Босс, я не нарочно! или Я убью тебя, Ломова! - Мария Геррер

– Я тебя понимаю. Но рано или поздно все утрясется.

– Мечтаю только об одном, чтобы она оставила мне Пашку. Пусть живет, как хочет и с кем хочет, только подальше от нас.

– Сложный тебя ждет развод, – посочувствовала я. – У Олеси богатый опыт по интригам и раздуванию скандала на ровном месте. На себе испытала.

– Уж что-что, а разводить она умеет, – кивнул Герман. – Но хватит о ней. Сегодня ты рядом и я счастлив. Ты научила меня радоваться малому.

Он коснулся кольца, висевшего на цепочке.

– Я научила? – перехватила его руку и поцеловала ее.

– Да, именно. Благодаря тебе понял, что жизнь состоит из мелочей. Приятных и не очень. Радость от общения с ребенком, от поездки в лес, от найденного гриба или пойманной рыбы. Надо уметь видеть хорошее во всем, тогда будешь счастлив. Я постоянно вспоминаю, как ты пела и танцевала в коридоре. Столько в тебе было задора!

– Мы тогда с девчонками в клуб собирались.

– Пошли?

– Ну да… – я вспомнила, как бежала из офиса и рассмеялась. – Они жутко удивились, почему я деньги в лифчик и за резинку чулка засунула. А я сказала, что положить было некуда.

Герман рассмеялся:

– Ты на редкость находчивая!

– А что мне было делать? Признаться, что я перед новым боссом на пилоне танцевала? Или что ты меня за девочку по вызову принял?

– Да, забавно получилось, – он повалил меня на постель. – Кстати, я все еще жду, когда ты снова исполнишь для меня приватный танец.

– Легко, – я освободилась из его объятий и вскочила с постели. – Смотреть можно, трогать нельзя.

– Правила помню, – снова расхохотался Герман.

Мы дурачились до поздней ночи. Но пришло время возвращаться домой.

– Обещаю, тебе не придется ждать слишком долго, – Герман коснулся тыльной стороной ладони моей щеки.

Уходить не хотелось, но надо. Я высвободилась из его объятий:

– Я умею быть терпеливой.

Вынула из вазы цветы, послала ему воздушный поцелуй и вышла из комнаты.

Темное небо низко нависло над ночным городом, грозя в любой миг пролиться холодным дождем.

Такси быстро домчало меня до дома. До подъезда я бежала под косыми струями, низвергающимися с небес.

– Хорошо провела время? – мама не спала, ждала меня.

– Отлично, – поставила цветы в вазу. – Ты что, волнуешься за меня?

– Конечно. Я же мать. Как мне не волноваться? Надеюсь, на этот раз ты сделаешь правильный выбор.

– Я его уже сделала. Только придется некоторое время ждать. Возможно, долго.

– Это не самое страшное, – мама поправила цветы.

Я обняла ее. Как замечательно, когда мама тебя понимает!

На работе наступило затишье. То ли перед бурей, то ли просто все вошло в нормальное русло.

Кадровичка ушла на пенсию. Тихо, без фанфар и торжественных проводов. Исчезла как-то незаметно, словно ее и не было в нашем офисе. Сплетни и слухи обо мне сошли на нет. Или просто не доходили до меня. Интриги прекратились. Даже как-то скучно стало. Я могла вздохнуть спокойно. Меня, наконец, оставили в покое.

Через два дня Олеся вернулась из Москвы и снова пошла в атаку на мужа. Герман не рассказывал подробностей, но я поняла – быстро развод не завершится.

В конце недели он позвонил мне совсем поздно вечером.

– Только сегодня узнал, что мистер Гаррис скончался два дня назад. Узнал от Олеси. Она в ярости. Уже поняла, что больше от него не получит ни копейки. Семья покойного не собирается спонсировать его побочных детей. Наследства нет, алиментов тоже.

– Теперь она возьмется за тебя, – вздохнула я.

– Ничего, я калач тертый. Главное, чтобы это на Пашке не отразилось. Я сегодня поговорю с ее родителями. Может, хоть они смогут повлиять на дочь. Надо же выходить из тупиковой ситуации.

Я бы на это сильно не рассчитывала. Но попытка не пытка.

Однако то, что произошло позже, ввело меня в ступор. В воскресенье утром мне позвонил Герман и попросил поехать с ним. Он заедет через полчаса. Это важно.

– Куда? – задала я праздный вопрос.

Если честно, мне было все равно, куда ехать с ним. Хоть на край света.

– По дороге расскажу, – коротко ответил он.

– Мама, можно я с тобой? – Поля уже надула губы и была готова пустить слезу, если я откажусь.

– Я скоро вернусь, милая. Тогда мы с тобой пойдем, куда ты захочешь, – пообещала я, торопливо одеваясь.

– Куда захочу? – задумалась Поля. – Это хорошо!

Пожалуй, зря я ей так сказала. Но было поздно.

Поля решила, что нам надо пойти для начала в кино. Она давно хотела посмотреть новый фильм-сказку про принцессу и дракона. Потом мы поедим пирожных в детском кафе, после чего посетим магазин с игрушками. Поле очень нужен плюшевый кот. Медведь Федя скучает в одиночестве. Он давно не виделся с Пашиным крокодилом. Куклы в качестве друзей ему не подходят – они не из его леса. И напоследок, если я еще смогу передвигать ноги, зайдем в парк покормить белок.

– Давай и Пашу с его папой позовем с нами, – предложила Поля. – Мы с ними давно не гуляли.

– Паша сейчас занят, – как объяснить ребенку, что мама не дает Паше общаться с Германом?

– Жалко, – вздохнула Поля. – Но мы же с ними еще съездим в лес, правда?

– Я тоже на это надеюсь, – только не знаю, когда.

Зазвонил домофон и я спустилась вниз.

– Куда ты меня повезешь? – поинтересовалась у Германа, усевшись на переднее сиденье и пристегнув ремень безопасности.

– Только не ругайся, пожалуйста.

– Не буду, – согласилась я, не подумав о последствиях.

– Мы едем к Олесиным родителям.

Сначала я просто остолбенела от неожиданности. Потом едва не заорала дурным голосом, но в последний момент смогла взять себя в руки.

– Ты с ума сошел? – зловеще поинтересовалась у Германа.

– Нет. Я вчера