Охота на Ботаника! - Янина Логвин

— Хм, думаю, это то, что ей определенно понравится, — усмехнулась парню. — Особенно если спина будет голая, а блинчики с малиновым топпингом.

Автобус остановился, и Морозов вдруг вытащил меня за руку на улицу.

— Пошли! — только и бросил хмуро, шагая от остановки.

— Куда это? — я спрыгнула с подножки и поспешила следом.

— В магазин! Горло пересохло — пить хочу!

Мы вышли к большому супермаркету, возле которого стояла уйма машин и толпились люди — гораздо больше обычного, как в любой выходной день. Воду можно было купить в любой торговой точке города, но вопросов задавать не стала.

Морозов держал меня за руку и, кажется, сам этого не замечал. Глядя на его хмурое лицо, я догадалась, что он сосредоточен на какой-то мысли, которую собрался до меня донести, но так как предположений у меня не было, то и события торопить не стала.

Свидание в супермаркете? А почему бы и нет?

Мы вошли в зал магазина и прошлись вдоль рядов с продуктами. Антон вертел головой, но меня не отпускал. Оказавшись у длинного прилавка с полуфабрикатами, коротко поздоровался с одним из продавцов — крупной и моложавой женщиной в фирменной шапочке и халате, которая как раз поправляла ценники на товаре.

— Здравствуйте, тетя Таня!

Женщина подняла голову и приветливо улыбнулась Морозову.

— Здравствуй, Антоша! А ты… — хотела было что-то спросить у парня, но заметив возле его плеча меня, так и осталась стоять с приоткрытым ртом. Только рукой махнула в сторону выхода, и мы направились к кассам.

Возле одной из касс Антон взял с полки бутылку с минеральной водой и встал в очередь. Когда подошел наш черед оплачивать кассиру товар, повернулся ко мне, словно опомнившись.

— Прости, я не спросил тебя… Может быть, ты тоже что-то хочешь?

Выбор у кассы был невелик, но я хотела, да. Для начала понять, зачем мы сюда пришли, а еще оказаться с Морозовым в тихом месте. Очень тихом и желательно уединенном.

Я протянула руку и достала со стеллажа пачку жевательной резинки и пачку презервативов — последнее время смущать Кудряшку стало моим любимым занятием. Ну и за намерение пригласить на свидание Клюкву хотелось отомстить. Подумав, добавила к покупкам два шоколадных батончика.

— Пожалуй, вот это. Если денег не хватит, я добавлю.

Антон ожидаемо покраснел, увидев мой выбор, но деньги достал. Буркнул глухо.

— Хватит.

Худощавая женщина за кассой как-то странно напряглась. Посмотрела растерянно сначала на меня, потом на покупки, а потом на Морозова…

— Э-э, вам вместе считать? Или отдельно? — неуверенно спросила.

Я ободряюще ей улыбнулась:

— Вместе, конечно! Это мой парень!

— П-пакет брать будете? — пролепетала кассир. — У нас сейчас в магазине проходит акция…

Кудряшка забрал покупки и сложил в карман. Сказал вдруг, обращаясь к женщине:

— Привет, мам. Не нужно делать вид, что ты меня не знаешь. Это Агния — девушка, о которой я тебе говорил.

Смущались мама и сын одинаково, но, честное слово, я покраснела сильнее.

Повисла пауза, в которую мне впервые в жизни захотелось провалиться сквозь землю. А если не провалиться, то отмотать время назад и проверить, поднимется ли у меня рука, чтобы дать Кудряшке по затылку. Ну кто так знакомит с родителями! Тем более с мамой! Ох, надеюсь, она окажется не одной из тех ревнивых матерей, с кем придется воевать за внимание сына, иначе приговор мне уже вынесен.

Я стояла возле кассы, смотрела на маму Антона, а женщина в свою очередь на меня. Слава богу без неприязни, скорее с опаской и как-то неуверенно, словно не зная, чего от меня ожидать. Пришлось сделать вид, что ничего необычного не произошло, улыбнуться, протянуть руку и поздороваться первой:

— Здравствуйте!

Антон

Мы вышли с Корсак из магазина и побрели по тротуару вдоль улицы, не глядя друг на друга. И только когда оказались в спокойном месте, Агния меня остановила, обхватив пальцами запястье.

— Антон, послушай… — повернулась и неохотно отпустила руку. — Извини. Мне правда очень неловко. Если бы я знала, что это твоя мама, я бы никогда так не пошутила. Нехорошо вышло, признаю.

В выражении лица девушки угадывалось замешательство, но Корсак точно не производила впечатление робкого человека, так что я не мог этого знать наверняка. Хотя ее вежливый ответ на растерянное приветствие матери смог меня удивить.

Сам я ожидал от девушки несколько иной реакции. До того, как мы вошли в магазин, я собирался ей сказать, что не собираюсь изображать из своей жизни богатый Манхеттен. И что я тот, кто я есть. Но Корсак умеет менять чужие планы.

— Даже боюсь предположить, как бы ты поступила, если бы об этом знала, — не удержался, чтобы не съязвить, встречаясь с темным взглядом.

Глаза Агнии сверкнули привычным вызовом. Я уже заметил, что настроение у нее менялось так же быстро, как плясало пламя в костре. Сегодня мы целый вечер злились друг на друга, и это пламя то разгоралось ярче, а то стихало и почти льнуло к ногам.

— Мог бы и предупредить, Морозов, чтобы мы оба не выглядели так глупо! Мне не стыдно за мой выбор, если хочешь знать. Мне стыдно, что это произошло в нашу первую встречу с твоей мамой. Представляю, что она подумала — я даже своих друзей так не шокирую! Ты скажи ей, что это была шутка.

Я кивнул.

— Непременно. И что ей все показалось, а на самом деле ты никогда не покупаешь в супермаркетах презервативы? Так?

Корсак напряглась. Убрав легкую прядку волос со щеки за ухо, упрямо вскинула подбородок.

— Я не стану отвечать на этот вопрос!

Да пожалуйста. Но я тоже не обязан выполнять ее требование «ты скажи»!

— А я ничего и никому не собираюсь объяснять! Поезд ушел, мне не двенадцать лет. Ты хотела узнать о моих родителях — теперь знаешь. И на всякий случай, Корсак — я своей семьи не стесняюсь. Просто хочу сразу внести ясность в наши с тобой временные отношения, чтобы избежать недоразумений. Если тебе так хочется называть меня своим парнем — хорошо, я согласен. Но не жди, что я сам в это поверю. Я еще не сошел с ума, чтобы ходить возле тебя счастливым болваном!

Сказал и гордо замолчал, ожидая, что своими словами задену девушку. В конце концов, я этого хотел! Но Корсак лишь грустно усмехнулась. Чуть склонив голову к плечу, взглянула мягче, вновь озадачив меня сменой настроения.

— А жаль.

— Что?

— Я про болвана, Морозко. Жаль, говорю, что не сошел! Я бы на тебя в этот момент посмотрела, — ее усмешка вдруг преобразилась в улыбку, красивые губы разомкнулись, и я оторопело моргнул, чувствуя, как пересыхает горло.

Хорошо, что в руке оказалась бутылка воды. Открыв крышку, в пару глотков осушил половину, но Корсак удалось удержать мой взгляд.