Стрекоза и Муравей - Светлана Становая

Лиля

Такого не ожидал никто! Даже Соня, страдающая жертва интернета, с самого утра сидевшая с кислым лицом и нервно поглядывающая на свой телефон. Она вздрагивала от каждого сообщения, торопливо листала по экрану и разочарованно откладывала телефон в сторону — не он. Лиля не понимала, как можно всерьёз влюбиться в виртуального мужчину, но ведь в жизни чего только не бывает. У мамы была подруга из другого города, с которой они познакомились в поезде. Сутки в дороге женщины провели в разговорах, обменялись адресами и теперь регулярно навещали друг друга.

Короткое общее собрание Ксения устроила у себя в регистратуре. Зачем? Чтобы все выслушали её стоя, как солдаты на плацу?

— Ксения, скажи, что ты пошутила, — тоскливым голосом попросила Екатерина Васильевна.

— Никаких шуток, — строго ответила та. — Итак, разбирайте направления, кто куда. Кстати, вам, Екатерина Васильевна, повезло, пойдёте работать в расчётный отдел, помощницей. Хорошее место и от дома недалеко.

— Спасибо, порадовала, — удручённо вздохнула Васильевна.

Ксения продолжала перечислять вакансии: Пашу и Женю к программистам, Тамару Ильиничну к логистам через месяц, Соню в доставку.

— Куда? — возмутилась Соня. — Я что, буду со склада товар на тележке развозить?

— Ты будешь экспедитором, — уточнила Ксения. — Лиля, тебя в филиал в Заречный, кладовщиком.

От предложения Лиля потеряла дар речи: из всех мест для неё Ксения выбрала самое плохое. Мало того, что зарплата кладовщика оставляла желать лучшего, склад находился далеко от города.

— Туда ехать больше часа, с двумя пересадками, — сердито сказала Лиля. — Назад в город только один рейс, и то если повезёт. Машины у меня нет, не успею на автобус — обратно хоть пешком иди.

— Тебе не придётся каждый день кататься, у тебя неполный рабочий день, — успокоила Ксения.

— То есть оклад тоже неполный? — зло уточнила Лиля.

— Да, сорок процентов. Ты, разумеется, можешь отказаться — тебя же не увольняют, просто меняют занятость. Сходи в кадры, кажется, у нас есть одна свободная вакансия грузчика, кстати, на том же складе.

— Ты издеваешься? — Лиля сделала шаг вперёд, Соня предусмотрительно схватила её за локоть.

— Лукошкина, попрошу без истерик, свой темперамент будешь в Заречном маргиналам показывать. Не нравится — никто тебя не держит.

Ксеня достала из ящика стола подарочную белую с сердечками кружку, банку с растворимым кофе и пошла к чайнику — в связи с новыми ограничениями теперь его прятали на подоконнике за жалюзи.

Неторопливо насыпала себе кофе, добавила сахар.

— Я не поеду в Заречный! Раз я больше не нужна компании, пусть меня уволят или сократят!

Ксения довольно улыбнулась:

— С чего бы вдруг? У нас нет сокращения штатов, и увольнять тебя никто не собирается. У нас — оптимизация, слышала такое слово? Когда объединяют рабочие места или, как в нашем отделе, ставят людей на те должности, которые более всего подходят им по образованию и опыту.

Теперь вспыхнула всегда спокойная Екатерина Васильевна:

— Ты хочешь сказать, моего опыта хватает только часы рассчитывать и в очереди в налоговой стоять? Между прочим, сама куда переводишься?

— Никуда, — Ксения гордо вскинула голову. — Я остаюсь руководить отделом, теперь здесь будут работать другие люди.

— Чего ты выдумала, Ксюха, вообще с дуба рухнула? Я сейчас к Санычу пойду и расскажу про твою самодеятельность, — разозлился Паша. — Тоже мне, нашлась шишка на ровном месте, всех расформировывает, в Куево-Мукуево переводит. Биодобавками отравилась или в солярии перележала? Кто тебе позволил здесь распоряжаться?