Только раз в жизни - Даниэла Стил

– А она пережила. Это в ней и удивительно. Она мягче,добрее и душевнее, чем кто-либо, кого я знаю.

– Не может быть. – Он покачал головой и посмотрелБарбаре в глаза.

– Почему? Это правда.

– Потому что нет человека душевнее и добрее тебя.

Когда он это сказал, Барбара снова осознала, как ей повезло.По правде говоря, больше, чем Дафне. Она немного помолчала, Том тем временемсмотрел на нее, а потом наклонился и нежно поцеловал. Он никогда прежде не былтак счастлив и наблюдал, как Барбара раскрывалась перед ним, словно летнийцветок. Она смеялась, радовалась, и ее глаза были жизнерадостнее, чем тогда, встуденческие годы, когда он с ней познакомился.

– Взгляни на себя, дорогая. Ты тоже страдала. Такойодинокий человек не может быть счастлив. Я не был так одинок, и все же былнесчастен.

– В тот день в «Гуччи» ты мне вовсе не показалсянесчастным. – Ей нравилось подтрунивать над ним по этому поводу. Элоиза исчезладве недели назад и якобы уже жила с молодым актером.

Но Барбара также теперь знала, что, когда он был женат, емувсе равно было ужасно одиноко. Именно когда она узнала об этом, она раскрылаему свое сердце и позволила себе поверить ему. Ему была нанесена жестокаяобида, гораздо более жестокая, чем та, которую ей нанес юрист много лет назад.Она об этом тоже рассказала Тому, а он держал ее в объятиях, пока она плакала,изливая комплекс вины и печаль, которые чувствовала и копила в себе. А потомона призналась, что больше всего ее огорчает то, что она уже слишком стара,чтобы иметь детей.

– Да что ты выдумала, сколько тебе лет?

– Сорок.

Ему было сорок два, и он посмотрел на нее с ласковой решимостью.

– В наше время женщины рожают и в сорок пять, и в сороксемь, и в пятьдесят, черт побери. Сорок – это вообще ничего особенного. Может,у тебя какие-то медицинские противопоказания?

– Да вроде нет. – Кроме того, что она всегда задаваласьвопросом, не повредил ли ей аборт так, что она не сможет иметь детей. Впоследние годы она и думать об этом перестала, считая, что об этом вообще неможет идти речи. Но Том не соглашался.

– Но это правда слишком поздно. Смешно иметь детей вмоем возрасте.

– Если ты их хочешь, смешно их не иметь. Мои дети –самая большая радость в моей жизни. Не лишай себя этого, Барбара.

Он познакомил ее с Александрой, и Барбара могла увидеть,почему дети доставляли ему такую радость. Алекс была прелестной, веселой,непосредственной девочкой, внешне похожей на Сэнди, но с добрым характеромотца. Барбара еще не видела его сына, Боба, но, по рассказам, он был вылитыйотец, и она не сомневалась, что он ей тоже понравится.

На протяжении шести недель Барбара скрывала от Дафны своюжизнь. Но однажды утром она пришла домой и застала Дафну сидящей в гостиной спочти пьяной улыбкой.

– Что с тобой?

– Я это совершила!

– Что совершила?

– Я закончила сценарий! – Она была преисполнена энергиии гордости, ее глаза возбужденно горели. Завершить работу было ее главнойзадачей, а еще она знала, что чем скорее закончит работу, тем скорее увидится ссыном.

– У-р-р-а-а!

Барбара заключила ее в объятия, а потом откупорила бутылкушампанского. После третьего бокала Дафна шаловливо посмотрела на нее:

– Так ты вообще не собираешься ничего рассказывать?

– Что рассказывать? – Барбара сразу пересталасоображать.

– О том, куда ты каждый вечер уходишь, пока япросиживаю тут штаны. – Дафна улыбнулась, а Барбара вся вспыхнула. – Только неговори мне, что ходишь в кино.

– Я правда хотела тебе рассказать, но... – Барбаразакатила глаза с мечтательным видом, и Дафна застонала.

– О Господи, я так и знала. Ты влюбилась. – Онапогрозила ей пальцем. – Только не говори мне, что выходишь замуж. Об этом нет иречи, по крайней мере пока я не закончу картину.

У Барбары упало сердце. Том минувшей ночью впервые заговорило браке, но ее ответ во многом напоминал предостережение Дафны. Его обиделатакая преданность работодательнице, но он согласился подождать до подходящегомомента.

– Я не выхожу замуж, Дафф. Но я должна признать, ...яот него без ума. – Она широко улыбнулась и выглядела так, словно ейчетырнадцать лет, а не сорок.

– А ты меня с ним познакомишь? Он порядочный? Мнепонравится?

– Да – это ответ на все три твои вопроса. Он необыкновенный,я его безумно люблю, и... он женился на моей сокурснице, и я его случайновстретила в «Гуччи» с невероятно красивой глупой рыжей девицей, и... – Все этоона выпалила на одном дыхании, и Дафна рассмеялась.

– Да, я, кажется, много потеряла, а? А что он делает?Только, пожалуйста, не говори мне, что он актер. – Она желала Барбаре добра ине хотела, чтобы ее снова постигло разочарование. Она вдруг нахмурилась,обеспокоенная тем, что Барбара сказала о его браке с ее сокурсницей. – Он всееще женат?

– Конечно, нет. Он разведен, и он юрист. В фирме«Бекстер, Шелли, Харрингтон и Роу».

Услышав это, Дафна вдруг улыбнулась.

– Ты о них знаешь?

– Как и ты, милая, по крайней мере тебе следует знать.Мы с ними еще не имели дела, но Айрис упоминала о них перед нашим отъездом изНью-Йорка. Это юристы «Комстока» по нашему фильму. Он что, не в курсе?

– Он был очень занят налоговой тяжбой одного изклиентов.

– А что случилось с его женой?

– Она сбежала к Остину Уиксу.

– Актеру? – Дафна на мгновение опешила, а потом поняла,что глупо спрашивать об этом, раз роман Барбары продолжается уже два месяца. –Ну, это я так. Слушай, но для твоего друга это, наверное, был тяжелый удар.Остину Уиксу ведь лет двести?

– Не меньше, но он чертовски богат и все еще оченьхорош собой.

Дафна кивком подтвердила.

– А как, кстати, зовут твоего друга?

– Том Харрингтон.

Они обменялись улыбками. Дафна выглядела обрадованной.

– Я рада за тебя, Барб. – Она подняла свой бокал сшампанским и пожелала подруге счастья с Томом: – Чтобы вы оба всегда былисчастливы. – Потом улыбнулась. – Но только после того, как мы закончим фильм.

В ее глазах был тот же лихорадочный огонь, который Барбаразамечала все время с момента приезда в Калифорнию. Она задалась целью работатьв сумасшедшем темпе, выполнить намеченное и вернуться домой. Но теперь этопочти пугало Барбару. Она не торопилась покидать Калифорнию.

Барбара представила Тома Дафне на следующий же день. Онипосидели за рюмочкой у бассейна, и, когда пришло время прощаться, Барбара несомневалась, что Дафне он понравился. Разговор был свободным, она на прощаниепоцеловала его в щеку и велела хорошо заботиться о Барбаре. Дафна помахала им,когда они садились в его машину, а потом медленно вернулась к бассейну исобрала посуду. Она была рада за Барбару. И еще у нее было странное чувство,словно дорогие ей люди отправлялись в дальнее плавание. Она почувствовала себяброшенной на пустынном берегу.