Обречённые на исцеление - Ирина Волохова

- Никогда ко мне не прикасайся. – стараюсь звучать ровно, но нотки истерики меня выдают, а руки потряхивает, – Никогда!

- Он тебя принуждает?

Аса материализовалась размером не больше кошки и обняла меня лапами за шею, пытаясь успокоить, пока глажу её белую демоническую шерсть, уставившись в одну точку.

- Только скажи, Аи, и Совет встанет на твою защиту…

Меня резко замутило. Позиция Силвы в отношении… Стало омерзительно до тошноты.

- Меня никто никогда ни к чему не принуждал. Никто и никогда. Кроме тебя, Калима и Голдвы. Вы самые омерзительные люди в мире, раз решили, что я должна подчиняться вашим прихотям. – резко поворачиваюсь; индеец неосознанно отшатнулся, чувствуя опасность, – Не стану я плясать под ваши барабаны. Выражаясь образно – у меня свой имеется. И весь турнир я наблюдаю, как окружающие пляшут для меня, даже не осознавая этого. Не воспринимая точек давления. Бездумно делая то, что кажется им правильным. Что кажется им их выбором. Но любой выбор для участников и организаторов турнира – лишь иллюзия выбора. Вы слишком предсказуемы. Даже ты, Силва. Для меня знать всё наперёд удобно и, в то же время, ужасно скучно.

- Ты хочешь сказать, что знаешь, кто станет новым богом на следующие пятьсот лет?

- Хм, – улыбаюсь, поджав губы, и заставляю языки пламени опасть, – В нетерпении жду этот момент.

- Аи, это не ответ! – рыкнул на меня индеец.

- А кто сказал, что я хочу отвечать? – совмещаю высокомерие, скепсис и удивление на своём лице, – Бесишь. Не играй со мной так опасно. Я не Асакура и не стану вас всех терпеть.

- Гх! – Силва попытался ещё что-то фыркнуть сквозь зубы, но вовремя прикусил язык.

Обращаю Асаноху демоном-кицунэ и на её спине отправляюсь к домику младшего Асакуры. Меня и правда потряхивало, хоть я и успокоилась. Тот бункер, в котором Хао укрывал своих последователей, был разрушен Х-Судьями. Так или иначе, но жернова судьбы раскручивались вне зависимости от развития событий и перемалывали ситуацию так, что будущее не изменилось бы. Великий Дух держал всё под контролем, и я испытывала от этого огромное облегчение. Из поступка людей Марко следовало, что остров вскоре будет найден. А нехрен было – под ЛСД, в бэд-трипе – со спутника лазером “по лягушкам” стрелять и хихикать. Хао-чан, как главный разведчик, уже был в курсе “кто”, “что”, “куда” и “зачем”. Я ничего у него не спрашивала, только кивнула, мол, я знаю, на что получила понимающий взгляд в ответ. Анна пыталась на меня фыркнуть, так как ночевать в одном доме ни с Хао, ни со мной не горела особым желанием. Но кто она, чтобы нам возразить? И, да, будущему Королю Шаманов реально шла его бордовая спортивка.

Мы с Асакурой-старшим приготовили ужин на пятерых после того, как он отзаседал в онсэне с братом и его товарищами. Ну, точнее, это я так рассчитала порции. И, когда в котелке остался гуляш из оленины, а в чугунке – отварной рис, я поняла, как облажалась. Там осталось на двоих – Казуми и Жень-Шень, ведь, для себя, Хао и Опачо я уже положила порции. Мисочка в руке задрожала, слёзы заволокли обзор.

- Спокойно. – одна горячая ладонь подхватила мисочку, вторая придержала меня за талию, – Ты их ещё обязательно увидишь. Пойдём.

- Откуда ты знаешь, почему я плачу? – позволяю увести себя, усадить на веранду и вытереть лицо от слёз.

- Как маленькая… – Хао улыбнулся мне, – Просто знаю. Не хочешь завтра посмотреть, что будет на пляже?

- Нет. – шмыгаю носом и качаю головой, утыкаясь в свой ужин, – Развлекайся. Я предпочитаю смотреть на военную технику в музеях, когда дула не направлены в живых людей. Ну и корабли не люблю. К тому же мы будем друг другу мешать.

- Думаешь?

- Я точно полезу тебя прикрывать в какой-то момент. Можем оба скопытиться. А это даже на план не похоже. Лучше подожду тебя у подлодки. Так тебе будет проще.

- Ладно, понял. – он взял салатник, нагрёб палочками шпинат, рукколу, базилик, сельдерей и корн, протянул мне, – Совсем не ешь сидишь. Вот, попробуй.

Хао хотел уложить свежие листья мне поверх риса, однако я ловко перехватила его запястье и умяла всё прямо с его палочек. Шкалу к офигеванию на его лице подобрать было невозможно, но меня, хомяка с полными щеками салата, разобрал смех, да такой, что едва не плюнула всё обратно. Опачо хихикала, глядя то на меня, то на приёмного отца.

- Фто? – решила спросить, прожевав половину, но у меня всё ещё был полный рот, от чего снова разобрал смех, – Фы воовфе у меа ф гхоых ук еф.

- Прожуй сначала. Подавишься. – Асакура, с опаской глядя на меня, сунул в рот пустые палочки. Естественно, тут же сообразил, что сделал и покраснел кончиками ушей.

Кстати, он часто краснел. И только ушами. От возмущения, от злобы, редко – от смущения, как сейчас. Совсем недавно заметила.

- Я говорю, – наконец выдаю, прожевав, – Что ты вообще у меня с голых рук ел, как дикий зверь, когда мы у Лакотта гостили.

- Я мужчина, мне можно. – кончики ушей зарделись ярче, Хао тряхнул головой, чтобы скрыть их волосами, делая вид, что откидывает пряди от лица.

- Бе-бе-бе! М-м! – я показала ему язык, – А я – взрослая тётка в теле подростка. Творю, что хочу, и ничего мне за это не будет!

- Ух и противная ты! – он наконец-то рассмеялся.

- А то! Есть, с кого пример брать.

- Вот значит как!?

Ужин резко был забыт, синхронно отставленный в сторону. Я с визгом усвистела в ближайшие кусты, оттуда в следующие, в третьи, четвёртые и на дерево. Пирамидальная метасеквойя прикрывала игольчатыми, пушистыми лапами от лишних взглядов. Я знала, что это лишь иллюзия моей победы, ведь, Хао и я можем определить местоположение противника, лишь краем сознания заметив его фурёку. Один прикол – обнуление. Интересно, он догадается? Крадущаяся поступь возле костра, он зачем-то наклонился и застыл в позе… в известной позе. Бесшумно отодвигаю ветку в сторону. Это не Хао там в позе раком над гуляшом, это был его отото. Лупил мясо в тайне от Анны. Я едва не навернулась с ветки, а от беззвучного смеха