Взрослые игры - Елена Колина

На самом деле я ничего не знаю о моей хромосоме X. А вдруг она у меня как раз нетрадиционная? Меня, кстати, всю жизнь влечет к представителям собственного пола — вот у меня сколько подруг: и Алена, и Ольга, и Ирка-хомяк, не говоря уж о приятельницах второго плана. К тому же я отношусь к группе риска — чем выше уровень образования, тем больше вероятность нетрадиционной ориентации, а я же все-таки кандидат наук.

У Арины зазвонил телефон, она произнесла несколько очаровательно вежливых извинений и вышла.

— Не беспокойтесь, я пока сделаю несколько деловых звонков, — сказала я ей в спину и быстро набрала телефон Алены.

— Ты хотела бы быть… ну, иметь нетрадиционную сексуальную ориентацию? — такой вопрос я задала по очереди Алене, Ольге и Ирке-хомяку. Приятельниц второго ряда не опросила, просто не успела.

Результаты моего блиц-опроса такие.

Алена: это очень удобно, потому что имеешь дело не с марсианами, а с нормальными людьми. А если быть в одном размере, то можно еще носить вещи друг друга.

Ольга: это очень удобно, потому что можно разделить уборку и готовку и есть шанс, что ей, Ольге, достанется только компот.

Ирка-хомяк: это очень удобно, потому что можно вместе посещать обертывания и другие процедуры.

— А ты, ты хотела бы? — спросили меня Алена, Ольга и Ирка-хомяк.

— А я нет, — сказала я назло им. Не вижу смысла. Аленины вещи мне велики, я не хочу готовить и убирать за Ольгу, это нечестно, и уж тем более мне некогда рука об руку лежать с Хомяком в специальных водорослях.

Когда Арина вернулась в кабинет, я уже снова находилась в привычной сексуальной ориентации, — думаю, у меня вообще нет этой хромосомы X.

— Я очень рада, что вы нашли время к нам прийти, — улыбнулась Арина и сама приняла у меня куртку, как у дорогого гостя. — Чай, кофе?

— Сняла решительно пиджак наброшенный, — низким голосом пропела Арина, вешая мою куртку в шкаф, — казаться гордою хватило сил!..

Какая прелестная женщина.

Арина показала мне несколько номеров журнала «Ваша Мечта». В «Веселых картинках» и то было больше текста. Я проглядывала журналы в сопровождении ее комментариев.

— Вот лучшая статья номера — «Как я научилась целоваться». Надеюсь, вам будет интересно. Вот очень хороший материал — «Невыносимая легкость бытия» (оказался не рецензией на роман Кундеры, а рекламой шелковых платьев). — Вы были бы очаровательны в этих платьях… А вот мы обсуждаем с читателями разные свежие вопросы: «Как выйти замуж за состоятельного человека» и «Как смириться с первой морщиной». Вам нравится? — с надеждой спросила Арина. Она с таким сдержанным волнением повторяла: «Надеюсь, вы оцените» и «Я буду рада, если вам понравится», что я почувствовала себя вершителем Арининой судьбы. Неужели только от меня зависит, насколько Арина состоялась в жизни и будет ли дальше выпускать журнал «Ваша Мечта» или займется чем-нибудь другим?

— Очень, очень нравится, — сказала я, — я вообще, знаете ли, очень люблю картинки… и вопросы вы с читателями обсуждаете такие… э-э… свежие. Вот, например, «Можно ли совместить семью и карьеру», «Как завоевать мужчину», «Ревность — хорошо или плохо».

— Представьте себе образ нашей читательницы, — пропела Арина.

Жаль, что этот знак судьбы мне не подходит, но ничего, следующий обязательно подойдет…

Я не буду работать с очаровательной Ариной. Я знаю, что я сейчас скажу. Я скажу: «Нет, Арина. Я — серьезный журналист, можно сказать, политический. Некоторое время я даже была совестью Северной столицы (опыт политической борьбы с губернатором). Лев Толстой не захотел бы, чтобы какую-нибудь его статью, к примеру “Десять мест для быстрого секса”, читали, сидя в бигудях в салоне красоты. Я тоже не хочу».

— Да, Арина, — сказала я, — я представила себе образ вашей читательницы (думаю, образ читательницы — дурочка).

— Нашей, — нежно поправила Арина, — нашей…

И она перешла к делу. Арина запускает новый проект — «Письмо номера» — о настоящих, самых главных, животрепещущих проблемах реальных женщин. Вообще-то Арина никогда не приглашает к себе людей с улицы (с улицы — это я, и вместо документа у меня хвост), но она уверена, что именно я смогу остроумно, но с воспитательным оттенком отвечать на «письмо номера». Она слышала обо мне как о психологе так много хорошего, что считает предстоящее сотрудничество со мной большой для себя удачей.

…Интересно от кого? Слышала много хорошего? Спросить неудобно.

Арина что-то еще говорит, кажется, «у нас неплохие гонорары».

…Сколько-сколько?!. В переводе на глазированные сырки гонорары превышали все мои самые смелые мечты.

…Но эта «Ваша Мечта» такая пустая и глупая! И даже вредная. Я раньше никогда не знала, что я идейный борец с гламуром, а теперь знаю — я борец. Считаю, очень опасно формировать в неокрепших душах уверенность, что жизнь — это сидеть дома в голубом халате и ждать, пока тебя на руках отнесут в ванну из лепестков роз.

С другой стороны, гонорары. В переводе на сушеные кальмары просто немыслимые. А как мне иначе решить мои проблемы с деньгами? Я вспомнила одну певицу, которую иногда вижу в подземном переходе на Невском. Что же мне, стоять со строгим вдохновенным лицом и петь:

«Что тебе снится, крейсер “Аврора”…» Не уверена, что выдержу конкуренцию.

— Что лучше, отвечать на письма трудящихся или петь в подземном переходе? — спросила я.

— Простите? — непонимающе улыбнулась Арина.

— Да так, не обращайте внимания, это я просто советуюсь со своим подсознанием…

Арина вежливо улыбнулась и сказала:

— Сейчас мы вызовем стилиста, загримируем вас и сфотографируем как автора нашей рубрики.

— А я уже загримировалась на светофоре, — возразила я. — Я всегда успеваю накрасить глаза на длинном светофоре на Невском.

— У вас накрашен левый глаз. А правый? — с нежной строгостью сказала Арина.

— А правый? А… это такая последняя тенденция для работающих женщин. Один глаз, и все. И на работу.

— К стилисту, — махнула рукой Арина.

Сначала мне делали макияж как кинозвезде. Оказывается, это такой специальный многокилограммовый макияж для создания эффекта свежеумытого лица.

Потом я сидела в кресле как кинозвезда, а вокруг меня бегали стилист и фотограф: стилист подправлял макияж и махал по мне пуховкой, а фотограф велел мне расслабиться и принять эффектную позу — голову вверх, вбок и вниз, грудь вперед, левое плечо тоже назад, смотреть вверх и вбок.

Дома я сразу же бросилась к телефону.

— Представляешь, люди будут обращаться ко мне в трудные минуты жизни, а я буду давать им умные добрые советы!

— Глянец — это особая специфика, — сказала Ольга, — все, у нас с Антошей начинается сериал.