Ночные шорохи - Джудит Макнот

— А ты не собираешься поздороваться с Ноем? С самого началавечера Слоан только об этом и думала, но теперь, когда он стоял в двух шагах,внезапно смутилась до слез. Набравшись храбрости, она еле слышно прошептала:

— Привет.

— Привет, — кивнул он, восхищенно блеснув глазами.

— По-настоящему тебе следовало бы обнять и его тоже, — неотставала Кортни. — Не поверишь, на что он отважился, чтобы устроитьсегодняшний вечер!

— О чем ты? — пробормотала Слоан, делая вид, что не знает,каких трудов стоило Ною и его секретарше организовать прием, но оказывается, ией не все было известно.

— Ной закрыл главный ресторан в одном из своих отелей, —пояснила Кортни, — потому что понадобились столы и стулья, и можешь ставитьпоследний цент на то, что в отеле не осталось ни одного цветка. Видишь тецветочные аранжировки на столах?

Слоан с усилием оторвала взгляд от веселых серых глаз Ноя ивзглянула в сторону столов.

— Да, вижу.

— Так вот, еще утром тот гигантский букет стоял в вестибюле…

— Немедленно замолчи, Кортни!

— Это чистая правда, — поклялась девочка, нимало несмущенная резким тоном брата. — И во всем ресторане не осталось ни салфетки, нивилки, ни официанта. — .

Ной, покачав головой, схватил сестру за талию и шутливозажал ей ладонью рот, отсекая продолжение пламенной тирады.

— Когда я в последний раз приглашал вас танцевать, выотказывались, — обратился он к Слоан. — Есть ли у меня шансы сегодня?

Слоан была так глубоко тронута его заботой о ней, чтобезоглядно поддалась очарованию его бархатистого голоса и нежного взгляда.

— По-моему, да, — прошептала она.

Оказавшись в объятиях Ноя, Слоан впервые за все время ихзнакомства позволила себе пристально посмотреть на него — и затаила дыхание.Элегантный темно-синий костюм идеально сидел на высокой, широкоплечей,мускулистой фигуре, ослепительно белая рубашка подчеркивала бронзовый загар, ана смуглом лице сверкала белозубая улыбка.

— Вы довольны вечеринкой? — спросил он, притягивая ее к себеи начиная двигаться в такт знакомой мелодии «Кто-нибудь, присмотрите за мной».

— Очень, — тихо призналась она, пытаясь не замечать, какприжимаются его ноги к ее ногам, как крепка его рука и как неотразимо действуютна нее его слова. — Не знаю как и благодарить вас.

— Что-нибудь придумаем, — пообещал он, многозначительноглядя на нее из-под полуприкрытых тяжелых век. Слоан отчаянно пыталась найтиостроумный ответ.

— Видимо придется давать вам уроки самообороны. Губы Ноядернулись в полуулыбке:

— Считаете, они мне понадобятся?

— Возможно. Я крепкий орешек. Куда крепче, чем выгляжу!

— Я тоже.

Во рту у Слоан пересохло.

Она была настолько сбита с толку, так ошарашена тем, чтопроисходит с ней, что почти не замечала, как легко скользит вместе с Ноем, какидеально подстраиваются друг к другу их тела. Она твердила себе, что ступила наопасный путь и лучше, пока не поздно, остановиться, но когда рука Нояскользнула по ее спине, она забыла обо всем и припала к мужской груди. Нет, нестоит обольщаться, это всего лишь танец, и Ной, вероятно, не придает емуособенного значения.

Но Слоан ошибалась. Ной прекрасно знал, что делал, и ужеобдумывал следующие шаги, любуясь сверкавшим в свете факелов расплавленнымзолотом волос. Она пахла полевыми цветами, и танцевать с ней — все равно чтотанцевать с облачком.

Едва музыка стихла, Слоан чуть отступила, и Ной смотрел и немог наглядеться на нежный овал лица с изящно очерченным прямым носом и большимиглазами.

— Когда псе закончится, я отвезу Кортни и отца домой ивернусь. Буду ждать на берегу.

— З-зачем? — пробормотала Слоан.

— Там и придумаем причину, — насмешливо сообщил он.

Его «причины» были кристально ясны Слоан. Но сумеет ли онаустоять?

Парис и Пол танцевали вместе, и когда пары сблизились, Полпредложил сестрам обменяться партнерами.

— Ной, — неожиданно проговорила Слоан, — было бы чудесно,если бы после танца с Парис вы пригласили Кортни.

— Кортни? — ошеломленно повторил он, словно сама мысль отаком поступке никогда не приходила ему в голову. Представив сестру в еетяжелых башмаках. Ной внутренне содрогнулся, но послушно кивнул:

— Обязательно!

И, верный своему слову, после танца с Парис отыскал Кортни.Втайне надеясь на отказ, Ной объявил:

— Мисс Мейтленд, хотите потанцевать?

— С тобой? — охнула она.

— Нет, с официантом, — усмехнулся Ной, но Кортни уженагнулась и принялась расшнуровывать ботинки. Перед тем как снять второй,девочка, поколебавшись, спросила:

— Ты это серьезно?

Ной почувствовал угрызения совести. Только сейчас он понял,как сестре хотелось, чтобы ее пригласили.

— Разумеется.

Он и не представлял, что Кортни так прекрасно чувствуетмузыку!

— Где это ты научилась так танцевать? Кортни закрыла глаза.

— У девушек это врожденное. Кстати, ты пытаешься затащитьСлоан в постель.

— Не суй нос куда не просят!

— Сделай мне одолжение, оставь ее в покое, рано или поздноты бросишь ее, как остальных, только в отличие от них Слоан будет страдать, ибольше мы ее не увидим. Никогда. Слоан — прекрасный человек, и мне хотелось быиметь такого друга.

Ной смотрел в поднятое к нему серьезное личико и со стыдомвспоминал о благородстве и щедрости духа Слоан, нашедшей время позаботиться озаброшенной девочке. Каково должно быть сострадание к людям, если посредишумного вечера, под постоянным огнем пристальных взглядов и пересудов онадумала не о себе, а о Кортни!

— Слоан уже твой друг, — уверенно заключил он, закруживсестру.

Весь остаток вечера Ной то и дело поглядывал на часы. Минутытянулись бесконечно долго. Он старался держаться неподалеку от Слоан и всяческивовлекать ее в беседы с приятелями, но казалось, все мужчины сегодня хотелитанцевать только с ней. Правда, Ной еще пару раз пригласил Кортни.