Превратности судьбы - Аманда Квик

Ослепительное сияние вспыхнуло снова, накрывая Оуэна новой волной энергии, парализующей его ощущения. А в следующий миг ужасающий свет мигнул — и погас, как гаснет газовый рожок, когда его прикрутят.

— Проклятая штуковина сломалась, — с удивлением пробормотал охотник. — Но я тебе сказал — обойдусь без нее.

— Нет, не сломалась. Просто у тебя не осталось сил, чтобы ее фокусировать.

— Ублюдок! Я покажу тебе, кто из нас слабак!

Охотник отшвырнул зеркало, и оно звякнуло о камни мостовой. Оуэн смутно отметил, что не услышал звона бьющегося стекла, но на обдумывание сего факта времени не было.

Охотник бросился к Оуэну, и лунный свет блеснул на лезвии его ножа. Но он двигался уже не так быстро, как вначале — слишком много растратил энергия, держа и подчинении паранормальное оружие. Однако он все еще был очень быстр. И по-прежнему был в ярости.

И все же власть зеркала закончилась, и Оуэн теперь мог свободно дышать. Он резким движением выдернул свой нож из ножен. В тот же миг охотник потянулся к нему, намереваясь выполнить удушающий захват, чтобы обездвижить его, а затем перерезать горло. Но Оуэн перекатился на бок, увернувшись от руки охотника. В то же мгновение его нож взлетел вверх, и он почувствовал, как лезвие входит в живую плоть.

Глухо вскрикнув, охотник с поразительным проворством отскочил назад. Действуя столь же быстро, он освободился от ножа Оуэна, и из груди его тотчас хлынула кровь. Поначалу он, похоже, не сознавал, что произошло. Он в изумлении смотрел, как кровь фонтаном хлестала из раны. Затем, наконец, поднял голову и пробормотал:

— Нет, не может быть. Ведь ты же не охотник…

— Не стоило называть ее шлюхой, — с обманчивой мягкостью сказал Оуэн. — Мы, Суитуотеры, никому не позволяем оскорблять наших женщин.

Парализованный ужасом охотник молча таращился на Оуэна. А затем рухнул на мостовую.

Набрав в легкие побольше воздуха, Оуэн собрал остатки сил, чтобы кое-как встать на ноги. Еще одно отчаянное усилие, и он, шатаясь, преодолел расстояние, отделявшее его от тела охотника. Еще до того как он проверил у него пульс, ему стало ясно, что враг мертв. Тем не менее, он опустился на корточки и сомкнул пальцы на горле охотника. Суитуотеры всегда выполняли свою работу до конца.

Тут он вдруг услышал, что в переулке кто-то появился, и попытался сосредоточиться. «Еще один охотник?» — промелькнуло у него.

— Дядя Оуэн, что с вами? — Мэтт остановился возле мертвого тела. — Что произошло?

Оуэн нахмурился и проворчал:

— Вы что, оставили Вирджинию одну?

— Нет-нет, сэр. Конечно, нет. С ней Тони. Она не могла за нами угнаться, поэтому они выслали меня вперед. Скоро они оба будут здесь.

— Какого черта?! Почему вы позволили ей выйти из дома?

— Не могли ее удержать, сэр. Она сказала, что вам грозит страшная опасность. Сказала, что мы должны вас найти. Настаивала, что пойдет с нами. — Парень взглянул на труп: — Кто это?

— Охотник. Некто, назвавшийся Ньютоном, поручил ему убить меня.

— Проклятие! — Мэтт с беспокойством посмотрел на дядю: — Вы целы?

Оуэн не ответил. Он понимал, что сейчас лишится сознания, а ему просто необходимо было продержаться подольше.

— Обязательно забери у него оружие, — приказал он.

— Какое оружие?

— Не знаю, что это. Толком не рассмотрел. Он называл Зеркалом Живой Силы. Я слышал, как оно упало на мостовую.

Оуэн повернул голову, чтобы осмотреть темную улицу и движение стоило ему потери равновесия. Мозг тотчас волокло густой пеленой серого тумана, и он рухнул бы на колени, если бы Мэтт не успел подхватить его.

С помощью племянника Оуэн сумел дойти до лежащего на мостовой предмета. Оружие по форме напоминало дамское ручное зеркало — такие часто можно увидеть на туалетном столике. Оно лежало на камнях, зеркальной стороной вниз. Оуэн хотел наклониться, чтобы его поднять, но тут вдруг заметил лежавший поблизости мешочек черного бархата.

— Подай мне мешочек, — велел он.

Мэтт поднял мешочек и подал ему. Опустившись на корточки, Оуэн осторожно поднял зеркало. И ему показалось, что он уловил слабое дрожание энергии, когда пальцы его сомкнулись на ручке. Но он не был в этом уверен — туман по-прежнему держал мозг в плену, а его сверхчувственные возможности не откликались. Из предосторожности не переворачивая зеркало, он сунул его в бархатный мешочек и затянул кожаный ремешок на горловине. Затем попытался встать на ноги, но голова снова пошла кругом. Тут в переулке послышались шаги, и Оуэн осторожно повернул голову. Он боялся, что унизит себя, если сейчас упадет от слабости, свалится в глубоком обмороке. Все расплывалось перед глазами, но он все же сумел разглядеть, что к нему бегут двое. То естьВирджиния бежала, а он просто шел размашистым шагом.

— Оуэн! — Она бросилась к нему. — Вы целы?

— Да, — ответил он машинально. И тут же добавил: — Если честно, то не совсем.

— Но что с вами?

— Не стоит волноваться. — Он сунул бархатный мешочек ей в ладонь. — Вот, возьмите. Это зеркало. В некотором роде оружие. Природа его силы сродни вашему таланту. Возможно, вам проще держать его под контролем, чем любому из нас. Оно ослепило мои сверхчувства. Не исключено, что навсегда.

— Нет! — воскликнула Вирджиния. — Они вернутся!

Оуэн даже сумел улыбнуться. Какая страстная убежденность прозвучала в ее голосе! Он протянул руки, чтобы привлечь девушку к себе, но вокруг него сомкнулась черная ночь.

Откуда-то из темноты доносился до него голос Вирджинии. Она звала его по имени и говорила с ним, пытаясь успокоить, ободрить.

— Я вас не отпущу, Оуэн Суитуотер. Вы меня слышите? Вам нельзя уходить. Я не позволю вам уйти. Держитесь за меня!

Тут он почувствовал, как ее рука сжала его руку. Но голос ее звучал все слабее, и, в конце концов, Оуэна окончательно поглотила тьма.