Витамины любви. Сладкий запах спелой клубники - Георгий Купарадзе

Соседи хором жаловались на возмутительницу спокойствия, от клиентов которой житья нет.

Гиви приказал женщине одеться и отправиться с ними в милицию.

— Чего вы от меня хотите? Я больной человек, все у меня болит — и ноги, и поясница, и голова каждый день раскалывается, один здоровый орган у меня, так соседи исходят завистью!

Гиви рассмеялся.

— А зачем ты собираешь у себя пьянчужек? Какой тебе от них прок?

— Не скажите, гражданин майор, — на Гиви была милицейская форма. — Коли этих мужчин помыть, да в меру напоить водкой, их можно использовать в лечебных целях!

— Черт с тобой, оставайся дома, ложись спать и чтобы никто тебя не слышал!

Женщина юркнула к себе и заперла дверь. Оперативная группа села в машину и уехала.

— Зачем ее тащить в отделение, только время переводить. Завтра ее все равно выпустили бы. Будь моя воля, Вахтанг, я бы оформлял таким особам троекратное посещение вытрезвителя, а это, как ты знаешь, дело простое. Затем давал бы год принудительных работ где-нибудь на поселении. Не помогло — два года и так далее в геометрической прогрессии. Этот народ ничего не создает, да и потребности у них минимальные.

В это время взгляд Гиви упал на хорошо одетого молодого человека явно навеселе, который шел неуверенной походкой. Он тут же повернулся к Ивану. Тот положил руку на плечо шоферу. Машина опередила пьяного метров на десять и у перекрестка замедлила ход. Иван приоткрыл дверцу, и по тротуару заскользил пистолет. Машина въехала в боковую улицу и скрылась в ближайшем дворе. Молодой человек подошел к перекрестку, увидел на мостовой пистолет, поднял его и, воровато оглянувшись по сторонам, сунул в карман. Не прошел он и пятидесяти метров, как рядом с ним остановилась машина. Из нее выскочил Иван, а за ним не спеша вышел Гиви. Они обыскали парня, нашли у него оружие, усадили в машину и отвезли в отделение. Вахтанг все понял без лишних слов.

— Ты чего поскучнел? — спросил его Гиви.

— А если у этой семьи не окажется денег, не возьмем ли мы грех на душу?

— А чтобы этого не случилось, ты сыграешь роль доброго следователя и обложишь его данью по его возможностям. Что делать, Вахтанг? Ты же видишь, нам катастрофически не хватает денег. Мы — охотники. Если нам повезет и родители его окажутся во всех смыслах на высоте, мы отметим присвоение тебе капитанского звания.

В кабинет ввели высокого молодого человека лет двадцати трех прекрасной наружности. В комнате сидели Гиви, Вахтанг и Иван.

— Откуда у тебя оружие? У кого купил?

Молодой человек взволнованно дышал.

— Ни у кого я не покупал, клянусь мамой. Валялся на улице, я поднял и положил в карман.

— И собирался понести в милицию, чтобы добровольно сдать его в два часа ночи?

— Да, да, именно так, — обрадовался молодой человек. Потом задумался и, махнув рукой, сказал: — Это все вы подстроили, какой же я идиот, как это я сразу не догадался. Кто бы его мог потерять среди ночи?!

— Он еще нас же и обвиняет, — усмехнулся Гиви. — Сейчас мы узнаем, замешано ли это оружие в каких-нибудь делах, и, если замешано, может быть, он поделится с нами информацией… Узнай, Вахтанг, кто он, чей сын. К телефону не подпускать. Закрой его в камере. Передадим дело в прокуратуру, пусть выясняют, в чем он виноват. Зачитай ему статью из УК, где сказано, что за ношение оружия без разрешения полагается пять лет. — С этими словами Гиви вышел из кабинета.

Остались Иван и Вахтанг.

— Фамилия, имя, отчество, год рождения, адрес, — приступил к делу Вахтанг.

— Мгеладзе Гурам Джансугович, 1960 года рождения, Советская улица, дом два, квартира пять, студент пятого курса архитектурного факультета Политехнического института.

— Место работы родителей?

— Отец — завотделом в Цекавшири, мать — модельер пошивочного салона.

Иван и Вахтанг обменялись взглядами. Восторга их лица не выразили.

— Был ли когда-нибудь судим? Только говори правду, мы все равно проверим.

— Один раз, за участие в драке. Я был виноват, меня отпустили на поруки.

— Телефон дома есть?

— Есть! Если можно, дайте мне позвонить. Дома, наверное, в панике, что меня до сих пор нет, — попросил молодой человек.

— Будь ты неладен, как будто у нас без тебя мало дел! Таскается по ночам с пистолетом в кармане, а теперь я должен анализировать всю городскую информацию из-за тебя, — в сердцах произнес Иван и вышел из комнаты.

— Ладно уж, звони, только покороче, — разрешил Вахтанг.

— Где ты пропадаешь, трудно позвонить? — послышался в трубке разгневанный мужской голос. — Мы с матерью не спим, тебя дожидаемся.

— Отец, я в милиции, в дежурном отделении Октябрьского района. Приезжай, — тут Вахтанг нажал на рычаг.

Парня увели в камеру.

Через полчаса старший Мгеладзе разговаривал с Гиви.

— Драться — это он умеет, — говорил он Гиви, — но чтобы взять в руки нож, а тем более пистолет — такого никогда не было.

— Не верите мне, послушайте своего сына, — и Гиви приказал привести арестованного.

Ввели молодого человека. Отец сурово спросил сына, действительно ли у него нашли пистолет.

— Да, отец, но… — однако старший Мгеладзе не стал слушать сына, он рванулся к нему, и, не заслони его Вахтанг, неизвестно, чем бы все это кончилось. Бедного парня поспешно вывели из кабинета.

— Возьмите себя в руки, батоно Джансуг, этот молодой человек под нашей защитой. Мы никому не позволим поднимать на него руку, за это с нас строго взыскивают, — встал на защиту Мгеладзе-младшего Гиви.

Джансуг опустился на стул, приложил руку к груди.

Гиви раскрыл ящик стола и участливо протянул ему валидол. Джансуг положил таблетку под язык и перевел дух.

— Что делать, батоно Гиви? — упавшим голосом спросил он. — Жаль парня в тюрьму.

— Я прямо вам скажу, батоно Джансуг, — смягчился Гиви, — ему грозит до пяти лет заключения. Если этим оружием не совершалось преступление, я вам помогу. Вы правы, жаль отправлять студента в тюрьму. Я еще не слышал, чтобы тюрьма кого-нибудь исправила. И все же, как бы я вам ни помогал, он получит не менее трех лет, — с этими словами Гиви вышел из комнаты.

— Подождите здесь или, если хотите, приходите утром, когда мы получим ответ на наш запрос. Если номер этого пистолета нигде не фигурирует, мы сможем вам помочь, — сказал Вахтанг, собираясь в свою очередь выйти из кабинета.

Джансуг остановил его.

— Простите, но ваше лицо мне знакомо. Вы случайно не работали в системе Цекавшири?

— Да, в студенческие годы работал там заготовителем у Гурама Орбеладзе. Его дочь Мзевинар — мой хороший друг.