На языке любви (СИ) - Таша Сосновская

— Если хочешь, почему бы и нет! — Отзывается Николас.

— Тогда думаю я готова подарить имениннику первый танец! — Улыбаюсь в ответ.

Мы добираемся до центра комнаты, когда по помещению растекаются звуки венского вальса. Николас останавливается по середине и склонив голову приглашает меня на танец. Смотрю только на него, понимая, что мы стали объектом всеобщего внимания. Но я должна показать себя достойной этого мужчины и не ударить в грязь лицом.

Поэтому реверанс и вот я уже в его руках. Его движения плавные и уверенные, а я полностью подчиняюсь ему. Мы кружимся по комнате и отдаемся музыке, чувствуя лишь наши тела и волны инструментов. Мы наслаждаемся этим моментом соединения душ под не стареющие мотивы. Танец тел, душ и сердец. Он и я. Шаги, повороты. Рука в руке. Глаза в глаза.

— Люблю тебя! — Шепчет задыхаясь от переполняющих его чувств, Николас, когда музыка стихает.

— Люблю тебя! — Вторю ему находясь в прострации.

Тишина. Звенящая тишина оглушает нас. Мы стоим посредине комнаты держась за руки и молчим. Вместе с нами молчат сотня гостей этого праздника. Легкий хлопок пронзил воздух и к нему присоединились две сотни ладоней. Шквал аплодисментов взорвал зал. Нас начали озарять вспышки камер, послышались вопросы с разных сторон.

Николас обнял меня за талию, шепнув просто улыбаться и повел в сторону небольшого столика, на котором располагались несколько тарелок с закусками на шпажках. Окинув взглядом еду, поняла, что не смогу запихать ее в себя. От всего что теперь творилось вокруг нас, голова шла кругом, а в горле образовался ком. Сказать что мне было не комфортно, это приукрасить мое состояние. Я чувствовала себя куклой Наследника Тутси. Меня словно оценивали, подхожу я на роль жены богатого мужчины или все еще не дотягиваю. В некоторых глазах я успела прочесть удивление, а в некоторых ненависть.

Одни из этих глаз жгли так, что мне казалось у меня волосы горят. Я напряглась. Какое то нехорошее предчувствие пронеслось холодком по коже. Николас же все это время любезно говорил с подходившими к нему людьми и представлял меня им на Греческом. Я улыбалась и кивала, стараясь не смотреть на того, кто заставлял нервничать. Мимо меня пролетел парень с подносом и притормозив его я схватила бокал с шампанским. Помня о пристальном внимании к моей персоне, сделала легкий глоток, лишь для того, чтоб смочить горло.

— Милый, откуда ты выкопал это убожество? — пропела женщина с обжигающими глазами, почему то на английском языке.

Внутри меня начала разрастаться ярость, но я должна держать лицо. Вот только это чертовски трудно, когда вроде говорят о тебе, а смотрят не на тебя, так, словно тебе здесь и нет. Да еще и льнет при этом к Николасу, откровенно флиртуя и не скрывая своего отношения к моему мужчине.

— Аминта, не стоит… — Не стирая дежурной улыбки, начал Грек.

— Да ладно, любимый. Думаю, эта серая мышь, даже языков не знает. Какой у них там ходовой лексикон в России?! — Продолжила она поливать меня грязью.

Ну все! Это край! Сейчас я так уделаю эту гадину, что рта закрыть не сможет, все звуки в глотке застрянут. Думает я безропотная лань? Ну куда там! Да я в таких словесных дуэлях ас! Уделывала собеседников в два счета! Как то так! А ты поживи с остряком братцем, юмористом отцом и такими же друзьями. Да там один Куликов чего стоит. В общем поднаторела я в этом и не хило.

— Ой, дорогая! — Изобразив на своем лице самую лучезарную улыбку, я привлекла внимание и проворковала на английском. — В наших краях весьма красноречивы жители. Порой для описания отношения к собеседнику используют невероятные эпитеты, и боюсь, мое к вам отношение, даже они слабо характеризуют. Что уж говорить о благородных языках, если у варваров нет слов! А теперь простите, мне не до сук!

Незнакомка побагровела и поменялась в лице. В глазах сверкнул не нормальный блеск, я бы сказала, истеричный. Она превратилась в злобную мегеру, еще немного и она разнесет ресторан по щепкам, а в придачу укокошит меня и Николаса.

— Николас! — Завизжала стерва явно правильно поняв мой намек. — Твоя девка оскорбила меня!

Опять ищет защиты от равнодушного и по прежнему улыбающегося, сквозь зубы, Грека. Ну нет, дорогуша! Думаешь он спасет тебя? Может быть, хотя я сильно сомневаюсь в этом. Да и скандалы ему ни к чему. Потому я борясь с собой, так же тяну губы в подобии улыбки.

— Прости, дорогая, но похоже, ты просто не знаешь нашего языка и не совсем правильно истолковала мое высказывание! До сук — это свободное время, что мы проводим за любимым делом, либо в приятной компании. Вы же отнимаете его у меня, поскольку даже не удосужились представиться! Да и ваша компания не особо и прельщает! — Все продолжила издеваться я.

— Ах, ты ж, сука! — Завизжала женщина и прежде чем я опомнилась, мой же бокал окропил мое платье.

Она стояла с победной улыбкой и широко раздувающимися ноздрями. Я опустила глаза на стекающие капли по шее и сжала кулаки. Знала же, что это мероприятие ничем хорошим не закончится.

— Что ты творишь, прекрати устраивать балаган! — Зарычал Николас и схватив женщину за локоть, потащил в противоположном от нас направлении.

И опять сотни глаз и щелчки камер. А у меня так паршиво на душе, что хочется спрятаться под одеялом, свернуться калачиком и реветь. Впервые за мою жизнь меня так унизили. Практически смешали с грязью. И думаю это не просто завистница или недруг. Это бывшая невеста Николаса. И он это знал. Знал и молчал. Стоял и слушал все ее оскорбления в мой адрес. Почему? Боялся скандала? Но он должен был защитить меня. Зачем он вообще ее пригласил, если знал на что она способна.