Оса со скальпелем - Таня Пепплер

— Здравствуйте, Анна Владимировна, — я опередила своего молодого человека, выступив из-за его спины, чтобы попасть в поле зрения хозяйки дома, и тепло улыбнулась ей, — очень рада вас видеть!

— Оленька? Кирилл, ты почему сразу не сказал, что везешь к нам Олю?! — если в первое мгновение женщина и удивилась, то потом лицо ее стало очень довольным и, повернувшись к дверям в дом, она позвала, — Саша! Саша, иди сюда, посмотри, кто к нам приехал!

Осознание того, что мне действительно рады, согревало, так что я улыбалась, и обнимая Александра Ильича, и заходя вслед за родителями своего мужчины в дом. Кажется, это вечер обещал стать гораздо лучше, чем я себе придумывала...

***

— Загорский, я убью тебя! — вот честно, если бы встретила его хотя бы на пару минут раньше, точно бы треснула, а теперь только смотрела в его честные глаза и думала, за что же на меня такое счастье свалилось, — не хочешь объяснить, почему мне сейчас звонила мама и извинялась, что не сможет завтра приехать в ЗАГС? Что всё это значит?

— У нас завтра свадьба, — пожал плечами этот гад, протягивая в мою сторону свои загребущие руки, но я на эту уловку не попалась, отступая на пару шагов, и он вынужден был объясняться, — вчера у тебя была важная операция, завтра — прием, который никак не отменить, потом случится ещё что-то. Мы уже полгода живём вместе, а ты по-прежнему Баринова. Меня это бесит, так что завтра мы идём менять твою фамилию, любимая!

— То есть если бы не звонок от мамы, я бы об этом счастливом событии в своей жизни узнала уже на пороге ЗАГСа? — прищурилась, пытаясь казаться серьёзной, хотя внутри разливалась щемящая нежность, и ругаться не хотелось совсем.

— Сюрприз, — развел руками Кир, продолжая невинно улыбаться, — долго ты собираешься там стоять? Иди сюда, я соскучился, буду тебя целовать.

Разве я могла отказать себе в этом удовольствии?

***

— Вот теперь я точно тебя убью, Загорский, — первый триместр беременности проходил тяжело, и единственное, что я могла делать, когда не обнимала унитаз, это проклинать Кирилла. В первое время он еще старательно делал вид, что опасается моих угроз, но потом, кажется, совсем привык и неизменно оказывался рядом в самый нужный момент.

— Не убьешь, — подавая мне очередной стакан воды с лимоном, от которой становилось легче, неизменно отвечал он, — ты меня для этого слишком любишь, Загорская.

— Действительно, — от кислого тошнота ненадолго прекращалась, и я сменяла гнев на милость, разглядывая мужа с куда большим дружелюбием, чем он и пользовался. Усаживаясь рядом, Кирилл бережно обнимал меня, клал свои теплые ладони на живот и уговаривал малыша не мучать маму. И всё это казалось мне настолько трогательным, что на глаза наворачивались слезы счастья...

***

— Нормальное имя! Не пойму, что тебе не нравится? — обиженно бурчала я, поглаживая внушительный живот, в котором чувствительно ворочался младший представитель нашего пока ещё небольшого семейства.

— Я, конечно, восхищен твоими познаниями в истории Древней Руси и её внешнеполитических отношений, но сына называть Тамерланом мы не будем! — Кирилл был категоричен, и мне оставалось только надувать губы, хотя его сопротивление меня не очень-то и расстраивало. Тем более что любимый муж старался подсластить эту пилюлю, — давай всё же что-нибудь славянское, родная? Ну там... Всеволод, например...

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Ага, а еще мы можем назвать его Тимофеем, как предложила бабушка Аня, — я прищурилась, всем своим видом давая понять, что не сделаю этого, даже если мне будут угрожать, — или прислушаемся к бабушке Наташе и выберем имя Платон?

— Ну не знаю, мы же в современном мире живем, можем проголосовать за лучший вариант, — предложил Кир, делая вид, что и в самом деле верит в справедливость этого способа.

— А то я тебя не знаю! Если предлагаешь выбирать, значит уже сговорился с Александром Ильичом, — покачала головой, поражаясь находчивости мужа, — мы с мамами опять не договоримся, и с перевесом в один голос победит ваш вариант!

— Так может сразу перейдем к финальной части? — продолжая изображать полнейшую невинность, предложил Кирилл, отпрыгнул от пущенной в него диванной подушки и, выскочив за дверь, засмеялся, заставляя и меня улыбаться...

***

— Ну что, папочка, поздравляю, у вас мальчик. 53 сантиметра, вес 4200, настоящий богатырь, — Алёна, подруга жены, которая и принимала роды, вышла ко мне сразу, как только это стало возможным. В родзал меня не пустили, так что я кажется протоптал тропинку по коридору, пока метался по нему в ожидании. И только услышав, что роды закончились, смог облегченно выдохнуть.

— Как Оля? — спросил обеспокоенно, но спокойное лицо стоящей передо мной женщины ответило мне лучше любых слов. Я чувствовал, что с моей семьей всё хорошо, — когда можно будет их увидеть?

— Наша Оська просто молодец, — улыбнулась Алёна, наконец-то становясь похожей на ту, кто бывал у нас в гостях едва ли не каждую неделю, — сейчас она спит, а вот мелкого я тебе покажу. Правда через стекло, но, думаю, ты не будешь против?

Сложно быть против, если волнение только-только отпустило, тебя распирает счастье, щекочет внутри, словно пузырьки лимонада, и возражать совершенно не хочется.

Для новорожденного наш сын и в самом деле был довольно крупным. Розовенький, с едва заметным светлым пушком на голове, он так трогательно сжимал кулачки во сне, что у меня даже дыхание перехватило, настолько щемящую нежность во мне он вызвал…

***

— Оля, куда ты положила мой синий галстук? — если бы мог, Кирилл в поисках нужной ему вещи, кажется, залез бы в шкаф с головой. Хорошо, что в конструкции этого предмета мебели подобное просто не было предусмотрено. Надеюсь только, ему не придет в голову вывернуть всё с полок, иначе уборки потом нам с ним хватит на весь вечер.

— Зачем тебе галстук? — я даже и не подумала бросаться на помощь, продолжая отглаживать рубашку для сынишки, — ты ведь не на деловую встречу собираешься, мы