(Не)везучий случай - Лидия Рыжая

— Ничего страшного, — ухмыльнулась дама в шубке, продолжая обнимать мужчину, который держал ее в своих объятиях.

— Кристин, — проговорил тот, делая шаг к ней навстречу и оттесняя в сторону даму.

Девушка рванула вперед, не давая себя схватить за рукав, аккурат мимо деревьев, мечтая о дополнительной скорости. Реактивной!

— Извините, — буркнула она, замечая его взволнованный вид.

Она побежала так быстро, как могла, надеясь, что он не последует за ней. Не хотелось, о чем-то говорить с ним и разбираться в том, чего не существовало. Пусть что хочет то и делает! Просто кто-то оказался очень глупой и поверил подругам, а на самом деле, все что думала о нем — было правдой.

Следующие десять минут девушка металась по лесу, слепо натыкаясь на деревья и кустарники, падая и поднимаясь вновь. Кристина остановилась, только когда выдохлась совсем и беспомощно обернулась назад, туда где остались огни, люди и веселые песни.

Он не побежал за ней. Даже не пытался. Подонок.

Кристина вернулась в лагерь только через час, прогулявшись по округе, благо лес был не такой дремучий и на проселочную дорогу она вышла спустя 15 минут после своего побега, а дальше обогнула лесок по краю дороги и вернулась на поляну.

Она бы с удовольствием уехала бы сейчас к себе домой и заодно уверила своих девчонок, что они ничего в этой жизни не понимают. Решив им написать откровенную смс, которая бы не таила в себе ее чувства, Кристина отметила, что сумку с уколами в этом беспорядке потеряла в лесу. Телефон был в кармане, хотя бы это порадовало.

— Отлиииично! — высказалась она, чувствуя легкие подступы паники. — И как я теперь?

Развернувшись к дороге, она пошла назад, выглядывая свою маленькую сумочку и не понимая, как та могла свалиться с ее плеча так незаметно…

— Доброе утро! — разбудила ее Елена, вторгаясь в ее личное пространство своими пальчиками и теребя за плечо. — Уже 10 утра. Ты единственная, кто еще спит. Ты чего не спала всю ночь что ли?

Слишком много вопросов и так мало на них ответов.

— Не спала. Ты храпела, — оправдалась косматая девушка, щурясь и тут же накрываясь с головой одеяльцем.

— Так я с рассветом встала. У тебя было целых четыре часа без меня!

Уж слишком Елена оказалась энергичной. Кто бы мог подумать.

— Я не буду против еще поспать несколько часов без тебя, — ответила Кристина хмуро, накрываясь одеялом с головой.

Ее колбасило. Неимоверно. Хотелось заорать на эту приставучую женщину, чтобы оставила ее в покое. Хотелось уехать, но вряд ли в 10–00 утра кто-то бы поехал ее отвозить к станции. И Мурат еще подумает, что из-за него. Хотя бы часик еще подождать.

— Ой, а ты чего такая мокрая? — спохватилась Елена, прикладывая к ее лбу свою руку. — Заболела что ли? Ну вот.

Та мгновенно выскочила из палатки, привлекая громкими фразами к себе внимание и вопрошая у кого какие таблетки есть.

— Да все в порядке со мной! — прокричала Кристина, чувствуя, что ее лихорадит.

И когда же это закончится? Уже 2 месяца на этой дряни и все не отпускает! Девушка выдохнула, пытаясь собраться с мыслями. Видимо, придется сказаться больной и попросить отвезти к станции. Наверное, это лучший выход из возможных. До дома доберется часа за 2–3 только.

Пройдя накануне свой маршрут до леса, она ожидаемо ничего не нашла и вернулась с пустыми руками в лагерь. Уснуть удалось только под утро и то на несколько часов, а потом начались мучения.

«Ну, спасибо, Мирабелла. Удружила», — проклинала она ее.

Что там такого было в таблетках, что она на них так подсела, что даже уколы не помогали? Это же не героин, на который с первого же укола — наркоман?

Она начала медленно одеваться, ненавидя весь свет, эти палатки и людей на поляне. Срочно нужен Гидрокодон. Срочно!

Трясясь словно последняя алкоголичка, она натянула на себя кофту и остальную одежду и выбралась наружу. По центру поляны уже собралось несколько человек, которые, видимо, решали ее судьбу, потому как среди них была агитирующая на что-то Елена, которую поддерживали.

— Пошли, — сзади ей рявкнул Мурат, вырастая из ниоткуда. — Я отвезу тебя.

Девушка оглянулась на остальных. Желание поскорее уехать с этой поляны испарилось. Лучше она задержится и уедет с кем-то другим в более неадекватном состоянии. Мурат не стоил потраченных нервов.

— Ну! — рявкнул тот. — Быстро.

Девушку схватили за руку и потащили за собой, под взгляды остальных, не давая возможности отстоять себя в полной мере. Ну и ладно. Потом ему выскажет.

— Джан! — выкрикнула ему Элиза, заставляя замедлиться.

— Я отвезу ее к станции и вернусь, — пробормотал мужчина, проходя мимо женщины в теплом флисовом костюме. — Она моя подчиненная, которая любит везде падать, болеть и куда-то влипать. Я уже привык, что она нормально даже один день провести без проблем не может.

Кристина дернулась, содрогаясь от внутренней боли и присаживаясь на месте. Сдерживаясь, чтобы не заорать, она зашипела, накрывая голову руками и попыталась свалиться на землю.

— Иди ты, — прохрипела она из последних сил, чувствуя стыд, но предпочитая умереть в гордости, чем униженно скулить о помощи.

— Что ж ты какая нерадивая, а малышка? — спросил он ее шепотом ласковым тоном, наклоняясь ближе.

Ее обхватили его крепкие руки, размещая в своих объятиях и прижимая к груди, и понесли к машине.

«Если бы не было так плохо, то было бы очень волнительно», — успела подумать она. Они подошли к джипу черного цвета, который принадлежал Измиру.

— Чего не сказала, что плохая совсем? — бросил тот яростно, запихивая ее на переднее сидение. — Сейчас приду.

Хотелось что-нибудь язвительно сказать, а лучше пнуть его, а еще лучше — уйти с гордо поднятой головой. Но все что ей оставалось — только поскуливать от неприятного ощущения внутри, которое было невозможно описать: тошнота, головокружение, кричали все внутренности взывая к себе и требуя какой-либо помощи.

Мурат вышел из машины и направился к палатке быстрым шагом, давая ей несколько минут передышки. Было бы еще чуть теплее. Девушка обхватила себя руками, пытаясь согреться и мечтая о том, чтобы он по возвращении включил печку.

— Совсем плохо? — проговорил тот сочувственно, присаживаясь рядом и поглаживая ее по волосам, возвращая ее из сна.

— Нет, лучше, — просипела она, закутываясь в