Его фанатка - Анна Джейн

Она заказала обед в номер и пообещала парню сделать горячую ванну, чтобы тот согрелся — его руки все еще были ледяными. А после отошла во вторую комнату буквально на десять или пятнадцать минут — сначала звонил Томас, который ждал ее дома, и хотел узнать, когда она приедет, а потом — старшая сестра, которая не понимала, что происходит.

— В интернете просто истерия какая-то, — сказала она с недоумением. — Что происходит? Почему о Филе пишут такие ужасы? Я пыталась дозвониться до Кея, но не могу. А у Фила спрашивать не хочу.

— Одна мерзкая тварь оболгала его, — как кошка прошипела Нелли и ввела сестру в курс дела. Попрощавшись с ней, она вернулась в спальню и увидела Фила, неподвижно сидящего на диване с телефоном в руке. Его лицо было мертвенно-бледным, губы — крепко сжаты, а глаза, напротив, расширились. В них буквально плескался страх.

Нелли моментально поняла, что он делает. Читает комментарии. Комментарии, которые оставляют о нем те, кто поверил Скорп. Те, кто хотел его крови.

— Не читай! — почти с отчаянием крикнула Нелли и буквально выдернула из его руки телефон. Так и есть. Комментарии под видео с интервью. Гадкие, едкие, наполненные ядом и сочащиеся ненавистью и презрением. Тех, кто защищал Фила и не верил Крис, было не так уж и много.

— Зачем? — только и спросила девушка.

— Сам не знаю, — поднял на нее глаза Фил. Его взгляд был потерянным, неживым, и Нелли словно стрелой пронзило насквозь. Она буквально кожей чувствовала его боль.

— Я не разрешаю тебе читать это, — твердо сказала Нелли, выключая его телефон. — Не смей погружаться в это дерьмо.

— Вдруг я и правда такой? Такой, как они пишут? Такой монстр? — прошептал Фил. Он был не в себе. Его трясло.

— С ума сошел? — выкрикнула девушка, чувствуя, как на глазах появляются слезы. — Никакой ты не монстр. Филипп, очнись! Ты один из лучших людей в моей жизни! И не потому что ты знаменитый музыкант, нет! Потому что ты добрый, потому что честный, потому что в тебе столько света, что иногда зажмуриться хочется! — Нелли схватила его за ледяную ладонь, пытаясь согреть ее. — Боже, ты помнишь, как однажды спас меня от одноклассниц повел на свидание? А как звонил и поздравлял с днем рождения, когда я была мелкой, потому что Катя сказала тебе, что мне будет приятно? А как нашел брошенных щенков и выходил их, а потом раздал — я училась на втором курсе, и мы с подружками пищали, когда ты показывал их в сторис! Ты не монстр, хватит так говорить о себе! Да, у тебя было плохое прошлое, но ты вылечился, изменился, стал самим собой!

— Кто-то писал, что разочарован во мне, как в человеке и музыканте. Кто-то поливал грязью группу. Кто-то проклинал моих родных, — произнес Фил. — Почему они это пишут, Нэл?

— Потому что им скучно. Потому что им хочется выплеснуть негатив. Потому что… потому что это пишут другие, и включается стадный инстинкт! — выкрикнула девушка. — Послушай меня, пожалуйста. Ты не имеешь права слушать всех этих людей, которые не знают тебя! Ты должен слушать только своих близких. Своих родителей, своих друзей, своего брата. Меня. Пожалуйста, Фил. — Нелли прижала его ладонь к своей груди. — Чувствуешь, как бьется мое сердце?

— Чувствую, — слабо улыбнулся он.

— Оно из-за тебя так стучит. Словно я двадцать кругов пробежала. Слушай тех, у кого из-за тебя так бьется сердце, понял? А других не слушай. Никогда. Не читай то, что они пишут. Не смотри то, что они снимают. Не слушай, что они говорят. Я прошу тебя. Хорошо? — умоляюще заглянула в его лицо Нелли. Она много раз видела в интернете травлю — и простых людей, и знаменитых. Люди словно не всегда понимали, что делают. Писали гадости и, наверное, тотчас забывали о них, а те, кому были адресованы их слова, так просто забыть этого не могли. Нелли хотелось оградить Фила от всего этого ужаса. Да, он популярный, да, он публичная личность, да, его ругают и хвалят, и он должен принимать любые мнения, но он не должен читать комментарии разгневанных и, самое главное, обманутых людей.

— Хорошо, — пообещал Фил, обнимая ее и прижимаясь щекой к ее волосам. — Прости, я просто сам не свой. Не хотел заходить, но не сдержался. Проклятое любопытство.

— Больше ты не включишь телефон. Конфискую его у тебя на несколько дней, пока все не уладиться. И не переживай, наверняка Коварин уже сейчас работает над тем, чтобы обелить твое имя. Боже, почему ты такой холодный? — пробормотала Нелли. — Только попробуй заболеть снова!

— Никак не могу согреться после самолета и такси, — признался Фил.

— Хочешь, я сделаю тебе горячую ванну? — просияла девушка. — Я зимой всегда так согреваюсь.

Ванная в люксе оказалась шикарной — это была целая комната с панорамным остеклением и гидромассажной ванной, встроенной в подиум. Чтобы оказаться в ней, нужно было подняться по каменным ступеням. Нелли не без труда набрала горячую воду и добавила травяную пену с успокаивающим эффектом. Если честно, она даже и не думала, что пены — густой и ароматной — будет так много! Как в рекламе!

Чуть подумав, Нелли включила стереосистему, которой была оснащена ванная комната. Заиграла неспешная медитативная музыка — под такую идеально было закрыть глаза и с головой окунуться в горячую воду, пахнущую мятой и хмелем. Филу должно было понравиться.

«Принесу ему горячий чай или лучше закажу безалкогольный глинтвейн, — решила Нелли. — Пусть принимает ванну, потягивает глинтвейн из трубочки, любуется видом и релаксирует».

Она стала спускаться с подиума, неудачно оступилась и, вскрикнув от неожиданности, упала и ушибла ногу. В это же время в ванную вбежал перепуганный Фил.

— Нэл, ты в порядке? — тотчас оказался он рядом с Нелли, сморщившейся от боли.

— Да, в порядке.

— Точно?

— Точно-точно, — взмахнула головой девушка. — Помоги, пожалуйста, встать.

Фил поднял ее и осмотрел с головы до ног.

— У тебя кровь на коленке, — сказал он. Нелли только вздохнула — она умудрилась разбить ее, когда падала. Не сильно, но кровь все же была. Фил увел ее в спальню, усадил на кровать, достал из рюкзака антисептик и, несмотря на то, что Нелли сопротивлялась, обработал царапины, а после наклеил гелевый пластырь с противовоспалительным эффектом.