Жестокий трепет - Екатерина Юдина

— Да, — он медленно поднял голову и, положив ладонь на мой затылок, своими губами прикоснулся к моим, а я шумно выдохнула и короткими ногтями провела по столешнице.

— Насколько сильно? — спросила тихо, но ровно. Все еще не открывая глаз.

— Если тебя не будет рядом, я сдохну, — произнес он, опять целуя. Своим носом прикасаясь к моему. — Настолько сильно, Элис. Ты же будешь моей? С этого момента и до конца жизни.

Я сделала глубокий вдох, а затем положила ладони на его торс, мягко отталкивая.

— Отойди, — произнесла. — Я хочу приготовить ужин.

— Отталкиваешь меня? — он посмотрел на мою ладонь, которой я нажимала на его торс.

— Я просто считаю, что нам нужно поесть. Или ты не хочешь ужинать?

Он поднял взгляд на меня. Приподнял бровь, а затем опять поцеловал. Обнял. Крепко, так, что тело заныло, а отпуская и делая шаг назад, произнес:

— Хочу.

Я спрыгнула со столешницы и пошла к пакетам, которые Брендон принес из магазина. Разобрала их.

На улице все так же бушевал ливень. Казалось, что еще сильнее, чем раньше. Он барабанил по окнам и создавал на улице настоящий ураган. Страшное зрелище, но от этого лишь сильнее возникала радость тому, что в такую погоду у меня есть крыша над головой.

Тоскливо было лишь от того, что Дерека я сегодня все-таки не смогу увидеть. Нужно ему позвонить. Сказать, что мы увидимся завтра.

Приготовленный мной ужин был максимально простым. Салат и паста.

Пока я готовила, чувствовала то, что Брендон постоянно смотрел на меня. Садясь за стол, решила кое-что проверить. Намеренно разместилась на стуле так, что низ халата скользнул вбок и стали видны мои ноги.

Взгляд Дилана тут же оказался на них. И глаза альфы потемнели. Его желание было трудно не ощутить.

Я бы могла поиграть еще, но решила не рисковать.

Я практически не ела и уже вскоре ушла из кухни, так как Аден принес мою дорожную сумку. У меня наконец-то появилась возможность переодеться.

Войдя в спальню, я увидела сумку на полу около кровати. Расстегнув ее, достала джинсы и свитер.

— Твоя охрана так просто заходит в твою спальню? — услышав голос Брендона, я замерла, после чего обернулась.

Он стоял в дверях. Огромный. Мрачный. Кажется, злой, хоть и его лицо толком не выдавало никаких эмоций.

— Я попросила их принести сюда мою сумку, — сказав это, я села на край кровати, положив рядом с собой свою одежду. Мне еще следовало достать нижнее белье. — Тебе не кажется, что ты слишком критично относишься к моей охране?

— Ты не чувствуешь? — Дилан захлопнул дверь. Сделал это так, что у меня по коже побежали мурашки.

— Чего?

— Того, что они хотят тебя. И то, как пожирают взглядами.

Я приподняла бровь. За своей охраной я никогда и ничего подобного не замечала.

— Ты не стал есть то, что я приготовила? — спросила.

— Ты ушла.

— Не можешь поесть без меня?

— Нет.

— Я переоденусь и вернусь.

— Хорошо, — Дилан оперся плечом о стену и положил ладони в карманы брюк.

— Не собираешься уходить?

— Хочу посмотреть.

Я шумно выдохнула и поджала губы.

— Тебе не кажется, что это уже слишком?

— Перед своим мужем часто переодеваешься? — голосе альфе скользнуло мрачное пренебрежение. Словно говоря про моего мужа, он имел ввиду какое-то никчемное ничтожество.

— Зачем ты об этом спрашиваешь?

— Ты его не любишь. Иначе бы позволила пометить.

— Это наше обоюдное решение. Мы доверяем друг другу.

— Дело не в доверии, Элис. Метка носит другой характер.

— Какой же? — я ногой подтянула к себе сумку. От этого она опять оголилась и кожу тут же обжег взгляд Дилана.

— Ею ты доказываешь, что для тебя существует только одна омега и спариваться хочешь только с ней. Я бы тебя пометил.

— Значит, ты готов доказать, что я для тебя единственная омега?

— Могу пометить хоть сейчас. Ты ведь без нижнего белья? Я чувствую это. Мне нужно лишь раздвинуть твои ноги, вставить член. Потом кончить глубоко в тебя, чтобы ты была наполнена моей спермой и укусить за плечо.

— Не нужно, — я поджала губы. — Я противница вечных меток. Тем более, с тобой. Так же, я не хочу с тобой секса.

Мысленно я задалась вопросом, как он почувствовал, что я без нижнего белья. Его зверь настолько явно чувствует омегу?

— С кем хочешь? Со своим мужем?

Воздух в комнате мгновенно стал тяжелее. Зверь Брендона пропитывался яростью. Я тоже злилась.

— Ты торопишь события. Или ты думаешь, что мне хватит этого, чтобы простить тебя? — я подняла ладонь и показала кольцо. — Что ты сделал, чтобы я опять тебе доверилась?

— Чего ты хочешь?

— Встань передо мной на колени.

— Это тебе чем-то поможет? — его губы исказились в оскале.

— Уходи, — я потянулась к сумке, собираясь поискать трусы и лифчик. Лучше пойти переодеться в ванную. Она хотя бы закрывается. — О доверии между нами не может быть и речи.

Брендон ладонью оттолкнулся от стены и я уже с облегчением подумала, что он уйдет, но альфа, наоборот, подошел ко мне. Я не собиралась даже смотреть на него. Все еще злилась.

Он взял мою ладонь в свою. Я хотела ее выдернуть. Даже попыталась это сделать и, сквозь плотно стиснутые зубы процедила:

— Отпусти, немедленно.

Альфа этого не сделал, а потом я краем глаза увидела, как он сначала встал на одно колено, а затем и на второе.

В этот момент я не дышала, лишь ощутила то, как он переплел наши пальцы и положил свою голову мне на колени.

Медленно повернув голову, я посмотрела на него, чувствуя, как по коже побежали мурашки. Колючие. Острые. И в груди нестерпимо заныло.

Брендон не выглядел подчиненным. Скорее, одичалым зверем, который внезапно доверился и пошел в руки. Позволил погладить, хотя до этого привык отгрызать руки.

Но все равно происходило то, чего я не ожидала. Вообще. Никак. Скорее бы небо упало бы на землю, чем произошло бы то, что я сейчас видела. Особенно, если учесть характер Брендона и то, что я сегодня прочитала в досье.

До боли прикусив нижнюю губу, я сжала ладони в кулаки, а потом, сама не понимая, что делаю, вплела пальцы в волосы Брендона. Жесткие. Мокрые. Но приятные на ощупь. Перебирая их и вторую руку положив на спину альфы и пальцами водя по ней. Словно бы гладя зверя.

За окном все так же бушевал ливень. Я слышала его, но даже при огромном желании не могла обратить внимание на ту бурю, которая терзала деревья.