Невеста на полставки - Диана Рымарь

«Неужели кому-то и правда может нравиться выбирать продукты…»

Некоторые вещи в моей Златовласке всё продолжают меня удивлять.

— Конечно, водитель будет тебе помогать! Он вообще будет делать всё, что ты ему скажешь. И горничная тоже! Муштруй на свое усмотрение, ты теперь здесь хозяйка!

— Правда? — зачем-то уточняет Златка.

— Еще какая! — целую ее в нос.

Тот же день:

12:00

Злата

Стучусь в квартиру, за короткие недели ставшую мне роднее всего на свете, а у самой слезы на глаза наворачиваются. В прихожей раздаются уверенные шаги, дверь открывают не заглядывая в глазок, что странно. Мария Ивановна обычно очень осторожна.

— О-о-о, Золотун, привет! — здоровается со мной Андрей. — Здесь же звонок работает, чего стучишь?

— А ты зашел в гости? Мария Ивановна в порядке?

— Бабуля нормалды! Давай помогу!

Он забирает у меня из рук пакеты, несет на кухню.

— Вот это ты вкуснях притарабанила! Жаль, мне идти пора… Я ж ведь на работу устроился! Водителем! Сегодня первый день, я к бабке чисто наведаться, узнать по здоровью…

Смотрю на него, на довольную донельзя Марию Ивановну и вдруг очень хочется запищать мультяшным голосом: «Чего-о-о-о?!»

— Серьезно устроился на работу? — спрашиваю не у Андрея, у бабули.

— Серьезно! — кивает она. — Внучок, я тобой так горжусь, так горжусь, ты просто не представляешь!

А тот цветет от похвалы прямо как цветочная грядка весной.

— Меня не было всего пару дней, а у вас тут уже такие серьезные изменения…

— А то! — улыбается Андрей. — Ну бывай, Золотун! Мне пора… Бабуля, завтра загляну!

С этими словами он уходит.

— Вот это да! — обращаюсь к Марии Ивановне. — Я очень рада, что у него жизнь налаживается.

— Эх, Андрей за ум взялся, а ты уехала. Как же я мечтала, чтобы у этого обалдуя с тобой что-то сладилось… Если б его да в твои руки, тогда и на тот свет не жалко…

— Ого! Ну простите, это вряд ли случилось бы, даже если б я осталась…

— Понимаю, он птица не твоего полета, но ведь старушке можно и помечтать… А что ты принесла?

— Еду! Хорошую, вкусную еду, сейчас вам сварю обед…

— Спасибо тебе, солнышко! Я вон скоро уже нормально ходить начну, тоже что-нибудь приготовлю и позову тебя в гости… Как там твой маркетолог? Не обижает? А то смотри, я тебе всегда рада, если чего, возвращайся… Эх, Златочка, одиноко тут без тебя…

Через две недели после примирения:

Суббота, 27 октября 2018 года

11:00

Артём

Это лучшее время моей жизни… Наконец-то не нужно никуда бежать, беспокоиться, что-то делать. Я даже умудрился отлично выспаться, несмотря на то что мы со Златкой занимались любовью почти до четырех утра.

Потягиваюсь, пытаюсь нащупать девичью попку, но ее нет.

Зато из приоткрытой двери тянется кофейный аромат. Через пару секунд в спальне появляется Златка с подносом, и чего на этом подносе только нет: блинчики, омлет (нормальный, без скорлупок!), пара сырников, апельсиновый сок и, конечно, чашка кофе.

Это не первый раз, когда Златовласка приносит мне завтрак в постель, но мне всё равно до жути приятно. Ни одна девчонка ничего подобного для меня не делала. А Злата мало того, что приготовила гору всего, но даже постаралась украсить поднос цветами.

— Приятного аппетита! — желает она и собирается уходить.

Я хватаю ее за руку.

— Посиди со мной, давай поедим вместе!

— Хорошо, — кивает она.

— Хорошо… и?..

— Хорошо, любимый! — тут же исправляется Злата.

Мне интересно, она хоть раз скажет «люблю» без того, чтобы я ее об этом попросил или напомнил? Очень хочу услышать от нее эти слова просто так…

Да, мне с ней обалденно. Никогда не жил с девушками, но если бы знал, что это может быть так чудесно, давно бы начал. Хотя тогда, наверное, не был бы со Златкой, так что хорошо, что получилось так, как получилось.

Но все-таки я чувствую между нами какой-то напряг, недосказанность, хотя не один день потратил на то, чтобы выразить свои чувства, показать, как она мне дорога.  Иногда кажется, что однажды она посмеется мне в лицо и скажет: «Как тебя вообще можно любить? Ты мне даром не нужен!»

Понимаю, попахивает паранойей, но ничего с собой поделать не могу. Единственное временно действующее лекарство — это ее признания, которые я всё продолжаю выпрашивать.

Через три недели после примирения:

Среда, 31 октября 2018 года

11:30

Злата

— Злата Авзураговна, да тут пробка на полчаса… — заявляет мой водитель.

— Нет, мы никак не можем задержаться еще на полчаса!

Мой забывчивый Энгрин умудрился оставить дома сумку с документами и ноутбук. Попросил меня всё это ему привезти, потому что после обеда у него встреча с клиентами, а до того нужно еще в тех самых документах разобраться. Видите ли, вчера вечером сделать этого не мог, поскольку ужин и я в новом кружевном белье привлекали его гораздо сильнее, чем какие-то документы. Его слова, не мои, хотя мне тоже было приятно.

— Николай, а мы никак не можем объехать? Надо бы поспешить!

— Как тут объедешь, — разводит руками водитель. — Разве что по воздуху!

Оглядываю улицу, и правда… Нас со всех сторон подпирают другие машины. Все гудят, шумят, злятся. Но до офисного здания, где находится «Энгрин-маркетинг», совсем ничего, можно пройти пару кварталов, и я на месте. Только вот на машине действительно разве что пролететь.

— Николай, я пешком!

— Стойте, Злата Авзураговна! Не велено!

Ох уж мне это «не велено»! Ладно, думаю в данном конкретном случае Артём не будет ругаться, ведь стараюсь для него.

— Всю ответственность беру на себя! Когда подъедете к офису, ждите меня на парковке.

И не слушая возражений водителя выпрыгиваю из машины.

Пешком и правда совсем недалеко, крепко держу сумку, поворачиваю в сторону офиса. Когда остается пройти всего метров пятьдесят, краем глаза замечаю кавказца, как две капли похожего на… моего дядю! Видела всего пару секунд, но готова поклясться, это был Улдан Габарашвили! Такая же бородка, тот же рост, даже шапка, кажется, у него такая же была.

«Может, просто похожий?» — тщетно пытаюсь себя успокоить. У меня всё внутри дрожит, ноги делаются ватными. Хочу бежать и не могу, еле передвигаю конечностями. Кое-как добредаю до нужного здания, захожу внутрь. Вроде бы я здесь в безопасности, но лучше себя при этом не чувствую. Бреду к лифту, потом в кабинет Артёма. По пути ничего не замечаю.