Будешь моей - Дина Данич

- Ладно, - наконец выдыхает он. - Мы уезжаем.

В холле нам никто не встречается. Я могу только догадываться, насколько сложным оказался разговор с отцом. Поэтому стараюсь не нагнетать, наоборот. Но до самого дома Карим задумчив и напряжен. Он не жалуется, не ругается и не говорит ничего. Но я чувствую, что ему непросто. И мне очень хочется помочь ему и поддержать в этот сложный момент.

- Прости, что все так вышло, - наконец, говорит он, когда заходим в лифт. - Я надеялся, что…

- Все нормально. Правда. У тебя чудесная мама.

- Да? Она пыталась давить на тебя?

- Нет, наоборот. Она очень любит тебя и волнуется. Как и любая мать.

Мехдиев молча прижимает меня к себе и целует в макушку.

- Спасибо, что ты рядом, -  шепчет тихо. А я обнимаю его, давая молчаливую поддержку.

Очевидно, что его семья вряд ли примет меня так легко. Но ведь мы вместе справимся со всем?

Стоит нам переступить порог квартиры, как я оказываюсь прижатой лицом к стене, а Мехдиев жадно шарит руками по моему телу.

- С ума схожу, как хочу в тебя, ромашка, - надсадно хрипит он. И я понимаю, что сейчас это не только физическая потребность. Прогибаюсь, давая возможность задрать платье до талии, расставляю ноги шире, чтобы уже через пару мгновений ощутить в себе его пальцы.

- Мокрая, - довольно урчит Карим. - Хочешь? Хочешь ведь?

- Очень, - признаюсь. - Давай, сделай уже это.

- Всегда к твоим услугам, родная, - хрипит он, а затем входит единым движением, от чего из моего горла вырывается крик.

Карим замирает, беря паузу и давая нам обоим привыкнуть, распробовать момент единения.

- Как же ты мне нужна… Моя… моя женщина… - боец каждое слово сопровождает размашистым толчком, покоряя мое тело, которое и так принадлежит лишь ему.

- Боже, да… - стону, подстраиваясь под бешеный ритм. - Еще…

Кажется, в этот миг мы не просто мужчина и женщина. Мы - единое целое. И нас нельзя разделить, нельзя разорвать на части. Мы можем существовать только вместе.

Вот так. Кожа к коже. С одним дыханием на двоих. С одним сердцем на двоих.

Когда чувствуешь другого, как себя. Когда его движение находят отклик в тебе не только на физическом уровне, но и внутри, в душе.

Мне хочется стать еще ближе, хочется растворится в нем, забраться под кожу и остаться там навсегда. Чтобы никто и ничто не смогло нас разделить.

- Красивая моя… любимая моя…

Его голос - отдельный вид удовольствия. Я, словно наркоман, хочу снова и снова слышать, как он зовет меня своей, как присваивает и помечает собой. Оставляет свой запах, свои поцелуи.

Мы оба слишком на взводе, чтобы наша страсть продлилась долго. И оба сдаемся слишком быстро. Потому что эмоции на грани, потому что оба словно оголенные провода.

- Люблю тебя, - устало выдыхаю, когда практически сползаю на пол, а сильные руки вовремя подхватывают и прижимают к горячему телу.

- Взаимно, родная. Это взаимно.

- Куда? - вяло спрашиваю, поняв, что мы уже куда-то идем.

- В ванную, конечно. Ты же не думаешь, что мне этого достаточно?

У меня нет сил улыбаться или отвечать, но я совершенно не против продолжить.

- А после - у меня для тебя будет кое-что особенное, - подмигивая, добавляет Карим, пытаясь сыграть на моем любопытстве. И, черт возьми, ему удается!

- 28 Карим -

Меня отпускает только спустя пару часов. Диана - мое личное наваждение. Она мой анестетик. Только ей удалось одной лишь улыбкой погасить ту клокочущую ярость, которая была во мне после разговора с отцом.

- Ты совершаешь ошибку! - заявил он, едва мы закрылись в кабинете. - Ты опозорил меня перед Саидом!

- Чем? Если бы ты слушал меня, то никакого позора бы не было!

- Ты должен был жениться на его дочери. А теперь что? Думаешь, Дагиев спустит это на тормозах?!

- Готов ради бизнеса торговать детьми, отец?

- Ах ты, щенок! Значит, как пользоваться так пожалуйста, а как пришло время самому сделать что-то на пользу семь, так в кусты?!

- Я всего добился сам, - едва сдерживаясь, ответил ему. Это было правдой. После совершеннолетия я ушел из дома и стал сам отстраивать свою жизнь. Хотел что-то доказать отцу. Да только мои успехи никогда не были для него чем-то стоящим. Потому что я не пошел у него на поводу, не сел в офисе.

- Вот значит как? Ну, раз тебе плевать на семью, не смею больше задерживать! Но учти - теперь ты можешь не рассчитывать на меня. И если понадобится помощь, ко мне не приходи!

Я тогда только усмехнулся. Кто бы сомневался! Мой отец не любил, когда что-то шло не по плану.

- Ничего у тебя есть еще один сын. Есть Амиран. Зачем тебе я, тот, чьи успехи никогда тебя не волновали?

Отец стиснул зубы и посмотрел так, что я понял - общий язык мы не найдем.

- Ты сделал для этого все. Амиран - вот на кого ты должен равняться. Он - настоящий мужчина.

Это было похлеще пощечины. С трудом, но я все же сдержался.

- Пошел вон из моего дома, - потребовал отец. - И если посмеешь еще хоть раз привести свою шлюху в мой дом…

- Заткнись! - рявкнул в ответ. - Я не ударю тебя только потому, что ты мне отец. Но больше… Когда у тебя появятся внуки, не приходи. Ты потерял свой шанс!