Брачная ночь с горцем - Керриган Берн

«Ведь ясно же, первая мысль жениха при виде невесты должна быть не о том, есть ли на ней панталоны», – думал Гэвин. Но если честно… После ее слов о них он ни о чем другом уже не думал.

Он чувствовал себя идиотом из-за того, что сам не сообразил, чего ей не хватало. И еще – ублюдком. Потому что даже сейчас не мог не думать о том, что у его красавицы-невесты под рубашкой ничего не было.

Да-да, она расхаживала по многолюдной комнате без панталон! И никто об этом не знал, кроме него! Черт возьми, это невероятно эротично.

Мена первой вошла в кабинет, где уже собрались немногочисленные свидетели церемонии.

Гэвин стоял по правую руку от брата – как на настоящей свадьбе. Каллум и Имон, оба в поношенных, но чистых парадных костюмах ирландских цветов, держались слева – как свидетели. Мать же слегла с мигренью, но Гэвин знал: истинная причина ее отсутствия – Лиам. От отца Рейвенкрофт унаследовал мощный бас, и один звук его голоса, так похожего на голос Хеймиша Маккензи, мог вызвать у маркизы сердечный приступ.

– Я просил послать за мной, когда невеста будет готова. – Гэвин нахмурился, взглянув на Мену.

– Мы и сами справились. – Мена распахнула дверь пошире. – Жених должен ждать невесту у алтаря – так положено. И незачем без нужды нарушать традиции.

Гэвин привык насмехаться над всякими романтическими выдумками. Однако он пересмотрел свое мнение, едва в дверях появилась его невеста – удивительная красавица, мгновенно пресекшая его дыхание и выкачавшая весь воздух из груди.

Наряд ее оказался скромен, но женщину, облаченную в этот наряд, трудно было бы назвать простушкой. Блузка с высоким воротом цвета тумана в горах… Длинная темно-синяя узкая юбка с волнами оборок, напоминающими водопад… Широкий пояс, подчеркивавший неправдоподобно тонкую талию… Пряжка же украшена изображением чертополоха – символа Шотландии… Иных украшений на Элисон не было, но Мена сотворила какое-то чудо с ее пышными волосами: зачесала их наверх и приколола к ним вместо вуали простое белое кружево.

Да и к чему украшения? Глаза Элисон сверкали ярче сапфиров. Губы могли бы посрамить рубины. А кожа, расцелованная солнцем, мягко сияла, словно светилась изнутри.

Она не была красивее всех красавиц, каких случалось видеть Гэвину. Не была ни самой изящной, ни самой соблазнительной, ни самой безупречной. Вместо букета – трость, вместо бриллиантов на пальцах – мозоли. В глазах же – скорее вызов, чем соблазн. А на языке куда больше яда, чем меда. Но… о боги, никого еще Гэвин не желал так, как ее! Едва она вошла, лицо ее осветилось каким-то неожиданным светом. На долю секунды все существо его потянулось к ней – к этому чудесному сиянию.

Но в следующий миг Гэвин понял: на него она даже не взглянула.

– Кэлибрид! – воскликнула она и захромала налево, туда, где сидел в старом кресле его матери Кэлибрид – с верным Локрином рядом. – Как ты?.. Зачем же ты встал?

Бледное, изможденное лицо Кэлибрида перекосилось в гримасе, которая могла бы сойти за улыбку.

– Если ты достаточно оправилась, чтобы выходить замуж, то и я достаточно оправился, чтобы посмотреть, как Локрин поведет тебя к алтарю! Да и как я могу пропустить вашу свадьбу? Я ведь этих двух бродяг, – кивнул он в сторону Гэвина и Каллума, – знал с тех пор, как они вот этакими махонькими были! Помню, сам учил их в ножички играть!

Саманта по-девичьи прижала руку ко рту.

– Локрин, это правда? Ты поведешь меня к алтарю?

– Только не вздумай реветь! – сурово заявил Локрин, погрозив ей пальцем. – Терпеть не могу, когда девчонки воют. Так что смотри – никаких слез. Поняла?

– Обещаю. Никаких слез.

– Ну… тогда ладно. – Локрин поправил свой круглый клетчатый берет, пригладил помпон, затем протянул ей руку. – Пошли, пока старина Кэлибрид не испустил дух и не испортил нам праздник!

– Не дождешься, старый козел! – парировал Кэлибрид. И вдруг, охнув, схватился за бок. Но тут же выпрямился и с воинственным видом добавил: – Я еще тебя переживу!

– Это мы еще посмотрим! – крикнул Локрин. И тут же повел Саманту к письменному столу, за которым уже занял место мирового судьи Демон-горец. – А вот и невеста, лэрд, – объявил он. – Эх, хороша! Жаль отдавать какому-то сопляку!

– Понимаю твои чувства, – звучным басом отозвался Лиам.

Гэвин же неотрывно смотрел на Элисон, стараясь понять, какое впечатление произвел на нее Лиам Маккензи. Старший брат был больше его – во всех отношениях. Выше, крупнее, шире в плечах, а лицо – более грубое, варварское, без классической чеканности черт, как у младшего брата. Силен и крепок, но без изящества. Мышцы крупнее, но не так четко выражены. А волосы и глаза – цвета полночной мглы. Как у отца.

Гэвин не любил смотреть на брата и радовался, что здесь не было матери – один его голос мог бы довести ее до нервного срыва.

Хотелось бы знать, о чем думала сейчас его невеста, взиравшая на Лиама с неожиданной храбростью? В конце концов, перед ней сидел наследник человека, убившего ее отца! Но в ее взгляде было только любопытство.

– Рад наконец-то познакомиться с вами, мисс Росс, – сказал Демон-горец.

– И я, – коротко ответила Элисон, наклонив голову.

Мена, став рядом с мужем, метнула в сторону Гэвина тревожный взгляд, но тут же отвела глаза.