Агония - Саманта Тоул

Проходя мимо, он крепко похлопывает Ареса по плечу. Затем уходит, и я остаюсь наедине с Аресом.

— Что ты здесь делаешь? — спрашиваю я. Мой голос звучит так же хрипло, как и его.

— Ари, я… — Он проводит рукой по своим взъерошенным волосам. Схватив прядь, он качает головой и выдыхает тихий, полный боли вздох. — Мне жаль, детка. Чертовски жаль.

Он знает правду. Кто-то сказал ему.

Вспышка гнева пробегает через меня. Я смотрю на дверь, а потом снова на него.

— Это… мой отец рассказал тебе? — слова словно камни в моем рту.

Он качает головой.

— Нет. Я видел… Люка.

— Люка?

— Он приходил ко мне вчера поздно вечером.

— Как… он узнал, где ты живешь?

— В этом городе за деньги можно многое купить. И, очевидно, мой адрес — одна из этих вещей.

— О.

— Он пришел, чтобы поделиться со мной своими мыслями. И я рад, что он это сделал. Потому что все, что он сказал, было правильно. Это я должен был быть с тобой вчера в больнице. Это я должен был слушать тебя, когда ты говорила мне правду… верить тебе, потому что ты никогда не давала мне повода не доверять тебе. Но поскольку я так привык не доверять людям, я… — Он прерывается, еще один тяжелый вздох. — Я подвел единственного человека, которого не должен был.

Я крепче обхватываю себя руками.

— Я не знаю, что тебе сказать, — тихо шепчу я.

— Скажи лишь, что ты простишь меня.

Я смотрю в его глаза, его бесконечные глаза, которые отчаянно ищут мои.

И я качаю головой.

— Мне жаль, Арес. Но я не могу быть с тем, кто не доверяет мне.

— Я доверяю тебе.

Он подходит ко мне, руки обхватывают мои плечи. Ощущение его рук на мне… как будто он обжигает меня.

— Я просто позволил собственному дерьму затуманить мои суждения. Я совершил ошибку, и мне чертовски жаль.

— Я была под наркотиками. Ты понимаешь? Я была под чертовыми наркотиками! Я умоляла тебя поверить мне, а ты не слушал! Ты отмахнулся от меня. Накричал на меня. Ты не слушал ни слова из того, что я тебе пыталась сказать. Однажды ты попросил меня о честности, о полной искренности, и я обещала тебе… и никогда не нарушала этого обещания.

— Я тоже.

— Нет. Но ты подвел меня. Ты сейчас здесь только потому, что Люк сказал тебе правду! — я ткнула пальцем в землю. — Не потому, что ты вдруг понял, что я говорила правду. Не потому, что ты преодолел свой первоначальный гнев и осознал, что я никогда бы не солгала тебе. Нет, ты здесь, потому что Люк рассказал тебе, что произошло. И я не сомневаюсь, что, если бы он этого не сделал, ты бы сейчас здесь не стоял. — Слезы текут по моим щекам, молчаливые доказательства моей боли и разочарования.

Чувство вины, промелькнувшее в его глазах, подтвердило все мои слова. Что я права. Что он бы не пришел. Что он никогда бы не поверил в то, что я ему сказала.

— Тебе нужно уйти.

В его глазах мелькает паника.

— Ари, пожалуйста. Я облажался, и мне так жаль, детка. Я ненавижу, что ты плачешь из-за меня. — Он поднимает руку к моему лицу и проводит по щеке, смахивая слезы большим пальцем. Его глаза умоляюще смотрят на мои. — Пожалуйста, Ари. Просто дай мне шанс все исправить.

Я отворачиваюсь от него.

— Я… не могу.

— Но… — Я вижу, как он пытается подобрать правильные слова, но то, что вылетает из его рта дальше, совсем не то, что нужно. — Ты облажалась однажды, и я простил тебя.

— Ты что, блядь, издеваешься? — кричу я. Отталкиваю его руку от себя. — Не могу поверить в это! Ты сравниваешь невинную ложь, когда я отменила встречу с тобой, потому что мне было слишком стыдно сказать тебе, что была в баре еще до того, как мы начали встречаться, с этим! — слова вырываются из моего рта.

В его глазах мелькает удивление. Он никогда не видел меня злой. Никогда не видел меня такой злой. Я так зла, что вибрирую от этого.

— Тебе нужно уйти, — говорю я ему снова, негромко.

— Господи, Ари… пожалуйста. Я продолжаю нести полную чушь. Я все порчу.

Он возвращается ко мне и берет мое лицо в свои руки. Я отворачиваюсь от него, ненавидя то, как сильно я хочу ощущать его руки на себе.

— Ари, я люблю тебя. Я люблю тебя так чертовски сильно. — Его голос ломается, и что-то трещит внутри меня. — Я так сильно облажался. И ты никогда не узнаешь, как сожалею об этом. И я проведу остаток своей жизни, чтобы загладить свою вину перед тобой, если ты мне позволишь.

Мое сердце болит, кричит и умоляет меня сказать «да». Было бы так легко простить его и принять обратно. Но… что, если он сделает это со мной снова? Что, если снова что-то случится, и он не поверит мне? А он не поверит, потому что он мне не доверяет. Он причинил мне боль однажды, и у него есть возможность сделать это снова. И я не могу пройти через это снова. Не с ним. Потому что потом будет еще тяжелее.

Если я так сильно люблю его сейчас, за такой короткий промежуток времени, представьте, что я буду чувствовать к нему через год… через два года.

Это сломает меня.

И я не могу так рисковать. Потому что я не могу снова превратиться в ту девушку, которой была раньше. Сейчас я едва держусь. Мне требуется все, чтобы не обратиться к алкоголю, чтобы заглушить эту боль.

И оставаться трезвой должно быть самым важным. Если я хочу иметь будущее, это должно быть в приоритете.

— Мне жаль, — тихо говорю я, мои глаза наполняются слезами, затуманивая зрение. — Сейчас я должна думать о себе… о своей трезвости. И я… я не могу быть с кем-то, кто мне не доверяет. С тем, кто просто ждет и наблюдает… ждет, что я сорвусь.

Я моргаю, пуская свежие слезы по щекам, а затем перевожу взгляд на него… и жалею, что не сделала этого. Влажные эмоции, мерцающие в его взгляде, почти сломили меня. Но я держусь, потому что должна. Это правильно. Это единственное, что я могу сделать.

Поэтому я собираю