Реванш - Наталья Шагаева

– Вера, открой!

– Веры нет дома, - доносится голос Маши,и я облегченно выдыхаю. Нет моей куколки,иначе бы открыла.

– Маша, это Алан, открой, пожалуйста.

– Вера не разрешает мне никому открывать!

Усмехаюсь – Вера была очень осторожна. Умница.

– Маш, мне можно, открывай, – а в ответ тишина, потом шорох, и дверь все же открывается.

– Можно, я пройду? - спрашиваю, подхватывая сумку.

Девочка хмурит брови, но открывает двери шире, пропуская меня внутрь маленькой, но вполне уютной и светлой квартиры. Вдыхаю глубоко, осматриваясь по сторонам, улавливаю соблазнительный запах моей женщины, и моментально дурею. Хочу видеть ее немедленно!

– Вера была права, нельзя никому открывать, не делай так больше, – подмигиваю светловолосой девчушке с забавными косичками. – Где Вера?

– Она в больнице, - Маша переминается с ноги на ногу и кусает губы, постоянно осматривая меня с ног до головы, словно боится. Ну, ничего, она привыкнет ко мне, мы теперь будем жить вместе.

– Она болеет?

– Нет. Вера поехала за витаминами и анализами, сказала, скоро вернется.

– Проходит плановое обследование? – интересуюсь я, хотя в душе зарождается нехорошее волнение.

– Нет, за витаминами для ляльки, - уверенно заявляет Машка.

– Какой ляльки? – недоверчиво спрашиваю я, не понимая, что происходит.

– Ну, у Веры в животе лялька, и чтобы она родилась здоровой, ей нужно пить витамины, - как маленькому, поясняет мне Маша, а я все равно ни черта не соображаю.

– Вера беременна? - Машка кивает мне в ответ и замолкает. - Какой срок? - понимаю, что ребенок не может этого знать, но все равно задаю этот вопрос.

– Почти семь месяцев, – вполне по-взрослому отвечает Маша. - Хорошо, что вы приехали, а то Вėра плачет без вас и постоянно смотpит в окно. Только не говорите, что я сказала, – с надеждой просит ребенок, а я впадаю в ступор.

Внутри что-то переворачивается, и сердце начинает отбивать грудную клетку. Облокачиваюсь на стену, впервые ощущая, как из-под ног уходит земля. Закрываю глаза, чувствуя, как спирает дыхание от переполняющих эмоций.

– Где поликлиника?

– Я не знаю адреса, тут рядом.

– Закройся и никому не открывай, крoме нас, - командую ей и вылетаю из квартиры.

Можно было, конечно, дождаться Веру дома, но я не мог больше ждать ни минуты. Ребенок! Моя девочка ждет от меня ребенка! И это самая оглушительная и ошеломляющая для меня новость. Женщина, которая ненавидела меня, подарила мне счастье, о котором я давно мечтал. И я уже готов перевернуть этот гребаный мир и бросить его к ее ногам. Почему не позвонила и не сказала. Почему? Черт, я же сам запретил ей это делать.

Вылетаю вo двор и понимаю, что у меня нет машины, к которой я так привык. А потом резко оборачиваюсь и вижу Веру на детской площадке, разговаривающей с какой-то пожилой женщиной. Такая красивая, в легком синем платье и балетках, с волoсами, собранными в хвост. Легкий ветерок выбивает несколько прядей и играет с ними, кидая ей в лицо. Опускаю взгляд на ее круглый уже не маленький живoтик и дергаю ворот рубашки, буквально срывая верхние пуговицы. Как мне хочется ее любить. Не просто любить, а стать для нее всем миром, как только что она стала для меня. Я все-таки сделал правильный выбор, променяв все на эту женщину! Смотрю на нее как дурак, следя за рукой, который она поглаживает животик,и шаг в ее сторону сделать не могу. Такая естественная, без косметики и дорогих тряпок – самая прекрасная,и вся моя! Моя!

А потом она заплакала,тихо, беззвучно утирая ладонями слезы. Что-то рассказывает, а женщина ее по руке пoглаживает в знак утешения. И я пошел к ней, медленно на ватных ногах, и первое что я услышал «Ну это же операция, а я сама хотела родить, но, говорят, нельзя»,и всхлипывает. Оборачивается в мою сторону и застываėт. Пошатывается, но ее подхватывает женщина, поворачиваясь ко мне. Α я быстро преодолеваю расстояние между нами и прижимаю Веру к себе, насколько позволяете живот. Вдыхаю запах ее волос и, кажется, схожу с ума, мне до дрожи хорошо в этом безумии. Γлажу ее по спине, плечам, подношу дрожащие руки к животику, а дотронуться до этого чуда боюсь.

– Вера, все хорошо? - недоверчиво спрашивает женщина, а я улыбаюсь ей в волосы. Вера. Она не придумала себе новое имя и осталась моей Верой!

– Да-да, - повторяет она, продолжая всхлипывать. - Теперь все хорошо, - и сама меня обнимает, стискивает плечи до боли и дышит глубоко, словно, как и я, не может надышаться.

– Тогда я пойду, – произносит женщина. – Машу можно к себе возьму? Я пирог ее любимый печь собралась.

– Да, конечно, если она хочет, – проговаривает Вера в мою грудь. Женщина уходит, а мы так и стоим, дыша друг другом.

– Кто у нас будет? Девочка или мальчик? – шепотом в ее волосы спрашиваю, еще до конца не веря в происходящее

– Девочка, – так же тихо, будто это секрет, произносит она, поднимает голову, заглядывая мне в глаза.

Стираю пальцами ее беззвучные слезы, наконец, ощущая ее всю, слыша, как барабанит сердце. А там, внизу, еще одно маленькое сердечко. Мое сердечко, еще одной моей девочки.

– Что за операция? – спрашиваю, вспоминая ее слова, а Вера растерянно моргает, будто все забыла.

– Кесарево. Говорят, родить сама не смогу, да и нельзя мне, а я так боюсь. Боялась, – поправляется она. – Α сейчас не боюсь уже. Ведь ты будешь рядом, с тобой ничего не страшно, - и улыбается сквозь слезы. - Ты ведь останешься?

– Конечно, Вера. Я к тебе приехал – навсегда. Я теперь тебя не отдам ни одному страху, я все забираю себе, ведь ты моя женщина?

– Твоя, - и кивает для убедительности.

И меня уносит. Никогда не испытывал ничего подобного. Сколько женщин говорили мне, что они принадлежат мне? Много. Но это все суррогаты. А сейчас по-настоящему.

– Пошли, – хватаю ее за руки и веду за собой в дом. Постоянно оглядываюсь на Веру и замечаю, что она уже хитро улыбается.

– Что смешного? - спрашиваю, пока она открывает двери.

– Ты здесь никогда не был, а уже, кажется, что не я тебя веду, а ты меня.

– Так и должно быть, Вера. Я не подарок,

и моя женщина должна слушаться меня беспрекословно. Я не изменился, Вера, но и выбора у тебя теперь нет, - забираю у нее ключи, сам открываю дверь и пропускаю ее внутрь, а потом закрываюсь на все замки.

– И мне так этого не хватало. Не хочу без тебя, не могу больше, - ее голос вновь срывается,и глаза наполняются слезами.

– Не вздумай плакать, моя хорошая.

Веду ее в комнату, не видя обстановки, ставлю к себе лицом, хватаю подол платья и снимаю его через голову. И издаю стон, когда вижу простое белое белье, налитую грудь и большой животик. Спускаясь на колени, чтобы, наконец, справиться с дрожью и прикоснуться к животу. Невесомо вожу по нему руками, ласкаю, в желании почувствовать нашу дочь.