Скандальное предложение - Тина Габриэлл

— Джобберы и брокеры должны платить в день платежа. Причины, по которым их инвесторы не заплатили, не имеют значения, даже если они — банкроты, — прошептал на ухо Виктории Блейк. — Поэтому они так неодобрительно смотрят на человека, который не выполняет свои обязательства.

Под пристальным вниманием присутствующих мужчина неуклюже спустился по ступенькам и приколол желтую бумажку к пробковой доске у трибуны.

Виктория подозревала, что на желтой бумажке было написано: мистер Карлтон — банкрот, которому теперь отказано в членстве на бирже.

Спустя мгновение толпа вернулась к своим делам, вновь стало шумно, словно ничего и не произошло.

Блейк с Викторией двинулись дальше, продолжая наблюдать за работой биржи.

Постороннему человеку работа брокеров и джобберов могла показаться бессистемной, неэффективной и даже бездумной. Но Виктории она казалась искусным, едва ли не грациозным танцем с хорошо поставленной хореографией. Блейк наклонился к ее уху и громко, чтобы перекрыть шум, проговорил:

— Джобберы работают с определенными рынками. В торговом зале каждому рынку отведено определенное место. Смотри, сможешь ли ты определить их, когда мы будем проходить мимо.

«Ну конечно, — подумала Виктория. — Это очень эффективно, что джобберы торгуют определенными акциями и имеют свои места в торговом зале. Брокерам не надо тратить время, отвлекая вопросами не тех людей».

Она внимательно прислушивалась и была уверена, что слышит, как джобберы покупают и продают различные типы товара.

Они прошли мимо тех, кто специализируется на торговых компаниях Вест-Индии и торгуется за цены акций, основанные на последних ценах на сахар, ром и кофе. Дальше шли те, кто торговал пенькой, древесиной и жиром из России и Балтийских стран. Напротив работали джобберы, специализирующиеся на Ост-Индской компании и ее конкурентах и тех, кто привозит товары из Америки.

Виктория с волнением следила за происходящим в торговом зале.

— Кажется, здесь царит такой же беспорядок, как в городской таверне в субботний вечер, но ведь за всем этим стоит четкая система, да?

Блейк улыбнулся белоснежной улыбкой, и у Виктории подпрыгнуло сердце.

— Здесь все спланировано так же хорошо, как на поле битвы у опытного генерала, и функционирует исправнее, чем Англия под руководством регента, — ответил Блейк.

— Сравнение работы биржи со способностями регента — не очень лестный ему комплимент.

— Я лишь хотел сказать, что биржа работает эффективно и спокойно, — нахмурился Блейк, услышав ее замечание.

Виктория кивнула, на ее губах промелькнула улыбка. Она знала, что Блейк не питает любви к принцу-регенту.

Прямо наперерез Виктории шел мужчина с большой стопкой бумаг. Виктория отшатнулась, чтобы избежать столкновения с ним. Джоббер рядом с ней оказался не столь наблюдательным и столкнулся с рассеянным мужчиной. Бумаги разлетелись по воздуху как новогоднее конфетти.

Мужчина взвизгнул и упал на колени, пытаясь собрать разлетевшиеся бумаги.

Видимо, это простой клерк, решила Виктория, единственная его обязанность — весь день записывать перечисления денежных средств.

Никто не обращал на ползавшего по полу клерка ни малейшего внимания. Все занимались своими делами и спокойно наступали на бумаги, проходя мимо.

— О Боже, — прошептала Виктория, — неужели ему никто не поможет?

— Боюсь, что людям, которые работают здесь, нет никакого дела до неловкого клерка. Они слишком заняты, зарабатывая деньги, чтобы помогать друг другу.

— Какая глупость!

Виктория наклонилась, чтобы помочь клерку, и запаниковала, когда группа людей, проходивших мимо, едва не наступила на нее.

Блейк потянул ее сзади за жилет и поставил на ноги.

— Осторожно, — предупредил он. — Есть такая старая поговорка: не попадайся на пути дельца и его денег. Люди здесь могут быть беспощадными.

Виктория сразу же подумала об отце и Джейкобе Хоббсе. Каждый из них скорее наступит на руку клерку, чем поможет ему. Мысль о том, чтобы помочь кому-то менее удачливому, никогда не придет в их поглощенные собственными мыслями головы.

— Продолжим? — заглянул ей в лицо Блейк.

Виктория даже не заметила, что остановилась, поджав губы, когда вспомнила об отце и Хоббсе.

— Конечно. — Виктория заставила себя улыбнуться, решив, что не позволит печальным мыслям испортить радостное настроение.

Когда они обошли весь зал, и она увидела все, что мечтала увидеть, Блейк проводил ее назад в холл.

У Виктории появилось ощущение потери, она понимала, что больше никогда не увидит того, что здесь происходит. При этом ее переполняла благодарность к Блейку за то, что он позволил ей это увидеть.

Она соблюдала дистанцию, пока не села напротив него в его экипаж с гербом. Подождав, пока кучер закроет дверцу, и они останутся отгороженными от всего мира, Виктория наклонилась к Блейку и положила руку ему на колено.

— Спасибо тебе за сегодняшний день. Ты воплотил в жизнь мою самую яркую фантазию.

— То же самое сделала ты для меня прошлой ночью, — пробормотал Блейк и снял с ее головы шляпу.

Черные волосы, освободившись от пут, упали на плечи и заструились по спине. Под тугой шляпой у Виктории начала ныть голова, и она была рада избавиться от нее. Тряхнув головой, она пробежала пальцами по беспорядочно рассыпавшимся локонам.

Синие глаза Блейка потемнели, и Виктория опять узнала огонь желания, который зажегся в их глубине.

— Ты хоть представляешь, какая ты соблазнительная в бриджах? — послышался хриплый голос Блейка.

Подобный вопрос должен был шокировать ее, как шокировал бы любую приличную английскую леди, но она больше не была одной из них. Теплая волна омыла ее грудь и живот.

— Я видел контур твоих стройных ног, а когда ты наклонилась, чтобы помочь этому неуклюжему клерку… Мне пришлось сдерживать себя, чтобы не прикоснуться к тебе.

— Если моя внешность вызвала такую реакцию, — зарделась Виктория, — тогда и другие, возможно, поняли что я женщина.

— Нет. Человек видит только то, что ожидает увидеть, и никому бы в голову не пришло, что среди них находится женщина. Только я знал правду. И то, что ты рядом, а дотронуться до тебя нельзя, показалось мне настоящей пыткой. Я решил, что больше ждать не стану.

В мгновение ока он поднял Викторию и посадил к себе на колени.

«Прямо как в прошлый раз, — подумала она. — Только теперь я знаю, какое удовольствие можно получить в его объятиях, и он заставляет меня дрожать от предвкушения».

Их губы встретились и слились в страстном поцелуе, языки жадно исследовали влажные глубины ртов, пока руки сквозь одежду исследовали тела друг друга.