Предназначенная - Полина Чупахина

— А чего делать-то? — отмерла женщина, приблизилась осторожно.

— Помочь уложить элистера на спину. И не дать ему меня при этом покалечить.

Уф, давно так командовать научилась? Вроде не было возможностей для практики, однако получается. Рубина послушалась, вначале осторожно, а затем, едва не отлетев спиной в кресло, уверенно ухватила Николаса за плечи, помогая опрокинуть его навзничь.

— Держи! — вдвоём кое-как удалось прижать к полу. Серые глаза с вертикальным зрачком смотрели сквозь меня. По коже мерцающей сетью раскинулись полупрозрачные чешуйки. Брр, это кровь драконов так работает? Красиво, но жутко. — Сейчас тебе придётся держать его самой, Рубина, — со стороны всё действо выглядело, по меньшей мере, странно, но в собственном доме хозяева могут развлекаться на своё усмотрение. В нашем случае мужа держит рабыня, а жена сидит сверху, почти лежит, если уж честно, в попытке удержать не слишком большим весом крупного и от чего-то излишне активного мужика, одновременно немеющими от холода пальцами пробираясь сквозь одежду.

В момент соприкосновения я закричала от боли, из глаз брызнули слёзы. Кажется, на ладонях не осталось живого места, словно в кипяток кисти окунула. Мамочки, чего же так больно сегодня.

— Хозяйка, вы горите! — отшатнулась от нас Рубина, оставляя попытки удержать Арвейна на месте. Это было последним, что я увидела и услышала, прежде чем нас с инквизитором поглотило пламя.

Глава 33

Боль прошла, прекрасное, восхитительное чувство. Я потянулась, не открывая глаз. Тело, разнеженное после сна, отказывалось выбираться из уютного плена одеяла. Щеку согревало прикосновение такого знакомого и родного плеча. Лёшка. Кажется сегодня выходной, можно побалдеть подольше, понежиться. Может даже заняться любовью, растворяясь в утренней неге, неторопливости. Хорошо когда выходные случаются чаще раза в две недели. Сейчас он проснётся, я слышу, как сердце меняет звук, дыхание становится глубже.

— Доброе утро, милый, — мурлыкаю, совершенно счастливая. Сон, все последние полгода моей жизни дурной сон. Я дома, всё хорошо. Лёша живой, здоровый, обманывает мои ожидания, убивает веру в свои силы, но рядом с ним так привычно, знакомо. Безопасно. Семь лет отношений заточили меня под этого мужчину, приучили вести себя правильно. И я не готова строить свою жизнь заново, переписывать набело. Принимать самостоятельные решения. Лучше остаться с Лёшей.

Потягиваюсь, переворачиваясь на живот, всё ещё не открывая глаз. Глубоко вдыхаю знакомый запах парфюма, но вместо сладко-терпкого Seduction, улавливаю аромат стали, гвоздики, хвои. Неправильность заставляет замереть. Холод осознания пробирает до костей, подбрасывает в мягкой постели, отшвыривает от инквизитора. От неожиданности больно бьюсь коленями, это отрезвляет.

— Аврейн? Что происходит? — залитая солнечным светом спальня медленно тает, уступая место смутно знакомой пыльной комнате, с окном, затянутым паутиной. Пол под ногами мелко дрожал, словно при землетрясении.

— Всё хорошо, Таисия, — он за спиной. Обнимает сильными руками за талию. Пальцы нащупывают обручальный браслет на запястье. Предплечья инквизитора обнажены, на них отсутствуют украшения.

— Где мы? — вспоминается гостиная, Рубина, огонь, сжигающий меня и Арвейна.

— В конце, Таисия. Пришло время прощаться. Проклятье сожрало меня раньше.

Такой спокойный, опустошённый. Оборачиваюсь, чтобы взглянуть в глаза. Воспоминания вспыхивают мгновенно. В самом начале мне снился сон. Рушащиеся башни и вороньё, кричащее о катастрофе. В тот раз на мне был ошейник и кандалы на одной руке. Сейчас только браслет, созданный эльфами.

— Нет. Я должна сделать выбор, до тех пор жизнь не закончится, — верно, в первом сне без слов знала — его смерть это моё решение. И богиня что-то подобное говорила.

Усталость в серых глазах, тоска, одиночество. Крохотная искорка надежды. Горькая усмешка, кривящая губы против его воли. Жадно всматриваюсь в знакомые черты. Он хранит от меня много тайн, оставаясь чужим человеком, но с каждым днём мне хочется познакомиться ближе. Довериться и получить взаимность.

— Вот и демоны явились, — глаза инквизитора вспыхивают злостью, руки прижимают к груди жёстко, не позволяя обернуться.

— Думаешь, нацепил на девчонку эльфийскую цацку и можно не волноваться? — о, сколько ехидства. Зараза рыжая. К которому у меня завалялось пару вопросиков. Осторожно повернула голову, поморгала, пытаясь связать знакомый образ с тем, что сейчас увидела.

— Геран?

— Ждала другого поклонника, Тайсэ? — клыкастая ухмылка, высокий рост и жилистое тело однозначно его. Вот только почему-то одетое, Изари вроде предпочитает демонстрировать всё, что Марахби не запретил. А здесь почти рыцарь в коже и металле. И роскошная причёска исчезла, сменившись на классический полубокс.

— Ты тоже скоропостижно того? — единственное объяснение, пришедшее на ум.

— Влез в эпицентр активированного проклятья на финальной стадии? Разумеется. Не мог пропустить столь изысканное развлечение.

И не поймёшь, всерьёз или прикалывается. Спиной чувствую, как напрягся инквизитор. Но из хватки не выпустил.

— Я тяну девушку следом?

— Догадливый. Не хочешь уходить в одиночку?

— Составишь компанию? — теперь ехидничал инквизитор. А Геран смотрел с неприятным оскалом. Полуголым он выглядел диким, варваром. В одежде же источал опасность. Мои инстинкты требовали спрятаться за Николаса.

— Мечтать не вредно, элистер. Отпусти Тайсэ, позволь ей вернуться к друзьям, семье, будущему. Не запирай в сумеречной зоне живую душу. Никогда не думал, что скажу это, но будь человеком.

Кольцо объятий ослабло и практически сразу исчезло. Больше меня никто не сдерживал. Наоборот, Арвейн подтолкнул в спину, мягко надавив ладонью между лопаток.

— Уходи, Таисия.

Рушащиеся башни, разбивающиеся арки, цепи и вороньё. Всё это вновь окружало меня, сменив мрачную, но безопасную комнату.

— Только с тобой, Николас. В конце концов, ты мой муж и бросить тебя недостойно.

Его пальцы горели огнём, согревая. Мужчина не сопротивлялся, когда я потянула его в сторону Изари.

— Тайсэ, с ума сошла? Оставь беднягу, пусть он отойдёт спокойно в мир иной. В конце концов, милосердие должно быть даже у женщин!

— А чувство такта и хорошее воспитание — у демонов. Однако у тебя их однозначно нет. Идём, Николас. Твою судьбу определяет мой выбор. И сегодня ты здесь не останешься!

Я потянула его настойчивее, и едва инквизитор сделал шаг, часть моста подо мной обрушилась. Вниз мы полетели вместе с Арвейном.

Падение закончилось резким пробуждением. Я открыла глаза, поморщилась от яркого света и осмотрелась. Всё та же гостиная, Рубина бледная и растерянная замерла у входа. Я лежу на диване, под головой мягкая подушка. Рядом сидит Изари, удерживая в ладони моё запястье. Привычно полуголый, лохматый. Странно мрачный, в глазах застыло сомнение, которое у этого парня мне видеть не доводилось.