Солги мне - Софи Росс

Ну что я могла поделать? Фильм был ужасно скучным.

— Мам, это подарок, — ужасно неловко себя чувствую под ее проникающим в душу взглядом. — Я там кое-какие продукты купила, заполнила тебе холодильник на первое время. А ты можешь приготовить грушевый пирог? Как в детстве.

— Как же ресторан? Вас там ждут, наверное, — улыбается и подмигивает Нику.

— Ну какой ресторан? — отмахиваюсь. — Хочу с тобой побыть. Можно?

— Тогда давайте я что-нибудь посущественнее приготовлю? Варюш, покажешь гостю свои детские фотографии? Они в чулане, в синий коробке. Отыскать только надо.

— С удовольствием посмотрю, — обнимает меня со спины Ник и упирается подбородком в плечо.

Этот ужас пора сворачивать.

— Тебе пора, — выворачиваюсь и шепчу так, чтобы мама не услышала. — Пожалуйста, Ник. Нам с мамой нужно поговорить, обсудить, как все будет дальше…

— Выгоняешь?

— Прости, — отвожу взгляд. — Спасибо тебе большое за все, но дальше мы сами.

— И что это значит? — не сбавляет своего напора он.

— Схожу-ка я на кухню, посмотрю, что ты там купила, Варюш.

Мы остаемся вдвоем в спальне.

Не двигаемся.

Только в глаза друг другу смотрим и дышим глубоко.

Я не знаю, куда себя деть. Все так неловко, что хочется сбежать и спрятаться в чулане.

Ник зарывается в мои волосы ладонью и притягивает для нежного поцелуя. Легко касается губами моих, второй рукой поглаживает поясницу, спускаясь ниже.

Отстраняется.

Чувствую, как по моему лицу скользит его взгляд.

— Продолжаешь бегать от меня?

В первую же секунду киваю машинально.

— Нет, — пытаюсь поправить свое положение, но на губах Ника уже расплылась самодовольная ухмылка.

— И как долго планируешь заниматься этой дурью?

— Я не знаю.

— Хотя бы примерные сроки? Мне не хватает тебя, Вишенка, — подталкивает к стене, ставит руки так, чтобы я сбежать не смогла. — Зачем ты сопротивляешься, малыш? Кому от этого легче?

Молчу, потому что сказать нечего. Совершенно.

— Ты все равно уже моя, Варь. Моя.

— Своя собственная, — раздражаюсь сильнее, потому что Ник опять напролом прет.

Как будто это так просто. Взять и забыть все. Стереть из памяти его слова, сделать шаг навстречу. Мне сложно. Ни на миллиметр не получается сдвинуться вперед.

— Хватит цепляться за прошлое, — легкость пропадает из его голоса. — Мы не сдвинемся в будущее, если ты не прекратишь это делать. А я хочу его представлять с тобой, слышишь? Выберись из своей скорлупы, я же тебе руку протягиваю. Стоит только ухватиться.

Целует меня в уголок губ. Прижимается просто на мгновение и тут же выходит из спальни. Я слышу голос мамы из прихожей, потом хлопок входной двери. Смотрю на шарики со смешными рожицами, и слезы на глазах наворачиваются.

— Варюш? Варь, вы что, поссорились? — мама заходит в комнату. — Зря я его позвала, да? Не надо было.

— Мам…

— Тише, девочка моя. Я не знаю, что он сделал. Но я вижу, что Никита очень старается. Он из кожи вон готов вылезти, лишь бы ты его простила.

— Я так запуталась, мамочка…

— Догони его. Прямо сейчас. Пригласи обратно, пусть он тоже пирог твой любимый попробует, я приготовлю.

Моргаю быстро несколько раз, вытираю слезы. Два шага к окну, увидеть курящего рядом с машиной Ника. Сорваться с места и прямо в тапочках вылететь из подъезда.

Возможно, я ошибаюсь.

Делаю не тот выбор, бросаюсь во все тяжкие, слушая сердце, а не голову.

Может быть, в будущем я буду жалеть об этом решении.

Но прямо сейчас меня очень тянет к нему.

— Ты чего раздетая? Лето кончилось давно, — Ник снимает куртку, накидывает мне на плечи.

— Хочешь…пирог?

— Твой? — вскидывает брови, смеется, когда я осуждающе тычу пальцем ему в живот.

— Нормальный. Грушевый, мама приготовит.

— А если хочу?

— Тогда пойдем обратно. Узнаешь, как я выглядела в школе.

— Я вообще-то рассчитывал на более ранние фотки. Страсть как хочу увидеть тебя в памперсах.

Сердце стучит так, будто я уже сошла с ума.

— Ни за что.

— Ладно, договорюсь с Мариной Анатольевной, — шепчет на ухо и прижимает меня к себе. Чувствует, как я дрожу от холода. — Пошли, сосулька. Но имей в виду, на твой пирожок у меня тоже большие планы.

Глава 35

— Что-то я не очень хорошо себя чувствую…

— Вишенка, меня не проведешь, — усмехается Ник, перекатываясь на кровати так, чтобы поцеловать меня. Он легко прикасается губами к моим, ладонями забирается под одеяло.

Ойкаю, когда его пальцы в щипке сжимают ягодицу. Черт, не получилось.

— Давай все отменим? — сама прижимаюсь к Никите, надеясь, что мое обнаженное тело благотворно на него повлияет.

Боюсь я. Сегодня вечером в ресторане наши родители познакомятся, и я совершенно не представляю, как пройдет эта встреча. Целую неделю я пыталась морально к ней подготовиться, сумела убедить себя, что все будет хорошо, но вот нагрянул день Х, и у меня внутри от паники желудок заворачивается в узел.

Столько разных «если» в голове, что я уже готова запереться на балконе с голыми ногами и несколькими упаковками фруктового льда. А вдруг поможет? Заболею по-настоящему, и у нас появится веский повод все отменить.

— Чего ты боишься? — Ник продолжает нависать надо мной, нагло пялится на голую грудь.

Хочу прикрыться, но мои запястья как-то вдруг оказываются в плену сильной, но осторожной хватки мужских пальцев. Ник пригвождает меня к месту и смотрит в глаза. Ждет ответа.

— Что все пойдет через одно известное место. Я боюсь этого, — честно признаюсь и зажмуриваюсь. Веду себя как маленькая дурочка, Ник даже смеется.

— Это всего лишь ужин, Варь. Пожрем да разойдемся.

— Ты такой грубый, — морщу нос, закидывая на него одну ногу, когда Никита ощутимо толкается вперед.

— Вроде тебе это нравится, — проводит языком по моей шее, отпускает руки, чтобы в следующий момент прижать поближе к твердой груди и заполнить меня одним глубоким бескомпромиссным толчком.

Мы занимаемся медленным нежным утренним сексом. Без спешки, без жесткости. Ник смотрит в мои глаза, мы целуемся. Мои стоны заполняют комнату, его пальцы путаются в моих волосах. Несколько недель назад я была у гинеколога, и теперь пью таблетки, чтобы в ближайшем будущем не увидеть на тесте две полоски, так что на финальном толчке, когда у меня все тело сводит горячими спазмами, Ник кончает внутрь.

Выскальзывает, но не дает мне свести ноги. Я ужасно краснею, почувствовав, как из меня вытекает его сперма, но Никита довольно ухмыляется, рассматривая меня между ног. Не знаю, сколько понадобится времени,