Волшебный вкус любви - Ната Лакомка

Я читала эти статейки и злилась, но Душан оставался невозмутимо спокойным, и я могла только позавидовать его выдержке. Правда, это не мешало ему покрикивать на всех нас с прежней горячностью. Особенно доставалось Матвею, за которым шеф следил на каждом шагу и постоянно повторял, что не забыл про лук-порей.

После того, как ресторан закрывался, мы засиживались с Душаном далеко за полночь, готовя нежное каре ягненка, высчитывая количество специй, время готовки и придумывая оригинальную подачу.

— Самое главное — бульон, — была убеждена я. — Какой бы продукт ни задали на конкурсе, первое блюдо будет основано на бульоне. И его же можно будет использовать для приготовления закуски.

— Бульон долго готовить, и это — банально, — не соглашался Богосавец. — Уверен, там все сделают на первое блюдо бульон. А как ты собираешься использовать его для закуски? Только добавить при тушении продукта?

— Как желе, — я не собиралась сдаваться. — Тонкими полосками желе можно украсить закуску — это хорошо сыграет, когда вкус повторится в основном блюде. К тому же, и банальный суп можно подать с сюрпризом.

— Например?

— Ну-у… Надо подумать. Можно использовать какой-нибудь оригинальный топпинг…

Мы проработали сотни рецептов, испробовали множество вариаций. Идеи появлялись из ничего — приходили как будто по наитию свыше. Может, это и правда было отчаянным рывком утопающих, а может, во всем была виновата любовь?..

Я смотрела на Душана, когда он колдовал возле плиты, или когда задумчиво изучал сервировку нового блюда, и была по-настоящему счастлива. Потому что это самое настоящее счастье — делать вместе одно дело, и чтобы это нравилось, нравилось до сумасшествия, до одержимости.

Душан настоял, чтобы я переехала к нему, и на этот раз я не стала возражать. Мне хотелось быть ближе к нему — и не только в постели. И очень хотелось верить, что он тоже хочет быть ближе ко мне.

День конкурса стремительно приближался, и мы с Душаном перестали обращать внимание на блоги и сплетни кулинарного мира, сосредоточившись на последних приготовлениях. Я нервничала всё больше — ведь на нашей кухне я всегда была рядом с Душаном и могла попробовать то или иное блюдо, чтобы вовремя исправить вкус. На конкурсе же, в прямом эфире, помогать участникам запрещено.

— Вы пробовали вместе со мной, — сделала я последнее напутствие своему шефу, перед тем, как ему предстояло отправиться за кулисы с остальными участниками, а мне — пройти в зрительный зал. — Даже не зная настоящего вкуса, вы сможете приготовить всё точно так же, как мы готовили в «Белой рубашке». Главное — спокойствие и… и… — голос мой дрогнул, потому что я волновалась всё больше и больше, и уже не могла говорить.

— Всё будет хорошо, — сказал Душан и поцеловал меня.

Я обхватила его за шею, приникнув всем телом. Как бы я хотела быть рядом с ним в такой момент!.. Но это была его война, и я это прекрасно понимала.

— Какие нежности, — прозвучал рядом насмешливый голос.

Марат Гасанбердиев остановился в двух шагах от нас.

— Потрясающая верность! — наигранно восхитился он. — Вы как пара лебедей, друзья мои. Жаль, что сегодня мы будем наблюдать лебединую песню Душана Богосавеца.

Шеф выпустил меня из объятий и погладил по голове, ничего не ответив Марату.

— Удачи, — произнесла я внезапно охрипшим голосом.

— На что ты рассчитываешь? — опять встрял Марат. — Ты же профнепригоден. Что сможешь сделать без пробы? Или подкупил жюри?

На этот раз Душан ответил, сначала смерив Марата взглядом:

— Что бы ни случилось, я всегда буду впереди. А ты будешь смотреть мне в спину. Как в шахматах, знаешь? Белые начинают — и выигрывают. Я начал, а тебе остаётся только повторять за мной и проиграть.

Марата перекосило после таких слов, и он, ничего больше не говоря, прошел в комнату для участников.

— Про шахматы — это было круто, — признала я, поправляя ворот белой рубашки Душана. — Вы в своем репертуаре, шеф. Самомнение у вас — выше поварского колпака.

— Беги уже, пока все места не заняли, — Богосавец поцеловал меня в щеку и легонько подтолкнул в сторону зрительного зала.

Разумеется, мое место никто занять не мог, потому что билеты на съемку программы были куплены заранее. Рядом со мной в первом ряду сидели Елена и Милан — не слишком большая группа поддержки, зато мы болели за Душана искренне. В первых рядах сидели, в основном, родственники и знакомые участников, блогеры и журналисты, пишущие о кулинарии. Я увидела Лилиану — она сидела почти напротив нас, по ту сторону круглой сцены, где предстояло готовить шеф-поварам. Рядом с Лилианой ёрзал на сиденье Лёлик. Он что-то шептал ей на ухо, а она кивала и натянуто улыбалась. Она заметила меня среди зрителей и поджала губы, очень невежливо отпихнув Лёлика в грудь.

Зажглись софиты, и стало жарко. Я расстегнула верхние пуговицы на своей рубашке. Все мы — я, Елена и Милан были в белых рубашках. Краем глаза я замечала, что нас усиленно фотографируют, но всё моё внимание было обращено на сцену, куда вот-вот должны были выйти участники.

Ведущие — мужчина в костюме с вырвиглазным принтом, и женщина, которая была, скорее, раздета, чем одета — отлично работали на камеру, выдавая забавные реплики. Началось представление шеф-поваров, и на огромном экране по очереди высветились фотографии участников, в то время, как сами оригиналы выходили на сцену под гром аплодисментов.

— Всё равно это — соревнование между Богосавецом и Гасанбердиевым, — услышала я за спиной мужской голос. — Только они — солисты, остальные — подтанцовка.

— Сейчас объявят ингредиент, — прошептала мне Елена, в волнении стиснув горячими пальцами мою руку.

— Как думаешь, что будет в этот раз? — надрывался ведущий.

— О-о, даже не могу предположить! — вторила ему ведущая.

Они еще с минуту помучили нас, размахивая конвертом с темой конкурса, а потом женщина открыла конверт и радостно взвизгнула:

— Креветки!!.

Креветки… Я мгновенно облилась липким потом. Вот именно креветки мы с Душаном не догадались отработать. Говядина, ягнятина, курица, палтус и форель… Но не креветки!..

Пока ведущие представляли жюри, я сидела, как во сне, пропуская мимо ушей громкие имена — кулинарный критик, публицист, глава сети ресторанов, завоевавший в общей сложности двадцать звезд Мишлен, популярная телеведущая кулинарного шоу…

Я не отрываясь смотрела на Богосавеца, а он опустил голову, уперев ладони в столешницу. Да, сейчас участники могут обдумать меню. Но — креветки!.. Я готова была застонать от отчаяния. Столько готовились — и мимо!..

— Пятнадцать минут, чтобы взять ингредиенты со склада! — объявил ведущий. — Время… пошло!..

— Гасанбердиев тоже метит в новаторы, — продолжал разглагольствовать мужчина за моей спиной. — У парнишки неплохие задатки.