, на помойку, но Оля почему-то терпит все причуды старухи.

«Была бы моя воля, я бы тебя самого на помойку отправила с превеликим удовольствием», – подумала Елена Петровна и вновь посмотрела на часы.

– Так предположения по поводу подставы есть? – поторопила она.

– Ну, не знаю, – пожал плечами Денис. – Есть у меня мыслишка одна, но не подтвержденная фактами. Логично предположить, что воду мутят конкуренты отца, вот только сами убийства, точнее, манера, не в стиле политических разборок. Улавливаете, о чем я?

– Нет, – честно призналась Зотова. Хотела сесть поудобнее и непроизвольно застонала.

Каверин удивленно вскинул брови.

– Нога сильно болит, – зачем-то объяснила Елена Петровна.

Ее состояние и правда ухудшалось. Боль огнем ползла вверх, подобралась к колену. Зотову уже даже не знобило, а лихорадило. Держалась она только потому, что надо было довести дело до конца. Однако улавливать нюансы беседы следователю с каждой минутой становилось сложнее.

– Все три убийства выглядят как-то слишком театрально. Вы не находите?

– Нахожу.

– Я думаю, это Герман Волошин.

– Волошин? – ошарашенно переспросила Зотова. И мысленно треснула себя по лбу. Несостоявшийся партнер Колесниковой по фильму «Крымские каникулы», страстно влюбленный в Ольгу парень, проводивший в больнице ночи напролет!

– Зачем Волошину тебя подставлять? – состроила из себя дуру Елена Петровна.

– Понятия не имею, – состроил из себя дурака Каверин.

– Врешь! – надавила Зотова. – Волошин в твоем списке был? Ты ему тоже жизнь портил?

– Какая вы нахальная тетка, однако. Все-то вам надо знать. Идите к врачу уже, раз нога болит, а меня оставьте в покое, – буркнул Каверин. Говорить о бывшем партнере Ольги ему явно было неприятно.

– Отвечай на вопрос! – не удержалась от резкости Зотова.

– Ладно, все равно ведь не отвяжетесь, – смягчился Каверин. – Ничего я Волошину не портил, а вот он мне постоянно дорогу переходил. Давняя история. Герман с Ольгой во ВГИКе вместе учились, только Волошин на два курса старше. Там Герман Олю заприметил и начал таскаться за ней тенью. У нас как раз роман был в разгаре, а этот гоблин все время под ногами путался. Ну, мы с ним и разобрались по-мужски.

– Кто – мы? – уточнила Елена Петровна.

– Да какая разница! – отмахнулся Денис. – Короче, на доступном языке – научили его хорошим манерам. Волошин не понял. Отлежался и принялся за старое. Где Оля – там и он! Стихи ей писал, сюрпризы какие-то нелепые придумывал. То конфеты втихаря в сумку сунет, то сигаретами эксклюзивными угостит. У Оли страсть есть давно, она собирает книги, выпущенные ограниченным тиражом. Волошин про это узнал, начал ее раритетными экземплярами задаривать. Организовывал билеты на закрытые показы, на выставки и премьеры. Подарки-то делал, сам вроде в стороне, типа друг. Но бабы ведь падки на романтику, сами знаете. Пришлось распространить в институте фотки, где Герман в компании малолетних девочек развлекается.

– Фотографии, так понимаю, были поддельные?

– А что мне оставалось? Волошин прилепился к Оле, как клещ, – нахохлился Денис. – Она, конечно, уверяла, что Герман ей до лампочки, мол, они просто друзья. Но я кожей чувствовал, что Ольга к нему благоволит. Ну а после просмотра некрасивых фоток – как отрезало. Все выглядело очень натурально. У отца есть знакомый, специалист в этом деле, любой компромат может состряпать так, что комар носа не подточит. Короче, Герман исчез. Но потом выяснилось, что просто затаился, гаденыш. И каким-то макаром пролез в картину «Крымские каникулы», где Оля должна была сниматься. Или наоборот все было, он ее протащил за собой в фильм? Подробностей не знаю, но исключать вероятность не могу. Я уже позже узнал, что Герман из очень богатой семьи. Предки живут в пригороде Лондона, в собственном поместье. Все нормальные люди туда едут образование получать, Волошина в Россию за каким-то хреном понесло учиться. Жил он здесь в общаге, как все, изображая пролетарское равенство и братство. На рожу урод, так еще и одевался как бродяга. В общем, треснутый на всю голову товарищ. Так о чем я? Уверен на девяносто девять процентов: родители Волошина внесли в финансирование картины «Крымские каникулы» посильный вклад, чтобы их уродец сын получил роль. Толку, правда, было мало. Фильм провалился в прокате. Карьера у Германа не состоялась. Но я к этому не имею никакого отношения.

– Вы больше не пересекались?

– Пересекались. В Крыму, когда я приехал Олю забирать из больницы. Она как раз из комы вышла, можно было перевозить в Москву. Собственно, Волошин мне и позвонил. Сказал, что, когда Оля стала приходить в себя, назвала мое имя. И еще сказал, что Оля меня любит, я ей очень нужен. Оказалось, Герман регулярно навещал Оленьку в больнице, пока та была без сознания. Я тоже хотел приехать, но поговорил с доктором по телефону и узнал, что никакой надежды нет, травмы слишком серьезные, Оля вряд ли когда-нибудь очнется. Ее на аппарате держали только потому, что родители не хотели подписывать отказ. Честно говоря, мне страшно было ехать. Оле в тот момент было все равно, а я реально боялся увидеть вместо любимой женщины овощ на больничной койке.

– И как прошла встреча с Волошиным?

– Представьте себе, без эксцессов, – хохотнул Каверин. – Герман вел себя со мной ровно и перепоручил мне Олю с облегчением, как мне показалось.

Зотова слушала Каверина и испытывала острое чувство брезгливости к сидящему перед ней человеку, которое непроизвольно проявилось на ее лице. К Волошину же, напротив, прониклась безграничной симпатией, и ей стало заранее страшно, что именно Герман может оказаться причастным к убийствам трех женщин. Елена Петровна прокрутила в памяти эпизоды фильма «Крымские каникулы» с участием Волошина и вдруг поняла, почему не получилась картина. Трагедия с Олей Колесниковой разрушила мечту Волошина хотя бы на экране завоевать сердце любимой женщины. Без нее Герману было банально скучно сниматься. Свою роль он отыграл вяло, и ни один режиссер, даже самый гениальный, не смог бы заставить его сыграть лучше. Потому что душа Волошина в это время была не на съемочной площадке, а в отделении реанимации захудалой крымской больнички, рядом с покалеченным телом Оли Колесниковой, и уговаривала душу любимой вернуться на землю.