Мой напарник - хакер - Галина Васильевна Герасимова

– Извини, – едва слышно шепнул Натаниэль, прерывая поцелуй и прижавшись к её лбу. Маринетт ободряюще улыбнулась ему, показывая, что всё в порядке. – Спасибо.

Они, наконец-то, отодвинулись, продолжая держаться за руки. Его пальцы были холодными и слегка дрожали. Маринетт прислушалась к себе. Нет, сердце не ёкало, а в груди не вырастал огненный шар. Всё-таки правильно, что они не стали встречаться – эта ошибка мучила бы их обоих.

– Он ушел? – Натаниэль не оборачивался, и Маринетт посмотрела ему за спину. Высокий черноволосый парень с татуировками по телу и пирсингом, как раз швырнул деньги подошедшему официанту и быстрым шагом выходил из кафе.

– Да, – дождавшись, пока за ним захлопнется дверь, ответила Маринетт, и Нат заметно расслабился.

– Прости, что втянул тебя в это. Но я не думал, что до такого дойдет. Мэт иногда…

– Слишком настойчив?

– Не то слово, – он поспешно сделал глоток давно остывшего кофе.

– Надеюсь, Мэт не будет поджидать меня у дома с топором? – неловко пошутила Маринетт, и Нат поперхнулся кофе.

– Не думаю. Он просто убедил себя, что раз я не встречаюсь с девушками, то… – рыжик покраснел, не в силах выговорить слово.

– Он решил, что ты гей, – подсказала Маринетт, и Куртцберг закрыл лицо руками.

– Не представляешь, насколько мне стыдно, – простонал он. – Я ведь нормальный парень. И мне нравятся девушки!

– Я знаю.

– Тогда почему ко мне постоянно цепляются такие типы? – прозвучало почти жалобно.

– Вряд ли стоит говорить это сейчас, но ты… милый, – подумав, ответила Маринетт, и когда Нат посмотрел на неё удивленно, пояснила. – Понимаешь, ты очень красивый, но, прости уж за откровенность, женственной красотой.

– Из-за моих волос? – рыжий в досаде подергал себя за хвост.

– И это тоже, – кивнула Маринетт, попытавшись представить себе Натаниэля с короткой стрижкой, но не смогла. Даже в школе у него была прическа с длинной челкой. – А еще пирсинг, – она дотронулась до его проколотого уха. – Понимаешь, всё это навевает на определенные мысли.

Нат выругался, а Маринетт хмыкнула.

– Я сегодня же побреюсь налысо, – мрачно проворчал он, чем развеселил подругу еще больше.

– Не думаю, что это поможет, – честно призналась она. – Просто найди себе девушку.

– Можно подумать, это так просто, – вздохнул художник. – У тебя случайно нет подходящей кандидатуры, готовой терпеть такого сумасбродного мечтателя, как я? – приподняв бровь, поинтересовался он. В другое время Маринетт подумала бы, что Нат с ней флиртует… Но в его поцелуе действительно не было чувств, а в глазах не плясали чертики. Он пришел к ней как к другу, иначе Маринетт никогда не позволила бы себе этот поцелуй.

– Если найду, обязательно с тобой познакомлю, – пообещала она и бросила взгляд на часы. – Мне пора, а то мама будет волноваться.

– Ты соблюдаешь комендантский час? – с улыбкой спросил он, подзывая официанта.

– Нет, просто забочусь о нервах своих родителей, – фыркнула Маринетт, не добавляя, что заботится о его сохранности тоже. Том, не обнаружив дочь дома, вполне может выспросить у Натаниэля все деликатные подробности их встречи.

Расплатившись за кофе, они вышли на вечернюю улицу.

– Спасибо за помощь, – улыбнулся ей Нат, когда они расстались у метро. Маринетт с трудом убедила его, что прекрасно дойдет оставшийся квартал одна.

– Найди себе девушку. В следующий раз помогать не буду, – полушутливо-полусерьезно повторила она, и Натаниэль кивнул с кривоватой улыбкой, должной показывать его энтузиазм.

– Маринетт? – он окликнул её, всё ещё стоя у входа в подземку.

– Да? – с удивлением обернулась девушка.

– Нет, ничего, – неожиданно замялся Куртцберг и махнул ей рукой.

***

Маринетт ошибалась, когда говорила, что Мэт будет караулить её у дома. Парень стоял на перроне подземки, прислонившись к стене, и лениво листал в смартфоне новости.

– А ты не торопился, – окликнул он Натаниэля, и рыжий невольно вздрогнул. Но, увидев Мэта, расслабился.

– Я думал, ты уже уехал, – подошел он к приятелю.

– Когда я бросал тебя одного? Я ведь твой тайный поклонник! – Мэт потянулся к нему с вытянутыми вперед губами, и Натаниэль шутливо треснул его по плечу.

– Кончай придуриваться. Маринетт тут нет.

– Ты меня отвергаешь? – продолжил паясничать черноволосый, но заметив первые признаки раздражения в глазах у друга, тотчас перестал его донимать. – Расскажешь, как всё прошло?

Натаниэль грустно и немного мечтательно улыбнулся.

– Это было лучшее прощание с первой любовью! – признался он.

***

– Налево, сворачивай налево, мать твою! – Алья не говорила, а вопила в наушник, и Маринетт резко развернулась к пожарному выходу. Лифт не работал, двери офисного здания заблокировало, отрезав её на третьем этаже, а горожан с акумой – на пятом. Маринетт уже задумалась над тем, чтобы выпрыгнуть в окно и добираться наверх с помощью йо-йо, когда дверь, наконец-то, поддалась, и вместо Альи она услышала знакомый голос Кота.

– Привет! – бодро поздоровался он. – Я перехватил канал, по которому ты общалась. Не думал, что у тебя есть помощница.

Сердце Маринетт испугано ёкнуло, но она постаралась убедить себя, что узнать Алью по голосу Нуар не мог.

– Я тут немного похимичил с замками, так что можешь не волноваться и перемещаться по зданию свободно, – тем временем продолжил Кот и, не удержавшись, добавил. – Правда, я молодец?

– Угу, – не услышав окончание фразы, сказала героиня, буквально взлетая по лестнице на нужный этаж. Акума вселилась в уволенного клерка, и тот пугал бывших коллег огромными ножницами вместо правой руки и стальными листами, впивающихся в стену как ножи. – Ох! – мимо пролетела одна из таких «бумажек», срезав пару волосинок на голове, и Ледибаг поспешно отскочила за поворот.

– Ты в порядке? – голос Кота звучал обеспокоенно.

– Да, в полном, – Маринетт выбежала из укрытия и бросилась на демона. Мужчина был силен, намного сильнее её, и лезвия-ножницы не подпускали её близко. А бросать йо-йо она боялась –